01 faq
+ правила
02 роли
и фандомы
03
гостевая
04 шаблон
анкеты
05 нужные
персонажи
06 хочу
к вам

GLASS DROP [crossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » фандомное » wolves


wolves

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://funkyimg.com/i/2Q5wU.jpg
WOLVES
Karai & Raphael

And I don't wanna go back home
Too many staring faces
Wishing they could drag me down
Waiting to pull me under

I've shaken off my chains
But I still feel those shackles
Living inside of me
I know I've gotta fight temptation


[icon]http://funkyimg.com/i/2Q5vL.jpg[/icon]
[status]NIGHT BEAST[/status]

Отредактировано Raphael (2019-02-13 23:19:55)

+2

2

«И грянул ад на головы невиновных…»
Шучу, конечно. О какой невиновности можно говорить, если речь заходит о дочери мафиозного босса, прогнувшего под себя половину Нью-Йорка, чья власть зиждилась на крови, терроре и дисциплине. Но, наверное, подобная жизнь вызывала в души молодой женщины смятение лишь когда отец был жив. Его твердая рука направляла клан вперёд, Караи видела, насколько псы становятся шелковыми, стремясь угодить своему хозяину. Они ластились к ногам, ожидая похвалы за каждое деяние, а благосклонный взгляд Ороку Саки становился величайшей наградой.
Сейчас же… Девушка долго будет вспоминать тот день, когда она прорвалась на крышу в компании верной свиты из отменных наемников-убийц. Лучших из лучших, иных в клане не держали.
Она не успела. Отец медленно оседал, сжимая в пальцах торчащую из груди катану. Тот, кому Караи начала доверять, медленно отступил в сторону. Сейчас куноичи видела лишь чудовище в мутанте, к нему когда-то испытывала слепое уважение и, наверное, нечто большее.
- Отец! - Впервые наследница клана смогла назвать жестокого Мастера подобным образом, да и то на смертном одре. Дождь, льющий с небес хлестким потоком воды уже размыл кровь по исшарпанному покрытию крыши. Она была похожа на жидкий мазут. Японка упала на колени, скинула с головы отца шлем, порезав пальцы о торчащие металлические пластины.
- Мастер! Мастер, нет! - Обезображенное лицо последнего родного человека на земле было впервые умиротворенным. Печать злобы и гнева более не накладывала свой след. Тонкие пальцы Караи очертили застаревший ожог, коснулись морщинок, лучиками расходящихся из уголков глаз. Слезы хлынули потоком, любой, заметивший это, впал бы в ступор. Никогда холодная Кобра не позволяла себе проронить ни слезинки. Тренировки, обработка тяжелых ран, убийства – все это оставляло зеленые глаза холодными, сосредоточенными, а теперь…
Она откинула голову назад, взвыв, крик больше походил на нечеловеческий вой, словно раненный зверь попал в смертельную ловушку, западню, из которой нет выхода. Караи не помнила, когда братья исчезли с крыши. Сейчас на это было плевать. Девушка видела лишь угасающую жизнь в руках.
Далее в памяти следовал провал, японка не знала, как оказалась сидящей в лаборатории, держа за руку доктора Чаплина, который что-то объяснял, тихо убаюкивая немного неприятным голосом, срывающимся в писк, когда тот робел и нервничал.
- Что с отцом?

- Криосон, госпожа Караи. И… Я не знаю, удастся ли его пробудить. Слишком большое угнетение сознания. И… Вас ждёт клан.

Как сквозь пелену сна куноичи помнила о том, как объявляла о смерти Ороку Саки, великого Мастера, какими неодобрительными, волчьими взглядами на нее смотрела эта толпа, желая разорвать новую Хозяйку. Сопливая девчонка 25 лет не может управлять, это читалось во взглядах, которые  Караи спокойно принимала, внимательно запоминала каждый. Ведь её ждёт война, псы без хозяина – дикие животные, которых необходимо подвергнуть расстрелу. Неизвестно, сколько времени пройдёт после того, как Фут осознают, что ошейника больше нет…

Неделя. Одна неделя на осознание собственного могущества. Посреди ночи Караи проснулась от резкого запаха, интуиция просто вопила убираться прочь. Паранойя, возможно, но  именно она и спасла жизнь. Колчан со стрелами, катана, перевязь со смертельными звездами-сюрикенами. Она бросилась вперёд, врезаясь в стекло бешеной бабочкой, летящей на огонь. Только в этот раз насекомое было умнее. Оно летело от пламени. Взрыв прозвучал над ухом, град осколков ошпарил бедро. Караи вновь видела дождь, проклятые потоки воды с неба заставляли тело скользить по скату крыши. Девушка замерла на самом краю, над ночным городом, пронзая заплаканным взглядом небо, в которое поднимались клубы чёрного дыма,  горели покои новоиспечённой главы клана. Позже СМИ будут говорить о неисправности в системе подачи газа в организации «Фут корп.», Караи даже позовут на несколько телешоу, чтобы с фальшивым сочувствием узнать, как бедняжка пережила злосчастную ночь, как ей повезло остаться в живых. Разумеется, правда не будет открыта никому.
И эта битва на краю пропасти, в тонкой ночной рубашке, когда единственное, что держит в сознании – желание выжить, отомстить всем ублюдкам, что сотворили из прекрасной принцессы чудовище, её Караи запомнит навсегда. Босые ступни скользят по стеклу крыши, черт  бы побрал эти здания из стекла и бетона, во время дождя они теряют любую устойчивость.
И они вышли навстречу, пять теней, пришедшие убить ту, что не желает подыхать. Оскалившись, девушка кинулась вперёд, лук запел песнь смерти. Стрелы жадно впивались в тела шиноби, с которыми змея делила кров, оружие, еду. Элита, против нее вышли не простые щенки, а те, кто не должен был предать. Верные псы, любимые дети Ороку Саки. Иной раз Кобра действительно ревновала к ним, ведь отец относился одинаково, как к солдатам, только вот Караи не могла предать.

В клан девушка вернулась лишь под утро, вошла через собственные комнаты на самом верху резиденции, одарила слуг безжизненным взглядом, по внутренней связи как раз было объявлено о проведении общего собрания, оплакивали её смерть? Смешно, явление дочери Шреддера было слишком пафосным, как в тех самых фильмах, которые куноичи никогда не оставалось времени смотреть.

- Хозяйка вернулась с прогулки. – Глухой звук удара семи отрезанных голов,  они прокатились по мраморному полу, заставив ниндзя расступиться. Кобра вновь взвилась в воздух, короткий бросок сильного тела, кровь на белых полах резиденции. Предатели должны умирать, собаке собачья смерть. Разумеется, первый бой был выигран. Столь хладнокровная демонстрация силы не могла не впечатлить, но впереди была слишком долгая и затяжная война. Караи это осознавала, потому более никогда не расставалась с оружием. Чем хорошо быть ниндзя – о тихих способах убийства знаешь не понаслышке.

***
Грязный переулок, пропахший кислым пивом и запахом блевотины и испражнений. Таких в Нью-Йорке действительно много, клан Фут знали не обо всех. Какая дрянь может осесть в тенях, выползти на улицы города, когда солнце скроется за свечками холодных небоскребов из стекла и бетона. Тихие крики, звуки ударов, грохот упавших, перевернутых мусорных баков и, разумеется, громкий мат.
Вот это место как раз и вызвало интерес у шиноби в костюме рядового клана Фут. Гибкая сильная фигура за целую ночь облетела весь город в поиске нужной улицы. Ниндзя медленно двинулся мимо байка, припаркованного недалеко, агрессивный и опасный зверь, явно нежно любимый своим владельцем. Ласкового огладив сидение, тень скрылась в переулках в поисках своей цели.
Этой ночью воину повезло, он увидел того, кто стался призраком улиц, грозой хулиганов. Яростные движения, стремительные настолько, что глаз едва успевал отслеживать. Идеальная реакция, сила…?
Проследив взглядом полёт одного из гангстеров в стену, ниндзя параллельно диагностировал несчастному перелом основания черепа с последствиями.
Поблескивающий в ночи шлем, громкое дыхание, хрипы раненых… Улыбка искривила губы куноичи, она легко спрыгнула на землю, брезгливо перешагнув через тело. Скольких этот монстр положил и не запыхался? Дюжина?

- Неплохо, но хук слева в разы слабее. – Коротко поприветствовал Фут-клановец, вежливо склонив голову, стягивая маску. Холодные зеленые глаза хозяйки ниндзя окинули громилу пронзительным взглядом.

Караи медленно сделала шаг вперёд, не особенно страшась зверя, который мог запросто напасть. Обманчиво расслабленное тело, ласковая улыбка на губах, девушка играла роль дружелюбной вербовщицы. Кокетливо качнув головой, японка поправила чуть растрепавшиеся волосы, бросая любопытные взгляды на Всевидящего, под маской которого сейчас скрывалась тварь, горло которой Хозяйка клана Фут запросто перегрызла бы и зубами, лишь бы отомстить за смерть отца и тот ужас, в который её опустили с головой братья.

- Здравствуй. Я знаю тебя, Всевидящий, верно? Меня зовут Караи, есть разговор, но для этого ты должен проявить лояльность и перестать так крепко сжимать своё оружие, я не собираюсь нападать.

Отредактировано Karai (2019-01-17 00:52:34)

+3

3

Убийство Шреддера должно было принести в их семью облегчение и столь желанный покой, но отрубив голову, ты не избавишься от зверя. Тебе нужно будет что-то сделать с трупом, отмыть себя от крови и сбить запах; возможно, у него отрастёт новая голова, если не с десяток новых. Шреддер возвращался, причинял им боль снова и вновь оказывался повержен, но проблема была не только в его жажде власти и отмщения, его фигуре и образе. Шреддер создавал годами преступную сеть, и уничтожить клан Фут одной лишь его смертью было бы сказочно хорошо.

Но реальная жизнь — это не сказка, комикс или компьютерная игра. Реальная жизнь — это череда противных душе решений, тренировок до боли в мышцах, лжи и попыток не замараться там, где невозможно остаться чистым. Чем старше становишься, тем сильнее это понимаешь, а без соответствующего надзора ещё и быстро идёшь по наклонной. Особенно если этот надзор всегда был и хватал тебя за плечо в те моменты, когда твоя горячность переходила в слепую ярость.

Всё началось с отъезда Леонардо.

Чёрт знает, зачем Сплинтер это затеял. Лидер уехал, не проронив ни слова о том злосчастном разговоре с Мастером, после которого Лео стал собирать сумку. Почему-то доля отправиться в джунгли для самосовершенствования выпала именно старшему, хотя тот с пелёнок (хотя, конечно, пелёнок у них никогда не было) тренировался да медитировал. В тот день Раф бил боксёрский мешок не один час, пытаясь унять злобу и отчаянное непонимание решения Учителя — если сыновья разочаровали его как команда, то зачем их было разделять? Сделать ещё слабее? В наказание за какие-то ошибки? И как Леонардо не хватило духу оспорить его решение, остаться дома, не бросать, чёрт побери, близнеца? Какой же он лидер, если у него нет команды? Какой же он брат, если готов покинуть их лишь из-за того, что так хотел Мастер?

Нет, разумеется, Сплинтер хотел им только добра. Он любил их, заботился и никогда не оставлял, как настоящий учитель и отец, но принять столь радикальное решение Рафаэль так и не смог. И ожидаемо начал отдаляться от семьи, хотя по прошествии времени он с уверенностью бы сказал, что Донателло и Микеланджело тоже: отъезд Лео отразился на всех, просто каждый переживал это по-своему.

Его братья отказались от патрулирования города, занявшись «взрослыми» делами — Донни занялся удалённой технической поддержкой пользователей, слепив всего лишь за одну ночь сайт-визитку и заполучив в первый же месяц больше сотни клиентов, а Майки предпочёл верхний мир и стал куклой для битья на радость малолетним детишкам. И если позицию Дона Рафаэль ещё мог понять, то Майки... Выбор Микеланджело вызывал у Рафа смятение, презрение и смех одновременно. А ещё страх за своё будущее и желание занять руки хоть чем-то действительно полезным, раз младшие охламоны возомнили себя слишком серьёзными для того, чтобы разбираться с кем-то, кто был не Шреддером.

Это тоже было смешно. Раф отлично помнил, как он в свои пятнадцать орал на Лео и требовал от старшего не лезть во все дела города: не связываться с Футами, не трогать Драконов, забыть о Кожеголовом, правительстве, разумеется, космосе. Если дело начнёт касаться лично их — пожалуйста; в ином же случае было бессмысленно копаться в лотке с дерьмом и тратить свои силы на тех, кем должна заниматься полиция.

И вот Лео, заступник невинных и обездоленных, покинул Нью-Йорк, а Раф — нет, он здесь, в этом городе; он дышит его смрадом и чувствует шершавый бетон под своими ладонями, он скрывается в тени грязных улиц и чувствует гулкий пульс мегаполиса под кожей; он упивается его неоновыми огнями, культурным разнообразием и сущностью муравейника, он жадно липнет к поверхности и всей душой любит Нью-Йорк. Он живёт жизнью столицы мира, а столица мира благосклонно позволяет себя обожать и оберегать. И город стонет от боли и распрей, и Рафаэль стискивает зубы вместе с ним.

Шреддер оставил после себя щедрое наследство, и теперь все — Пурпурные Драконы, Призраки Улиц, ещё чёрт знает кто — хотели отхватить от него жирный кусок. Главный наследник, клан Фут, ослабел в связи с кончиной джонина; место Ороку Саки должна была занять его дочь Караи, бывший чунин, однако она слаба, и она девчонка. Сколько мужчин из клана захотят занять её место? Сколько крови прольётся, прежде чем она докажет, что достойна шлема своего отца? Рафаэлю было на это насрать, но ему не было плевать на безопасность города. На людей, которые могли бы погибнуть или остаться на всю жизнь инвалидами в ходе жалких войн за территорию.

В отличие от его братьев, он всё ещё оставался бойцом и ниндзя.

***

Идея Ночного Всевидящего — безумная, идиотская и чертовски рискованная. Возможно, она появилась даже не столько из-за желания сохранить в Нью-Йорке равновесие, сколько из необходимости сбежать из семьи и попытаться укрыться от ненависти к себе; сбежать от нужды в Лео и братьях, сбежать от Кейси, который всё чаще променивал его на общение с Эйприл (и Раф совсем не винил его, ведь понимал, что семья — это важно), сбежать от прошлого, которое отвращало в настоящем. Шлем Ночного не был сделан Донателло, куртка перешивалась, а наплечники делались вручную; байк был угнан и переделан из ржавой развалюхи в рабочего зверя. Рафаэль сделал всё, чтобы в Ночном ничто не напоминало его личность, и даже сменил оружие — цепи были распространены как и среди крупных банд, так и среди мелких, а значит не могли привлечь пристального внимания.

Если он хотел сохранить равновесие, он должен был привлекать интерес группировок, но не слишком. Как бы поступил на его месте человек, неожиданно решивший бороться против преступности? Он явно действовал бы не в районе своего дома, стараясь охватить несколько периметров, и не вступал бы в прямую конфронтацию с бандами, ведь они могли завалить его количеством. Рафаэль выбрал для себя несколько целей в Бруклине и Квинсе — то были неважные ограбления, перевозки оружия и просто мелкие стычки, касающиеся одновременно и Драконов, и Фут, но Фут всё-таки немного больше.

Через несколько дней о нем заговорили на улицах, а спустя три недели кто-то заснял его на камеру и показал в вечернем выпуске новостей на канале Fox.

Это было одновременно приятно и мерзко — он вновь защищал людей и стоял на страже города, однако Раф преследовал корыстные цели и собирался окунуться в такое дерьмо, которое Лео никогда бы ему не простил.

Он собирался работать на стороне Фут, чтобы сохранить равновесие между бандами и не дать Нью-Йорку погрязнуть в уличных разборках. В конце концов, в этой войне были виноваты они сами.

***

Прослушивать линию переговоров полицейских просто. Ещё проще сложить дважды два и понять, что ограбление происходит сегодня в нужном районе.

Мотор рычит голодным зверем, когда Рафаэль пересекает улицу, стремясь перехватить оплошавших гангстеров раньше копов. Это на углу пятьдесят пятой — очередной грязный переулок, полный запахов испражнений и мусорных баков, за которыми можно укрыться от перестрелки. Для кого-то эта работа могла показаться сложной и неблагодарной, так как твои руки связаны законом и собственной слабостью, но только не для Рафа — он не был отягощен полицейским значком или недостатком тренировок. Он жаждал этой драки и внимания наглых уебков, переступающих закон. А ещё он собирался пустить им немного крови и хотя бы на недельку отучить от тёмной дорожки.

Поэтому он нападает из тени, зажимая цепью шею светловолосого мужчины с обозленным лицом. Другой падает в мусорные мешки, не выстояв против удара правой, а третий теряет равновесие, ужаленный грузом цепи в колено. У парней едва ли была серьёзная физическая подготовка в сравнении с Рафаэлем; они сильны, но слишком медлительны, а ещё совершенно не умеют обороняться от противника, способного выследить и напасть со спины в узком пространстве. Раф укладывает на лопатки четвертого — у того разбито лицо, выбит зуб и вывернуто запястье, но эта участь ничто по сравнению с тем ублюдком, что попытался в него выстрелить и теперь встретился позвоночником со стеной. Остальных ожидали не менее щедрые травмы.
 
И ещё. И снова.

Ночной Всевидящий не убивает. Он обезоруживает, не стесняясь использовать уличные методы и иногда перегибая палку, но ему совсем не нужно возиться с трупами. Рафаэлю не хотелось, чтобы полицейские открыли сезон охоты уже на него.

— Неплохо, но хук слева в разы слабее.

Он медленно оборачивается, услышав столь знакомый голос. Рыбка попалась на наживку или как там это называется, а? И ведь сама же пришла, в одиночку, даже без лучших бойцов; впрочем, те наверняка поджидали на крышах, готовые в любую секунду напасть и разорвать того, кто осмелится напасть на их хозяйку.

— Верно, — голос Всевидящего в сравнении с голосом Рафаэля гораздо ниже и грубее благодаря паре уроков и тренировкам. Это было необходимо и для встречи с Караи, и для Кейси, если они вдруг пересекутся в переулках. — Говори, раз есть, что сказать.

Он не нападает и «проявляет лояльность», внимательно наблюдая за движениями куноичи и приторной улыбкой на её губах — Караи расслаблена, дружелюбна и готова к сотрудничеству; Караи невзначай поправляет волосы и и тянет правый уголок губ, лукаво, очень по-женски щурясь. Она змея, окольцовывающая жертву и готовая в любой момент впрыснуть в её тело яд, но Рафаэль наблюдает за этой сценой без страха и желания быть очарованным. 

Он здесь, чтобы стать деловым партнёром, а не очередной добычей. Он здесь, чтобы помочь Нью-Йорку, а не оставлять его беззащитным перед уличными войнами. Он здесь наперекор своей гордости и принципам, ведь работа под эгидой Фут равносильна несмываемому позору для имени и худшему исходу, что он мог себе представить несколько лет назад. Но теперь он повзрослел, и вместе с отъездом Леонардо это бремя принесло Рафу понимание, что порой правильные решения являют собой ничто иное, как печальную необходимость.

Рафаэль здесь, потому что он — Ночной Всевидящий.

[icon]http://funkyimg.com/i/2Q5vL.jpg[/icon]
[status]NIGHT BEAST[/status]

Отредактировано Raphael (2019-02-13 23:19:50)

+3

4

Когда животные чувствуют, что дитёныш слаб – его съедают, не желая тратить силы на потомство, не готовое к жизни в полном опасностей мире. Это естественный отбор. Слабый всегда становится завтраком сильного, но люди пошли намного дальше от зверей в своем развитии. Их инстинкты не позволят оставить дитя, какое слабое оно ни было. Зря.

Ороку Саки долгое время считался жертвой именно «материнского инстинкта», как ещё можно было объяснить блажь главы клана, когда тот привёл с улицы оборванку, перемазанную углём, не знавшую толком нормальной речи, ожидающую удара ото всюду? Волчонок. Злой волчонок. И над ним смеялись украдкой, а когда девчонку принялись обучать как ниндзя – это и вовсе оказалось нонсенсом, женщины в Японии славились именно своим послушанием, скромностью и умением вовремя заткнуть рот, когда говорит мужчина. Вспомните любимых героинь в фильмах и манге. Робкая и кроткая девушка, непременно с милой улыбкой и добрым взглядом наивных глаз. Это ли не мечта. От природы леди слабее мужчин, и это факт, который в наше время упорно пытаются оспорить радикальные феминистки, трясущие голыми молочными железами на улицах городов. Прекрасный протест, не думаете?

Нет, великий Учитель Шреддер видел дальше, из своей названной дочери планировалось создать именно инструмент для войны. Идеальное оружие, уступающее в силе, но не в ловкости и скорости. Караи изначально была лишь игрушкой в руках дальновидного политика, и успехи в воспитании действительно были. С сожалением оставляя дочь в Японии, Ороку Саки не был уверен в том, что зеленоглазая кобра сможет удержать клан в руках, ведь не было повода продемонстрировать силу оружия, созданного за годы, испытать в деле управления, не только убийств на миссиях. Да только он ошибся. Чунин сумела не только не развалить клан, но и подчинить себе филиал полностью, показав себя достойным уважения политиком. Уже не женщиной, нет. Никто и не подумал бы посмотреть на изящную гибкую фигуру с вожделением, или восторгом, каким одаривают противоположный пол.  Караи не видела ничего, кроме работы, тренировок и смерти. И оно того действительно стоило. Ровно до того момента, пока куноичи не встретилась с безумной семейкой мутантов. Ровно в тот миг, когда клинок готов был опуститься на голову вечно агрессивного уродца с красной повязкой, послышался лязг встретившихся лезвий. Некрасиво, неправильный удар и столкновение благородной стали, как в дешевых фильмах про самураев.

Серо-голубые глаза должны были быть наполнены ненавистью, презрением, злобой. Их Караи была рада увидеть каждый раз, прежде чем острые шипы на подошве таби войдут в череп противника. Но в тот раз не было ничего. Лишь холодная уверенность: «Ты не убьешь мою семью». Куноичи с ужасом осознала, что её бойцы проигрывают самоотверженности мутантов. Дети ещё, они хоть и оказались сильнее по физическим параметрам, но против убийц из отрядов отца… Как они смогли победить?

И этот вопрос волновал девушку долгое время, она не раз сталкивалась на улицах города с раздражающей семейкой, выслеживала, слушала вечные перебранки. В какой-то миг Караи казалось, будто братья готовы накинуться друг друга, чтобы разорвать. Но нет. Пыл остывал по непонятным для куноичи причинам. Как долго длились их «свидания» в попытке убить друг друга? И сколько раз женщина ощущала, как нечто внутри противится смерти. Яд, сеть, разрезающая кожу тонкими нитями, словно масло, смертоносные неко-те, которыми можно было выпотрошить раздражающие тушки с пылкими юными душами. Что мешало работать в полную силу?

Караи задумалась, но вовремя пришла в себя, вновь тряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли в сторону. Она смотрела на массивную фигуру в черном, стоящую напротив неё, с иронией, улыбкой на разбитых, чуть припухших губах.

- Мои люди следили за тобой…  Ты всегда работаешь один, сражаешься как зверь, забывая о жизни и здоровье. Сколько раз тебя потрепало в уличных перестрелках? – Её голос был спокойным и безжизненным, наигранно дружелюбные нотки не получались в этот раз. Слишком вымотанной оказалась женщина для усилий в актерской игре.

- А ещё ты ждал меня… - Караи без опаски шагнула вперёд, приближаясь к мужчине. Плавные движения выдавали в девушке противника, воина, который уже давно знаком с наукой боя. Зачем тратить лишнюю энергию на бесполезные жесты и кривляния, когда в схватке каждое действие должно стать фатальным для врага? – Иначе, зачем ты мелькал на нашей территории столь часто? Это позволяют себе не все банды в городе, лишь самоубийцы, либо тот, кому есть, что предложить. Должна сказать, рекламную компанию ты развернул…

Хозяйка Фут надавила ногой на хрипящее тело, собирающее по асфальту выбитые зубы. Интересно, а к таким мразям зубная фея приходит? Разве что отмороженная. И сейчас это прелестное создание стояло перед ней в кожаном байкерском костюме. Караи лениво коснулась перевязи с мечами, замерев напротив Всевидящего. Молчаливый осмотр «товара», удовлетворительный хмык.

- Мне нужна твоя ярость, Всевидящий. Предлагаю работу на клан Фут. Каждый из моих воинов готов прикрыть тебе спину, пока ты сражаешься на нашей стороне. И за наши интересы. Я никогда не скуплюсь на оплату для верных своему делу наемников. – Изящно поведя плечом, она сделала небольшой шаг назад, обернулась, подставляясь для возможного удара. Банальная проверка, чтобы выявить идиота. Были уже личности, которые смогли заинтересовать Хозяйку, но мало кто долго задержался на этом свете. Рано или поздно, но пытались предать, ударить в спину. Этих псов легко перекупали для убийства живучей зеленоглазой гадины. Большинство терпели фиаско, ведь после смерти отца Караи потеряла представления о таком понятии, как доверие. Сделай Рафаэль лишнее движение, упал бы замертво, сраженный отравленным клинком в широком рукаве туники.

- Оплата… - Тяжелый взгляд прошёлся по всей фигуре мужчины, издевательская усмешка искривила губы. – В зависимости от пользы, которую ты принесешь клану после первого задания. Меня не волнуют деньги, лишь достижение целей. Сейчас тревожат действия группировки «Сават» на севере города. Они подобрались слишком близко к территориям Фут.  Этот щенок Атталь слишком многое о себе возомнил.

Кулаки девушки сжались, Караи раздраженно хмыкнула, вспоминая последние переговоры и издевательскую покорность мужчины, с раздражающей улыбкой наблюдающего за ней, диктующей действительно унизительные условия хрупкого мира. Его сынок, с хмурой рожей стоящий у дверей, недобро буравил женщину взглядом. И куноичи осознавала, что не всё оставалось гладко в  её личном королевстве.

Решить проблему мог помочь Всевидящий. Радикально и дерзко, как действовал этот борец за свободу. Женщина видела потенциал в этом пока ещё дилетанте. Что он делал? Чем привлёк? Месил сброд на улицах, выходил один против огромной толпы? Но и он был не парнем из подворотни. От внимательного взгляда не уклонилась бесшумная походка, воин оказался не так прост, как хотел казаться. Какой образ он создавал? Яростный боец за справедливость, попытавшийся обуздать бушующую огненную геенну, в которую обратился город? Если это действительно так, то парень глуп, но женская интуиция подсказывала: «Всевидящий ещё удивит».  Насчет этого воина Караи ошибалась с самого начала. И когда отмахнулась от «теней», принесших весть о явлении нового мстителя на улицах города, не обратила внимания, утонув в проблемах клана, а ведь найди громилу раньше – можно было приручить, сделать верным псом, крепким пушечным мясом. Да, на большее «супергерой» не годился пока что. Не было доверия и уверенности в способностях. Вдруг, он горазд лишь пинать шпану по темным переулкам, а когда придёт время пойти на реальное дело, когда каждая ошибка может стоить жизни целому отряду, тут храбрец спасует. Но интуиция шептала: «Не ошиблась. Он облегчит тебе жизнь».

Забавно, что и Рафаэль и Караи собирались использовать друг друга, да только именно на таких связях и строятся самые крепкие союзы, обреченные на успех и огромный КПД в перспективе. Ну а сейчас… Они оба хотели сотрудничать, но только необходимо создать видимость искусной игры, представления, где один с «великодушием» примет в клан другого, а тот согласится, предварительно выторговав выгодные условия.

- Чем возьмешь? Деньги? Оружие, лучшая экипировка, или же…- Тут улыбка стала благосклонной, куноичи попыталась скрыть улыбку. – Информация? Не думаю, что такому, как ты, она нужна, но всё же… Что ты хочешь от Фут в обмен на свою силу?

Свист стрелы над самым ухом, Караи успела уйти с траектории удара, обернулась, прогибаясь в спине, вытаскивая из колчана верный лук. Жестокий оскал на губах, Кобра кивнула сорвиголове, в зеленых глазах застыла…радость? Безумное веселье, сегодня она ещё не убивала, она стала палачом за эти месяцы, утонула в крови. Проклиная свою непредусмотрительность, куноичи метнулась за один из громоздких контейнеров, сверху защищенный ржавой пожарной лестницей, следом за свистом тетивы послышался звук выстрела, пуля звонко тренькнула о жестяной бак по соседству, выбив несколько искр. Караи опасно прищурилась.

- Либо уходи и не появляйся в моих районах, либо помогай. – Рыкнула женщина, накладывая стрелу на смертоносное оружие в руках умелого мастера. Выглядывая из тени, анализируя ситуацию. – Тебя в живых не оставят. Предупреждаю. Саваты и предатели из моего клана. Полдюжины на крышах, французы оцепили переулок. Ещё дюжина. Многовато для хрупкой женщины. Высоко меня ценят, а? - Весело хмыкнула куноичи. - Слишком быстро… как же всё не вовремя.

+1


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » фандомное » wolves