01 faq
+ правила
02 роли
и фандомы
03
гостевая
04 шаблон
анкеты
05 нужные
персонажи
06 хочу
к вам

GLASS DROP [crossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » фандомное » what's up danger


what's up danger

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

http://funkyimg.com/i/2PTLe.jpg
WHAT'S UP DANGER
Leonardo // Raphael // Donatello // Karai // Michelangelo

«Нью-Йорк – единственный город в стране, в котором можно объехать мир за 2.75 доллара в любую сторону. От Чайна-тауна до Маленькой Аравии в Бруклине, от Сенегала в Гарлеме до Маленькой Кореи во Флашинге и Либерии на Статен-Айленде... Нью-Йорк – это мир внутри мира. И в нём нужно учиться выживать».

Отредактировано Raphael (2019-02-01 18:26:36)

+3

2

Где-то в зале снова допоздна смотрел телевизор Майки, который уснул посреди фильма с пультом в руках и которого поднять на тренировку снова будет тяжело. Где-то в своей лаборатории снова засел гений Донни, порой напрочь забывавший о таких понятиях, как еда и сон и, который сейчас наверняка спал на клавиатуре собственноручно собранного ноутбука, а утром он как обычно проснется с затекшими мышцами, как бывало уже не раз. И есть Раф, который гуляет сам по себе, чей силуэт сейчас пристально и с привычным для старшего брата укором рассматривали серо-голубые глаза лидера черепашьей команды.
- Город опять не смог прожить и ночи без тебя? - Тон старшего не предвещал ничего хорошего. Впрочем, как всегда, учитывая, что на часах - начало пятого утра, а Рафаэль только возвращался со своей ночной прогулки. Лео надеялся, что они должны были прекратиться после всего, что братьям довелось пережить в последнее время, но ошибся, некоторые вещи не меняются.
- Однажды твои ночные вылазки выйдут боком всей семье! Что за безответственность? Ты ставишь под удар всех нас. - Громким шепотом, грозившим перейти в шипение, заговорил старший, преграждая дорогу брату и тем самым пресекая его попытки к бегству. А ведь почти нашли общий язык, почти ведь сумели снова стать семьей, хотя с самого детства противостояли друг другу и соперничали между собой, не желая идти на примирение и компромисс. Лидер бросил мимолетный взгляд в сторону комнаты учителя, словно не желая, чтобы Сплинтер стал свидетелем разборки сыновей. Пусть лидер и пытался сгладить конфликты, случавшиеся с завидным постоянством, надеясь не допустить раскола в семье, выходило это далеко не всегда. Прав был сенсей, когда говорил: одного не станет - не станет всех. По одиночке они были сильными и достойными воинами теней, но не более. А вместе - единым целым. Братьями, для которых нет ничего невозможного.
- Тебе самому еще не надоело? - в голосе старшего прозвучали возведенные ноты, а взгляд полоснул по силуэту близнеца, встречая наглые зеленые глаза. - Я думал, что события в особняке Винтерса раз и навсегда расставили все точки над "i" , а ты, наконец, понял, что такое работа в команде.
Последняя фраза прозвучала с долей искреннего разочарования по отношению к брату. Лео и сам совершал ошибки, но из каждой извлекал полезный, а порой и слишком горестный опыт, который позволял ему становиться сильнее морально, но в то же время делал старшего невероятным интровертом. Сложно быть страшим в этом непростом семействе, будучи запертым в рамках ответственности и обязанностей перед младшими. Сложно всегда быть сильным, но нужно. Ради них. Он старший. Он отвечает за безопасность братьев. И поэтому каждую ночь журит Майки за посиделки перед телевизором до потери пульса, выслушивает о новых изобретениях Донни, который обделен вниманием (и пониманием ) со стороны остальных и... дрессирует Рафа. Хотя в последнем он уже сомневался. Интересно, кто кого еще дрессирует?
Со стороны дивана что-то сонно пробурчал во сне Микеланджело, укутавшись в одеяло с головой и перевернулся на другую сторону, продолжая тихо посапывать. Вот уже кто действительно устает после долгого дня перед экраном или за видео-играми - даже зарождавшаяся ссора братьев не потревожила сон младшего. Все-таки хорошо, что на его месте не оказался Донни - гений с детства был очень впечатлительным и просыпался от каждого шороха, но сейчас гениального брата защищали стены родной лаборатории, где Донателло мог пропадать не часами, а сутками.
Леонардо немного сузил глаза, все еще по привычке хмуря лоб и удобнее сложил руки на груди, в привычном защитном, пусть и неосознанном, жесте.
- Сколько можно, Раф? - Разговор снова скатывался в привычное уже русло, после чего всегда следовал скандал. Лидер вздохнул, чуть понижая голос. - Утреннюю тренировку никто не отменял. У тебя полтора часа.
- Я встану, Лео. Честное слово, еще пять минут, - раздался с дивана сонный голос Майки, который видел очередной по счету сон. Подобные "угрозы" со стороны обладателя синей повязки, братья слышали каждый день и ответ самого младшего был уже эдаким рефлексом на все случаи жизни.

+3

3

Нью-Йорк красив на поверхности: полотно ярких огней мягко стелится по всему горизонту, освещая ночью улицы и придавая городу образ чего-то живого. Вокруг холодные небоскрёбы и шум, не смолкающий даже к утру, а снизу раздаётся запах дешёвых закусочных. Здесь на крыше промозгло, но это всё равно одно из лучших мест в городе.

Ночной Всевидящий ещё раз окидывает Нью-Йорк взглядом, прежде чем спуститься по пожарной лестнице вниз в тёмный переулок. Его путь лежит не в захудалую однокомнатную квартирку, пропитанную запахом скисшего пива и сигаретных окурков, а гораздо ниже. Туда, где всегда мокро, темно и холодно, туда, где вечно воняло отходами и сыростью. Его родной дом находился в канализации, потому что он... Ну, чёрт возьми, не совсем человек. Обычный прохвост с добрым сердцем и очень крепким панцирем. И знанием парочки приёмов, после которых преступникам приходилось покупать себе вставную челюсть.

На самом деле он — Рафаэль, один из черепашек-ниндзя. Но в последнее время ему всё чаще приходилось надевать костюм Ночного Всевидящего, потому что на то были причины.

***

— А семья, видимо, и дня не может прожить без твоих лекций, — тон младшего тоже не предвещал ничего хорошего. Пока это были лишь простые любезности, которыми обычно обменивались между собой братья — так повелось, что Леонардо был с детства тем ещё самовлюблённым и правильным до зубного скрежета придурком, а Рафа это не очень-то устраивало. Причин было много: от банального «это просто бесит» до молчаливого и тщательно скрываемого «нечестно, что отец тебя любит больше, чем остальных». Леонардо был слишком дисциплинированным, слишком старательным, слишком «пай-мальчиком». Он всегда старался быть первым и отнимал это право у других, а затем и вовсе стал использовать свои привилегии, сам того не замечая. Он ведь лидер. Он ведь знает, как надо лучше. Он ведь... Как там это было?.. «Лучше тебя, Раф». — Расслабься. До сих пор же не вышли.

Рафаэль не собирался никуда бежать. О, только не он. Напротив, смерив усталым взглядом старшего, Красный остановился опасно близко к нему, дожидаясь, пока Лео выговорится. Чёрт побери, он на ногах с десяти утра и ему пришлось задержаться на поверхности из-за попытки ограбить банк без пятнадцати пять. Он всю ночь разгребал эти преступные помои, потому что его братья до сих пор не желают вылезать на крыши и заниматься настоящей работой. И теперь ему приходится выслушивать лекцию, словно малолетнему пиздюку, который зажёг спички дома и попытался спалить обои.

Почему ему просто нельзя побыть в одиночестве, придя домой?

«Хватит».

— А тебе? — шёпот Рафаэля отдаёт злобой и раздражением; Красный точно также не хочет будить мастера, как и его брат, но лишь потому, что разборки с участием Ночного Всевидящего Сплинтера не касались. Он пока не знал. — Я знаю, что такое работа в команде, а вот ты, похоже, давно роль мамочки на себя не брал. Не наглей, Лео. Мы говорили об этом несколько раз. Если ты думаешь, что случай у Винтерса даёт тебе право играть в оловянных солдатиков, то ты ошибаешься.

Ночной Всевидящий продолжал существовать по многим причинам, и все они не имели ничего общего с фантазиями старшего. Во-первых, Рафаэль взял его личину чуть больше полугода назад, и не собирался с ней расставаться по щелчку пальцев старшего. Во-вторых, личина Ночного позволяла действовать разными методами. И, в-третьих, Рафаэлю нравилось... Чувствовать принятие. Иметь доступ к поверхности в любое время. Быть среди людей. Быть хотя бы пару часов кем-то без прошлого и будущего, но остро чувствовать настоящее и принадлежать ему. И, чёрт побери, в кои-то веки выбирать самому свой путь.

Но братьям об этом знать не нужно.

«Вряд ли они поймут».

— А теперь дай мне поспать, — с силой пихнув Леонардо в плечо, он прошёл мимо лидера.

«Полтора часа, чёрт возьми. Кто-то будет утром не в форме».

+3

4

Донателло проснулся от ощущения сухости в глотке. Быстрый взгляд на цифровые часы дал понять, что он проспал около пятнадцати часов. Ему, как и Рафаэлю, было трудно вновь приспособиться с режиму тренировок, установленному Леонардо. По-хорошему, и Дону пришлось трудно, когда после незапланированно долгого отсутствия лидер вновь объявился и, не дав братьям времени на раскачку, начал устанавливать старые порядки. Но Дон был рад наступлению хоть какой-то стабильности и потому не жаловался. По крайней мере, не слишком.

Изредка молчаливо поддерживать стенания Майки - все, что он мог себе позволить.

Он откашлялся и схватился за спасительную бутылку воды, которую с недавних пор предусмотрительно ставил на компьютерном столе.  У ноотропов и аналептиков все же были досадные побочные эффекты,  как бы FDA не старалось доказать обратное. Дон диагностировал у себя расстройство сна: то он не мог заснуть всю ночь и строчил коды, подбирал изображения и цветовую гамму, и присылал заказчику уже готовые варианты (он бросил компьютерное консультирование и занялся более перспективным веб-дизайном), то, чувствуя безудержную сонливость, устанавливал чуть более длительные сроки выполнения работы. В последнее время также стала часто болеть голова и панцирь от долго сидения затекал быстрее, чем обычно.

Иногда мастер Сплинтер тихо заходил в его лабораторию.
- Сын мой, тебе несомненно нужно больше отдыхать. Я понимаю, каким бременем может быть забота о благополучии семьи, но ответственность не должна затуманивать тебе разум, - но Дон молча и как бы виновато протягивал ему банку оригинального тигрового бальзама (единственного средства для облегчения ломоты в суставах пожилого крыса) и Сплинтер, качая головой, уходил. Тем не менее, отец продолжал напоминать Дону об отдыхе и бодрствовании, принося ему то теплый чай, то бодрящий отвар. Так продолжалось до того, как черепаха пересел на аналептики.

Рядом с бутылкой стояли уже распечатанные блистеры модафинила и пирацетама. Дон безжалостно смахнул их в ящик стола.
Они пригодятся, когда придется латать Рафа после особенно кровавой стычки.

Не сказать, что Дон одобрял деятельность брата в качестве Бэтмена, но поскольку, Раф не был миллионером, становиться его личным Альфредом он не был намерен. Семье нужны были деньги - нужно же ведь на что-то жить. Поэтому Дон работал, как проклятый, пока в его отсутствие жизнь текла стремительно и одновременно неумолимо размеренно.

Майки часто шутил, что такими темпами у Дона скоро появится вмятина на панцире, а от Рафаэля Донателло уже давно ничего не слышал. Поэтому он даже несколько обрадовался, услышав тихие переругивания на выходе из комнаты. Правда, радость его была недолгой - все же братья ссорились. И, как он понял, до тренировки осталось чуть больше часа.

По крайней мере, он успеет сделать себе кофе.

Дон по пути накрыл младшего брата пледом, который тот сдернул с себя во сне, хлопнул Рафаэля по плечу в знак поддержки и утешения (давно ли ты сам устраивал ему такие нервотрепки почти каждый вечер?) и ужом скользнул мимо Леонардо. Лео дышал эмоциональным благополучием и физическим здоровьем. Донателло похудел и приобрел мешки под глазами на постоянной основе.

- Оставь его, Лео, - Дон загрузил кофеварку и открыл шкаф в поисках чистой кружки. - Ты же знаешь, что он не отступится. Тем более, ему уже не пять лет, чтобы какой-нибудь прохожий мог сдернуть с него маскировку, - еще бы гений, ты же лично делал ему шлем.

Он успел подставить поллитровую емкость под мерно текущую струйку. Убежище заполнил приятный, но душный аромат кофе.
- Не то чтобы я тебя отговаривал, Лео. Но я занимаюсь тем же, что и ты уже два года и ничего не достиг. Не пора ли сдаться?.. - Дон все же включил вытяжку. - Ты не думал о том, что рано или поздно мы все разойдемся? Сплинтер не вечен, а когда он... - он не смог заставить себя произнести это. - Настанет черед каждому из нас выбирать себе дорогу. Да, мы все еще останемся семьей, но уже не той, что прежде, понимаешь? А заставлять взрослую черепаху ходить по струнке в некотором роде... нелепо, не считаешь?..

Она сам поразился наглости своих слов. Но это было правдой. Погружаясь в мерное печатание, Дону иногда удавалось поразмышлять о сущем. Они с братьями уже совершеннолетние. И если они пропустят сензитивный период сепарации, это плохо скажется на их личностном развитии. Тогда им впору будет называться "вечные инфантилы ниндзя-черепашки". Какие бы общие цели их не объединяли, они с братьями совершенно разные. И отдаление друг от друга было бы лишь вопросом времени. Если бы они были людьми, для них было бы открыто множество исторически сложившихся путей реализации: можно жениться и завести семью, можно посвятить жизнь работе, можно - обучению других, а можно и вовсе продолжить развиваться самому и уйти в монахи хоть к самому дьяволу. Но они мутанты, и потому их круг возможностей значительно сужается. Никакой семьи, никакого потомства, никакой всемирной известности. Разве что в виде экспоната в пробирке или в цирке уродов.

Однако, Дон не терял надежды. Они побывали в таких передрягах, видели столько миров и вселенных, что невозможно было поверить, будто их единственный путь в жизни - проживать эту самую жизнь впустую, сидя друг на друге в канализации. Тем не менее, альтернативы он не придумал. И полностью погрузился в работу. Возможно, из желания обеспечить семью материально. Возможно, из чувства глубокого отчаяния.

Дон отхлебнул кофе - чистого, черного, не подслащенного. Нет, это все еще не относится к мазохистическому расстройству личности.
- Хотел бы я помочь тебе с этим, Лео. Но, во-первых, кто я такой, чтобы тебе советовать, а во-вторых, я сам еще не нашел ничего, что хотя бы близко было похоже на решение нашей проблемы.

Отредактировано Donatello (2019-01-07 09:33:10)

+3

5

- Прекрати, - Лео нервно качнул головой, ощущая, как вдоль спины прокатилась неприятная волна колкого холода. Вот же чертов задира, да что же ты все никак не уймешься?
- Замечательно, - старший напряженно кивнул, понимая, что мирной беседой дело не обойдется. И так всегда - казалось бы, после всего, что произошло с черепашьим семейством, близнецы должны были найти общий язык и перестать донимать друг друга, но почему-то на Рафа и Лео этот принцип действовал абсолютно противоположным образом - чем больше неприятностей они переживали, тем больше поводов для ссоры находили.
На диване что-то пробубнел во сне рыжик, и, укутавшись в одеяло едва ли не с головой, отвернулся панцирем к братьям. Пожалуй, из всей четверки Майки был единственным, кто понимал значение слова "Ночь", хотя от этого легче не становилось.
- Неужели ты не понимаешь? Откуда в тебе столько эгоизма, и...
Закончить лидер не успел, поскольку в этот момент близнец просто бесцеремонно отпихнул его в сторону, заставив старшего пошатнуться и немного сузить глаза.
- Мы не закончили, - Лео положил руку на плечо сорвиголовы, остановив его едва ли не рывком. - И ты не уйдешь, пока не выслушаешь меня, ясно?
Лео сделал шаг вперед, навстречу обладателю красной повязки. Тон повышался. Спокойно, без резких нот, но повышался, следуя голосу брата.
- Считаешь, что твои выводы справедливы? Только это не я блуждаю по ночным улицам в поисках бесполезной драки только потому, что нечем занять кулаки. Это, по-твоему, самостоятельность? Это эгоизм - думать и заботиться только о себе, не обращая внимания на то, что твои выходки могут разрушить чужие жизни. Хотя тебе плевать.
Высказался. Спокойно, приводя весомые аргументы и все еще держа себя в руках, как и подобает старшему. Но вспылил. Взгляды братьев пересеклись в безмолвном противостоянии, буквально электризируя пространство.
Леонардо хотел продолжить свой поучительный монолог, когда его слова прервал звук открывающейся двери, заставив двух братьев рефлекторно обернуться, заметив на пороге лаборатории Дона. Чаще гений старался не вмешиваться в разборки старших, но сегодня, похоже, им удалось задеть и его своими претензиями друг к другу. Меньше всего хотелось, чтобы младшие видели, как срываются близнецы, а подумать о том, что за ссорой, уже перераставшей в откровенный вызов на взбучку, их может застать сенсей, было противно. И после этого они - примерные сыновья? Черта с два с такими разборками каждое утро.
Обычно именно Донателло играл роль эдакого дипломата в семье, балансируя между характерами трех братьев, и стоит признать, у него это неплохо получалось. Но не в этот раз. Неизвестно с чего, Дон вдруг принял сторону Рафаэля, заставив лидера удивленного распахнуть глаза.
- Отлично, Донни. Просто отлично.
Не хватало ещё бунта в семье ко всему уже имеющемуся, когда и так доверие трещит по швам. Лидер устало потер переносицу. Что дальше? Может быть ещё и Майки ополчится против него? И тогда картина изменится с точностью до наоборот. Старший уже собирался высказаться по этому поводу, когда из лаборатории Дона донесся равнодушный компьютерный голос: "Обнаружена активность клана Фут". И все бы ничего, порой Донателло забывал выключить звук или перейти на наушники, к этому черепашки уже давно привыкли, как и к заумным научным терминам, которые периодически выдавал сам гений, но на этот раз внимание зацепилось за два слова: клан Фут.
- Клан Фут? - Словно не веря тому, что услышал, переспросил Леонардо и с укором взглянул на Донателло.
- Клан Фут? Где клан Фут? - Позади что-то рухнуло, жалобно айкнуло, снова рухнуло запутавшись в одеяле и, наконец, затихло.
- Молодец, Раф. - Процедил сквозь зубы Лео, понимая, что теперь проснулся и Майки, а значит, все четверо братьев были на ногах.
" Вот тебе и доброе утро"
- Я в порядке! - показалась рука с выставленным большим пальцем, а следом за ней из-за спинки дивана, словно из окопа, выполз Майки, все еще запутанный в собственном одеяле. Леонардо бросил мимолетный взгляд на младшего, словно хотел убедиться в том, что с ним все в порядке, после чего снова вернулся к диалогу с Рафаэлем:
- Если бы ты ночевал дома, то... забудь, - лидер покачал головой, понимая, что это пустая трата времени и проще договориться со стеной, чем с обладателем красной повязки, поэтому мутант обернулся к гению, совершенно ничего не понимая. Зачем умный братец выслеживал бывших врагов, с которыми, казалось, было покончено после того, как они победили Шреддера. Да, во главе клана встала Караи, но с тех пор её подчиненные были известны лишь как наемники, не более. Конечно, могла сработать и одна из старых программ, когда братья ещё вели войну против клана Фут, Лео допускал и эту мысль, однако просто взять и проигнорировать эту информацию старший не мог.
Подав руку Микеланджело и рывком подняв его на ноги, Леонардо не оставалось ничего, как кивнуть в сторону лаборатории.

Отредактировано Leonardo (2019-01-08 03:28:21)

+3

6

— Это ты не закончил. А у меня всё, — Раф почти рычал, чувствуя, как обстановка в комнате становится накалённой. Чёрт побери, им уже за двадцать, а они до сих пор ведут себя как восьмилетки — попросил же оставить в покое, но нет, надо пропустить это мимо ушей и всё равно попытаться посраться. Неужели Лео не видел, что его брат почти валится с ног? Рафаэль устал, хотел спать, был голоден и раздражён; он успел продрогнуть на крыше и чуть не порвать куртку из-за того свихнувшегося типа с ножом. Конечно, именно сейчас он как никогда раньше был готов поговорить о проблемах в семье, раскрыть душу близнецу, покаяться в своих грехах и что там ещё лидер от него хотел. Именно, мать его, сейчас.

Раф рефлекторно дёрнул плечом, пытаясь сбросить с себя ладонь Лео.

Он не хотел, чтобы до него дотрагивались. Он не хотел, чтобы с ним говорили. Он не хотел выслушивать чужие претензии и выяснять отношения. Всё, чего желал Красный — это прямо в одежде завалиться в постель и отключиться на полтора часа перед тренировкой.

Но, видимо, ему и этого не разрешат за самодеятельность — маленькая, ничтожная месть старшего, ведь Лео знал, что близнец ни за что не заснёт, если разозлится.

— Да, мне плевать, — в отличие от спокойного тона лидера, голос Рафаэля приобрёл оттенки того разгорающегося гнева, что мог охватить его в считанные секунды. Грёбаный ты Будда, а сможешь читать проповеди, если тебе разбить лицо? Какой же... Какой же ты невыносимый.

Он не сдержался и с силой толкнул брата в пластрон — то ли защитная реакция и «Не подходи ко мне, иначе врежу», то ли попытка спровоцировать и нарваться на серьёзный разговор, если уж старший не догадался прикрыть рот вовремя.

— А я считаю, что ты не имеешь никакого права говорить мне про эгоизм. Раз пастор Лео вернулся, то всё должно быть так, как раньше, потому что ты этого хочешь? Мечтай больше, — Раф уже не боялся разбудить отца или кого-то из братьев, он даже забыл про свою усталость и другие позывы организма — всё, чего он хотел, так это поставить старшего на место. Раз и, чёрт побери, навсегда. — И если ты хоть ещё раз...

Однако скрип открывающейся двери заставил Рафаэля вздрогнуть. Это был Донателло, однако едва ли ему было интересно участвовать в утреннем выпуске черепашьего реслинга — хлопнув Ночного по плечу и тенью проскользнув рядом с Лео, он направился к кофеварке и... и... И просто такой поддержки Раф не слышал уже год так точно.

«Оставь его, Лео». Это обезоруживало, по щелчку пальцев усмиряло весь пыл и звучало до того странно, что Рафаэлю казалось, что он успел где-то тронуться умом — нет, серьёзно, Донни поддержал его, а не старшего или свою альтернативную точку зрения? Серьёзно вот так взял и между слов сказал «Да, ты имеешь право на свою жизнь, и никто к тебе не придерётся за это»? Больше похоже на сон. Или наркотики. Или сон под наркотиками.

Кажется, Кейси был прав. Ему нужно взять пару выходных.

— Это... Было неожиданно. Спасибо? — Раф потёр шею, чувствуя, что зря, в общем-то, вспылил. Всё то, о чем говорил Донателло, будто было зеркалом неспокойных мыслей Рафаэля, облаченным в более логичную, краткую и безэмоциональную форму. Да, им давно нужна сепарация. Да, для того, чтобы оставаться семьёй, нужно было придумать что-нибудь новенькое, а не читать лекции про безопасность и высшие ценности. Да, им нужно было отдохнуть друг от друга. Но вместе с этим... — Лео, Донни прав. Пока ты торчал в джунглях, многое изменилось, хочется этого тебе или нет. И я...

Компьютер Донателло не дал ему договорить, а затем к металлическому голосу присоединился и Леонардо, рассыпавшийся в новых упрёках.

«Если бы ты умел слушать кого-то, кроме себя, я бы сказал, что понимаю обе точки зрения и собираюсь балансировать между ними. Нет — так нет».

— У нас что, сегодня Рождество? И новенькая лекция лидера, и эти придурки очнулись. — Рафаэль зло осклабился, переступая через запутавшегося в одеяле Микеланджело. — Я-то думал, что мы вытравили всех тараканов из Нью-Йорка, но, видимо, нам попался бракованных дихлофос. Давайте, парни, нужно провести санинспекцию.

Он всё ещё чувствовал усталость, почти валился с ног и больше всего на свете хотел съесть тридцатипятисантиметровую пиццу в одно рыло, дополнив её самым жирным бургером из любимой забегаловки Кейси. Но надирание задниц клану Фут — это святое, и ради такого подарка можно было продержаться ещё пару часов.

Отредактировано Raphael (2019-01-15 21:05:10)

+3

7

Донателло поморщился от звонкого воя сирены. С того случая у Винтерса, он вновь врубил все системы оповещения на полную катушку, так что теперь сирена выла по любому поводу. Дону уже начало казаться, что его датчики действительно реагируют в том числе на тараканов.

Он отставил недопитый кофе и прошел к себе лабораторию, избегая встречаться глазами с лидером. Да уж, иногда начинало казаться, что бунтарь здесь не только Рафаэль. Перераспределение ролей? Возможно. Осталось только подождать, когда Майки станет примерным отцом семейства, а Лео плюнет на все, отрастит дреды и поедет колесить по стране.

В синеве одного из потухших в сонном режиме экранов компьютеров Дон разглядел мешки у себя глазами.
- Футы проникли на место гибели Винтерса. Похоже, что-то разыскивают, - возможно, хотят собрать портал и закончить дело тысячелетних каменных маразматиков. Что бы они там не искали, дело грозит обернуться долгими разборками. Дон сгреб еще одну пачку таблеток с полки, по пути выдавил в ладошку две и сунул в рот Рафаэлю.
- Глотай. Это Эргофеин, - прокомментировал он скорее для собственного успокоения. Раф вряд ли знает наизусть названия всех психостимуляторов. - Хоть не свалишься во время боя.
Одну Дон проглотил сам. С каждым днем его шансы стать наркоманом повышались.

Они погрузились в недавно отремонтированный фургон. Тридцать секунд на подъем в импровизированном лифте и Донателло дал по газам. Ночной Нью-Йорк был, как всегда, ослепителен. За неоновыми огнями вывесок, яркими наименованиями торговых центров и светодиодными лентами легко было не заметить обшарпанные спальные районы, обблеванные подворотни, шныряющих то тут, то там байкеров и воротил, садивших себе в машину проституток.
Дону очень не хотелось проводить такую аналогию, но Нью-Йорк напоминал ему собственную семью.

Раф - Бруклин, сердце Нью-Йорка, его кровь и желчь, кипящий людьми и жизнью, как улей или муравейник. Дон подозревал, что Рафаэль потому и не вызвался уезжать на тренировку вместе с Лео, что не мог бы полностью отдаться ей. Как бы его горячечный брат не ругал подземку и какими бы словами не называл тех, кто нарушал относительный покой мирных граждан, он любил Бруклин. И Нью-Йорк в целом.

Майк - Куинс, душа города, мешанина из культур, цветов, вкусов и запахов. Два аэропорта, собственный Чайна-таун, многочисленные торговые и развлекательные заведения. Микеланджело любил наведываться в китайские кварталы и, скрывая себя только под плащом, оценивать гастрономические изыски Кореи, Китая и Японии. Здесь говорили на ста семидесяти языках, но Майк мог поболтать с любым, кто ему приглядывался.

Самого себя Дон ассоциировал с Даунтауном, и хотя ему были чужды жизненные перипетии бизнесменов, он все чаще ловил себя на мысли о том, что перегорит от такой жизни в тридцать пять, как большинство белых воротничков на более-менее приличной должности.

И, наконец, Лео напоминал Статен-Айленд. Традиционный, патриархальный, одноэтажный. Стабильный, чистый, почти нетронутый переселенцами, деликвентами, диссидентами и жадными до ресурсов и знаний дельцами. С парками, пляжами и девственной природой. Безусловно, прекрасный. Но бесконечно далекий от своих собратьев.

- Донни! - предупредительно завизжал Майки и Дона подбросило на водительском сиденье. Он круто вывернул руль вправо и изящно припарковался у развалин некогда величественного замка Уинтерса.
- Приехали.

Что ж, если Нью-Йорк продолжает долгое время оставаться единым целым несмотря на такую разрозненность боро, то, может, и им удастся. Но они не административные единицы, а потому надежда все уменьшалась.

Группки ниндзя Фут копошились в развалинах портала, кто-то подбирал кусочки камня и бережно откладывал в зип-лок пакеты. Братья бесшумно соскользнули на пол.
- Что будем делать, Лео? Я даже не знаю, что и думать.

+4

8

Новость о том, что клан Фут снова решил напомнить о себе после долгого затишья, никак не обрадовала лидера. С момента победы над каменными родственниками Винтерса прошло едва ли больше трех месяцев, и все это время от давних врагов не было слышно ни звука. В какой-то момент Леонардо даже начал думать, что их пути окончательно разошлись и вся эта история закончилась. Клан потерял былое влияние и силу после смерти Шреддера, однако еще умудрялся каким-то непостижимым образом сохранять подобие контроля над местными бандами. И вдруг, как гром среди ясного неба. Не хорошее предчувствие шевельнулось где-то очень глубоко в душе Леонардо.
С одной стороны выходить на поверхность сейчас было опасно, ведь совсем скоро рассветет и их могут увидеть, но с другой - дело происходит на месте главного здания Винтерскорп. К тому же, когда еще у них будет возможность выяснить, что замышляет Клан Фут? Лео нахмурил лоб, словно взвешивая все "за" и "против" подобной вылазки, потому как от его решения зависели дальнейшие действия команды.
Майки наконец выпутался из одеяла и теперь выглядывал из-за плеча Рафаэля, пытаясь рассмотреть изображение на экране компьютера.
Старший бросил напряжённый взгляд на близнеца, который выглядел, мягко говоря, не очень и, подумал, что может быть стоит оставить сорвиголову на скамье запасных, однако Донни рассудил иначе, скормив Рафаэлю какие-то стимулирующие таблетки. Лидер осуждающе взглянул на Дона, да, ребята были правы - слишком многое изменилось в семье, пока он отсутствовал. И не сказать бы, что в лучшую сторону.
- Раф, уверен, что сможешь сражаться в случае чего? - Лео напряженно сузил глаза и уперся ладонью в стол, наблюдая из-за плеча за картой на которую были наложены несколько маркеров, один из них настойчиво мигал оранжевым цветом. - Тогда не будем терять время.
Он переглянулся с гением и рывком оттолкнулся от стола, снова принимая исходное положение.
- Раф. Майки. Пять минут на сборы. Держаться вместе. Мы идем туда только наблюдать. - Лео встретился взглядом с обладателем красной повязки и персонально для него повторил. - Наблюдать, Рафаэль. Наблюдать. За дело!
Короткие четкие приказы командира - в такие минуты Леонардо становился холодным и серьезным, действуя в лучших традициях школы ниндзя. Пересказывать все не было времени и смысла - Донни обрисовал основы, которые стоило знать, а все остальное - по прибытию на место.
Мутант вышел из лаборатории, направившись к себе, потому как нужно было экипироватся перед вылазкой и заодно проверить, не помешают ли незначительные травмы, полученные после спарринга с близнецом, вести бой. Вчерашняя подсечка Рафаэля осталась на ноге добротным синяком, хотя и брат был не лучше - синева на подбородке будет сходить с его физиономии еще несколько дней. Лидера беспокоило совсем другое - старая зарубцевавшаяся рана на пластроне, которая вчера неожиданно дала о себе знать после пропущенной атаки. Старший прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, прислушиваясь к ощущениям. Боли не было. Но лучше держать блоки и не пропускать удары по корпусу. Рассказать братьям? Потом, как будет время, сейчас есть дела поважнее.
Лео поправил крепления мечей и вышел из комнаты, красивым сальто спустившись в холл.
- Все готовы? 
Он окинул быстрым взглядом Донателло, и оба направились в сторону лифта, вслед за сорвиголовой, который уже ждал их в машине. Место водителя – все за тем же гениальным братом, потому как никто не знал этот фургон лучше, чем его создатель, напичкав свое детище многочисленными гаджетами, о существовании которых остальным, похоже, придется узнать только в особых случаях. Сам же Леонардо занял место позади ребят. Взгляд лидера упал на изрядно потрепанный байк Рафаэля – грязь и царапины казались свежими. Сопоставить факты было не сложно, все указывало на то, что близнец снова всю ночь занимался восстановлением правосудия, однако Лео ничего не сказал по этому поводу. Только немного сузил глаза, тихо выдохнув. Раф выглядел плохо, и как бы братья ни ссорились, старший все равно беспокоился о состоянии сорвиголовы. Ладно, они не будут вмешиваться. Только разведают обстановку и сразу назад.
- Не нравится мне все это. - Едва слышно произнес лидер, опершись локтем на спинку водительского сидения и глядя на дорогу, которую освещал тусклый свет фар. Зачем клану Фут сдались эти развалины, которые по какой-то неведомой причине не выкупил еще ни один магнат, чтобы построить на этом месте новый торговый центр, или офис.
Вездеход припарковался неподалеку от развалин, в пролете между двумя зданиями, что позволяло остаться незамеченными для сновавших туда-сюда ниндзя. Старший выбрался из машины следом за братьями и тут же нырнул в тень, скрывая свое присутствие. Он едва удержался, чтобы не присвистнуть - людей клана Фут было столько, что раскопки больше напоминали муравейник. Шум за спиной заставил Лео вздрогнуть и обернуться.
- Майки, искусство ниндзя предполагает вести себя тихо. - Шепотом, но тем не менее не без строгости произнес лидер, подхватывая на лету крышку мусорного бака и не позволяя той упасть на асфальт. Раф и Донни замерли неподалеку. - Нужно как-то попасть внутрь.
Отозвался он на слова Донателло о дальнейших действиях. Необходимо было быстро набросать план, как пробраться сквозь охрану незамеченными, привлекать к себе лишнее внимание не хотелось. Леонардо обвел глазами периметр, ища хоть какую-то лазейку. Над тем, что осталось от здания возвели какие-то укрепления, возможно для того, чтобы исключить дальнейшее обрушение, но этот вариант годился только для прикрытия. Дальний свет фар в конце улицы на мгновение ослепил, и Лео закрылся рукой, защищая глаза. Когда грузовик завернул в их сторону, мелькнув в желтом свете фонаря, старший успел рассмотреть на его боку знакомый знак. Он обернулся к остальным, словив на себе три пары глаз, которые ожидали его решения. По крайней мере, две, ибо Раф все равно что-нибудь учудит, это лидер знал наверняка.
- У меня идея. - В серо-голубых глазах проскользнула какая-то опасная искра, больше присущая Рафаэлю. Что ни говори - слишком похожи. - Все помнят историю про троянского коня?
Мутант кивнул в сторону приближающегося грузовика, вполне четко дав братьям понять, каким образом можно подобраться максимально близко, не обнаружив себя. Да, им придется воспользоваться этим методом, цепляясь за дно автомобиля при помощи текаги. Главное - не сорваться, иначе не спасет даже крепкий панцирь, но Лео доверял братьям и знал, что они прекрасно понимают всю опасность.
- Раф, Майки, дело за вами. Дон, мы подстрахуем их вон оттуда. - Лео указал на непрочную конструкцию возведенную вокруг развалин, что-то вроде строительных лесов с высокими бортиками, как раз под натянутой над раскопками камуфляжной сеткой.- Когда машина въедет на территорию, у нас будет всего несколько секунд. Связь держим по коммуникаторам. И никакой самодеятельности.
Последние слова относились, в частности, к Рафаэлю.
- Мы только наблюдаем.
Лео едва заметным кивком головы подал сигнал к действию. В случае чего они с Доном прикроют их и отвлекут внимание на себя. Оставалось надеяться, что братец в красной повязке все-таки сдержит слово и не полезет на рожон, хотя в последнем лидер очень сомневался.

+4

9

Этих раскопок Караи ждала слишком долго, чтобы удержаться от непосредственного участия. Сложнее всего было отогнать местные банды от «останков» некогда впечатляющего поместья. Пожалуй, женщине даже было жалко Винтерса. Он был заперт в клетке, от которой желал освободиться, и если поначалу бессмертие представляло из себя лакомый кусочек, запретный плод, то потом… Жизнь удушает,  а Йаотль бродил по бренной земле слишком долго, чтобы не разочароваться в людях и их пороках. Он мечтал о смерти, но всё равно был предан. Как же мало сейчас стоит верность… И все принципы, кодекс, это лишь слова, забываемые при первой возможности.
Японка сжала в кулаке изящный цветок магнолии, робко врученный Чаплином в резиденции клана. Учёный со своей жалкой привязанностью смотрелся бы немыслимо мило, если бы следом за ухаживаниями не озвучивал безумные, зачастую бесчеловечные идеи, разработки,планы. Сейчас Караи не без удовольствия осознавала, как правильно и дальновидно поступила, убедив отца взять чудаковатого молодого мужчину, превозносящего работу Бакстера Стокмана. Для него старый учёный оставался идолом, первопроходцем во вселенной, богом. Эта одержимость настораживала Ороку Саки, не пойдёт ли чудак по стопам своего идола. Тогда отец не осознавал коварство своей дочери, вовремя переключившей внимание мужчины на свою персону. Сейчас хозяйка клана Фут имела у ног верного пса, готового исполнить любую прихоть.
«Малахольный придурок…» - Нежные лепестки цветка медленно выскользнули из рук, опав на пыльный, засыпанный мелким крошевом камня, пол. Раздражающий гул техники, да громко воркующие археологи, занимающиеся раскопками, уже порядком надоедали своей медлительностью.
Качнув головой, Караи подозвала к себе одного из шиноби, тот тенью скользнул к своей госпоже, почтительно склоняя голову.
- Korera no inu o isoide kudasai. – Хриплым голосом приказала Кобра, коснувшись перевязи с катаной на поясе, как бы намекая о возможных последствиях промедления.
- Будет исполнено, госпожа Караи. – Раздраженно цокнув языком, женщина повела головой, переводя взгляд на вырытый котлован. Каре качнулось от короткого движения, мягко скользнув по обнаженной коже плеч. Куноичи задумчиво наблюдала за рабочими, уже не выказывающими ни капли удивления странному виду наемников клана. Ниндзя давно примелькались своей черной униформой, благо, сейчас она не выглядела столь вызывающе, над этим вопросом Хозяйка Фут тоже поработала.
Устало прикрыв глаза, зеленоглазая змея отвлеклась, полностью уйдя мыслями в чертежи, расположенные на столе. Лишь часть механизма, который необходимо собрать, а затем наступит новая эпоха. Чаплин всё рассчитал, большая часть установки уже давно была в секретных лабораториях клана. Немного подождать, жизнь вновь заиграет красками, не будет больше серых тонов. Караи ждала, когда всё изменится, она перестанет видеть лишь тьму, кровь, да блеск безжизненного изумрудного взора  в зеркале по утрам.
Круги под глазами, изрядно усталый вид, разумеется, скрыть дефекты внешности столь состоятельной женщине, обладающей большой властью, не стоило труда. Необходимо было поддерживать образ успешной бизнес-леди, принявшей клан в свои руки. Теневая сторона жизни Фут никогда не затрагивалась в прессе. Разумеется, все издательства давно были под каблуком, а сети властолюбивой женщины давно раскинулись по всему Нью-Йорку. Конечно, где-то были пробелы, некоторые банды упорно отказывались принимать власть сильнейшего, стараясь насолить чем могли, но над этим вопросом японка работала постоянно. Без сна и отдыха глава клана шла в бой, карающей дланью обезглавливая любую змею, что готова была укусить.
Чтобы собрать клан из пепла Караи пришлось отказаться слишком от многого. Не проходило и дня, чтобы разящий клинок не приносил смерть. Руки женщины были не по локоть в крови, она сама могла захлебнуться ей, а городу всё было мало. Вновь и вновь кто-то пытался бросить вызов «наглой девчонке», выскочке, живущей на том, что создал великий Мастер Шреддер.
- Караи-сама – тихий шелест, бесшумная тень замерла подле Кобры, схватившейся было за клинок. Зло ругнувшись, благосклонным кивком позволила говорить. – Учёные нашли искомое, госпожа. Вы приказали позвать вас, когда всё решится. Грузовики скоро будут на месте, можно грузить.
Лицо женщины преобразилось: хищный оскал искривил тонкие аристократичные черты лица, несколько непривычные для японцев, глаза впервые за долгое время зажглись жадным огнём нетерпения. Едва ниндзя удалился, Караи медленно свернула чертеж Чаплина, спрятав в тубус, отправившийся за спину. Закрепив своё величайшее сокровище, девушка поправила хаори, возвращаясь к своим солдатам, чтобы оставить в памяти момент, после которого всё изменится.  Клан Фут – семья, что бы ни утверждали другие. Пусть жестокая, имеющая иерархию и дисциплину, но каждый держался за возможность остаться рядом с лучшими из лучших. Элитные бойцы, ниндзя, готовые отдать жизнь за общие идеи. Тренировки на грани человеческих возможностей, искусные способы убийств, чтобы никто даже и не мог подумать о вмешательстве клана.
Караи подняла взгляд на небо, алый солнечный диск уже окрасил его на востоке кроваво-красным. Червонное золото рассвета напоминало ей о начале новой жизни. Сейчас, наверное, в японке пробудилась та самая, еще наивная девчонка, верящая, что всё вернется на круги своя. Ей удастся провернуть дерзкий план, продуманный до мелочей, ради отца она совершит невозможное, сможет отблагодарить за годы воспитания. Пусть Ороку Саки не дал ей любви, настоящего тепла, но научил выживать, плести интриги, убивать. Шреддер вырастил воина, который мог  в будущем принять клан в свои руки, удерживать власть одним лишь авторитетом сильного, умного бойца.
- Поднимай! – Рык техники, комья земли градом взвились в воздух,  осыпаясь на головы людей. Караи прикрылась рукавом хаори, защищая глаза. Кто-то из рабочих выдал трехэтажную характеристику сложившейся ситуации, приличной в ней оказались лишь предлоги, да союзы, с которой куноичи была согласна, могла добавить ещё несколько нецензурных эпитетов, да по статусу не положено.
Зеленые глаза сверкнули гневом, тонкие пальцы опасно сжались на рукояти клинка, хозяйка клана Фут лениво повела плечом, сбрасывая с плеч накидку. Из котлована медленно вытаскивали странный массивный элемент, больше похожий, скажем прямо, на продолговатый ком грязи.
«Уже скоро…» - В этот момент свет фар осветил расчищенное от завалов плит и обломков стен пространство. Фургоны прибыли как раз вовремя. Ровно три грузовые машины, в которые планировалось  поместить ещё некоторые фрагменты «наследства» Винтерса.
Кобра медленно спустилась к ожидающим её появления учёным-археологам, с восторженными глазами отдирающие комья земли от каменных плит… саркофага? Наемники медленно сгружали найденные на раскопках редкие артефакты, за чем глава клана наблюдала с одобрительным покачиванием головы.
- Мы хотим знать, что мы нашли, для чего это будет использовано. – Уверенный писк воробья, который выдала одна из учёных, вызвал покровительственную улыбку у куноичи.
- Конечно. Узнаете. – Лезвие катаны вспороло горло ещё не успевшей ничего понять блондинки. Кровь из пробитой артерии окропила бесстрастное лицо мелкими брызгами. И вновь в воздухе этот запах железа, вяжущий вкус на губах. Оставшиеся рабочие попытались было кинуться врассыпную, но куда там, когда повсюду находились верные псы клана лучших убийц.
Караи поднялась по склону, окинув взглядом несчастных людей, которых поставили на колени на дне котлована, который станет им могилой. Ничего, погибнуть при исполнении, на благо Фут, такую смерть ещё нужно заслужить. Подошедший шиноби протянул белый платок, вмиг окрасившийся алым в лучах зари. Брезгливо поджав губы, японка коснулась тканью щеки, стирая кровь.
- Что с ними делать, госпожа? – Сухой голос солдата, готового исполнить любой приказ своего главы.
- Убить. Котлован зарыть. Мы не успели убраться до рассвета. Боюсь, придётся устраивать террор по редакциям, если где-то засветятся снимки наших раскопок.
- Часовые патрулировали всю ночь, Хозяйка.
Женщина кивнула, принимая слова ниндзя. Но подстраховаться не помешает. Проблемы с общественностью сейчас Караи были не нужны. Пусть хотя бы внешний лоск клан Фут не потеряет.
- Через три часа нам нужно встретиться с Всевидящим. Появилась работёнка, которую можно поручить только ему… Давно хочу испытать в настоящем деле. Хватит такому воителю пропадать на улицах. Мы и так смогли запугать большинство банд благодаря  методам этого сорвиголовы. Психопат.
По холодному спокойному голосу мало что можно было понять: то ли Караи восторгалась своим новым союзником, то ли не одобряла. Единственное, что было ясно – использовать его в своих целях хозяйка Фут будет продолжать.

Отредактировано Karai (2019-01-17 20:48:21)

+4

10

— На кой чёрт им сдался особняк Винтерса? Денег на пропитание не хватает и решили заняться сбором ц... — Рафаэль не договорил, потому что в его рот насильно запихнули две подозрительные капсулы. Если бы это делал не Дон, таблетки мгновенно оказались выплюнуты в рожу в морду донельзя осмелевшего идиота, вздумавшего не только пичкать Рафа хрен знает чем, но и вообще приближать пальцы к его рту, однако для родного брата и по совместительству личного медика он был готов сделать исключение. Наверное. — ...вы двое плохо меня знаете, если думаете, что одна бурная ночка помешает мне надрать зад футовцам.

Единственные сборы, которые требовались Рафаэлю — это запить проклятые пилюли водой и захватить с собой пару мелких игрушек.

«Дожили до того, что жрём наркотики вместе. В этой семейке не соскучишься».

***

Тряска фургона будила ничуть не хуже, чем чудодейственный «эргофеин». Из уставшего и замученного после долгого патруля типа Рафаэль за каких-то двадцать минут превратился в трясущегося от азарта берсерка, готового не только тихо выведать информацию, но и добыть её посредством избиений и полусмертельных колющих ранений. Его изводил яркий неоновый свет Нью-Йорка, напряжённая тишина среди братьев, само существование клана Фут и тупое бездействие, в котором они сейчас вынужденно пребывали.

Что замышляла Караи? Почему именно особняк Винтерса? Она ничего про это не говорила, когда рядом с ней был Всевидящий. Может, она уже догадывается? Может, она...

— Тебе вечно ничего не нравится, — зло процедил Раф, услышав слова Лео. Он был на взводе, а потому не собирался церемониться с близнецом, как тот не принял его состояние утром. — Футы всегда горазды мазать дерьмо по стенке. Сейчас придем и разберёмся.

Стоило лишь машине остановиться, как Рафаэль сразу же открыл двери и скрылся в тени, опережая нерасторопных братьев. То ли дело было в жажде предстоящей драки, то ли в таблетках, но его движения были быстрее и резче обычных, как и ход мыслей — здесь много футовцев даже снаружи; значит, дело серьёзное. Им нельзя проникать внутрь напролом, ведь тогда они привлекут внимание и позволят Караи уйти прежде, чем сами проникнут в развалины особняка. Внутри только Фут или ещё кто-то? Может, археологи?

Услышав голос Леонардо, Раф вздрогнул, словно от удара током.

— Идея? — его взгляд скользнул по приближающемуся свету фар, и этого было достаточно, чтобы понять задумку лидера.

Проблема была лишь в тайминге и риске обнаружить себя, когда панцирь соприкоснётся с землёй неровной дороги, но хрен с ним, это лучшее, что у них было. Цепляться сверху было ещё глупее. И медлить было нельзя.

Одним рывком надев на руки текаги, Рафаэль скользнул бесшумной тенью в укрытие рядом. Пульсация в ушах, вызванная принятыми препаратами и всплеском адреналина, стала громче, когда фургон оказался в десяти метрах. Шаг, второй, резкий перекат, мёртвая хватка; Раф тесно прижимается грудью к днищу машины, стараясь не дышать пылью и грязью. Им с Майки повезло, что фургоны держали большую дистанцию между друг другом, иначе водители могли их заметить в боковых зеркалах. Оставалось лишь не потерять панцирь по дороге и ждать, пока их привезут к эпицентру раскопок.

*** 

Он отцепился от грузовика позже Микеланджело, желая рискнуть и подобраться максимально близко к самому интересному. Центр особняка был расчищен, и из своего укрытия Рафаэль мог видеть лишь край котлована и небольшую группу футов, что сейчас наблюдали за выемкой странного артефакта из земли — это что, сердцевина портала? Но на кой чёрт он Караи, если без тех тварей его не запустить? Зачем она вообще шатается по особняку Винтерса, если у них ещё по горло дел в районах Нью-Йорка?

Раф метнулся к одной из расколотых плит, что были ближе всего к котловану, и попытался получше рассмотреть как найденные вещи, так и незнакомых людей, что не производили впечатление наёмников. Статуэтки, каменные тубосы, резные шкатулки, покрытые грязью и песком... То ли редкие ценности, достойные находиться в музее, то ли любимые игрушки древних, внутри которых всегда находился неприятный сюрприз. Археологи любовно счищали многовековое дерьмо с огромного каменного сундука, украшенного фигурами людей и животных на стенах. Саркофаг.

«Дело дрянь. Даже не хочу знать, кто там внутри».

Но ещё дряннее оно стало, когда к Караи обратилась блондинка с миловидным лицом. Раф не слышал, что она говорила хозяйке Фут, однако четко увидел блеск любимого клинка Караи и хлынувшую кровь из горла учёной. Безжизненное тело рухнуло в грязь в тот же момент, когда Рафаэль, сцепив зубы, обнажил своё оружие.

«Ты не можешь за этим наблюдать».

Рафаэль прекрасно знал, что он является Воином Тени. Его прерогативой должны быть скрытность, диверсии и шпионаж; его стихией — тишина, ночь и тьма. Его путь убийцы окропляли принципы отца и старшего брата, основанные на пути справедливости и невмешательства без необходимости, однако чем дальше, тем больше он понимал, что они ему не подходят.

— Тварь, — беззвучный шепот и гнев, закипающая кровь и ярость. Всё, что сейчас сдерживало проснувшегося зверя от необдуманного шага — это рука Микеланджело, покрывшая напряжённое чешуйчатое плечо, но и её едва хватало на то, чтобы обуздать в брате тёмную инстинктивную сторону, требующую лишь одного. — Майки, мы не можем...

— Через три часа нам нужно встретиться со Всевидящим, — слова Караи звучат для Рафа громче работающих машин, свиста клинков и собственных мыслей, агрессивно заслоняющих разум и здравомыслие. — Мы и так смогли запугать большинство банд благодаря  методам этого сорвиголовы. Психопат.

Встреча.

Всевидящий. 
 
Ты — психопат. И твои братья об этом узнали.

Свист сюрикэна не даёт Караи продолжить — сталь ранит нежную кожу, оставляя неглубокий порез на щеке. Это не попытка убийства, испорченная дрогнувшей рукой — это предупреждение о надвигающейся буре, что будет способна затопить в крови целый клан.

Больше никаких укрытий. Прыжка достаточно, чтобы оказаться под лучами восходящего солнца и предстать перед той, с кем он тайно работал плечом к плечу несколько месяцев.

— Сначала убей того, кто сам тебя похоронит в чёртовом котловане, — Рафаэль с ненавистью смотрел на зеленоглазую женщину, оскалив зубы и направив острие саев в её сторону.

Если им нужна была информация о действиях клана Фут, то они должны были воспрепятствовать убийству тех людей, что сейчас были внизу. И лучший способ сделать это — подвергнуть опасности хозяйку псарни, рассредоточив внимание врага на несколько целей.

Отредактировано Raphael (2019-01-19 20:40:22)

+3

11

Как же всё это не вовремя. Почему все планы идут наперекосяк именно в тот момент, когда на горизонте появляется кто-то из этой безумной семейки с панцирями? Наверное, знак свыше для Хозяйки калана Фут, чтобы та, наконец, стёрла эту грязь с лица земли. Караи была спокойна, хладнокровна, её душу уже давно ничто не волновало. Лишь холодный разум позволил не сойти с ума окончательно в грязи и пороках этого города. Когда-то она была воином чести, жила кодексом, но сейчас… Безразлично взирающие на мир глаза безошибочно определили место, откуда появится очередная сошка, желающая нарушить спланированный ход событий.

Пальцы, обтянутые тонкой тканью белого шелка перчаток, коснулись щеки. Алая кровь на руках… И снова этот чертов цвет. Нечеловеческая улыбка изогнула тонкие губы. Безумие, засевшее глубоко в душе, отразилось и во взгляде наследницы Шреддера. Недовольно качнув головой, Караи медленно стянула перчатку, не обращая внимание на мутанта-сумасброда. Семьи предателей и ублюдков, которая не должна существовать на земле. Наигранное игнорирование событий главой клана вызвало ступор у большинства людей, находящихся на раскопках. Лишь тихое подвывание одной из ученых на дне котлована разрезало эту тишину, похожую на вязкую чёрную смолу. Девушка оторвала взгляд от своих рук, брезгливо поджала губы.

- Слишком самоуверенные слова для идиота. – Холодно произнесла змея, окидывая противника внимательным взглядом, ироничный прищур ледяных глаз отметил каждую деталь в облике давнего врага. Как много связывает главу клана и эту семейку. Сколько раз они пытались убить друг друга. Уже не сосчитать. Пожалуй, Караи могла сказать, что сладкоречивые уверения этих лжецов почти заставили её сойти с истинного пути, предать семью и отца. Винить можно только себя, слишком мало преданности мастеру.

Воина нельзя так просто сбить с дороги, которую он избрал. Она была слаба, сил противостоять увещеваниям сладкоголосых дьяволов не было. Зато теперь… Что же, сейчас Кобра стала настоящей дочерью своего отца. Жалко, что так поздно, когда Ороку Саки уже не видит. Но всё можно исправить. Своего змея всегда добивалась. Упорства девушке было не занимать, а вода, как говорится, камень точит. Она помнила каждого из четверки. Ребята и правда несколько раз оказали помощь клану, пусть и никто из Фут и не доложил об этом Мастеру, ибо выживших не было. Караи не желала оставлять следы своей слабости,  а жизнь рядового ничто по сравнению с доверием отца.

Теперь же ненависть к семье мутантов была запредельной. Каждого из братьев она ненавидела по-своему. Микеланджело доставлял слишком много проблем на фланге. Юркая блоха с рыжей банданой, он был помехой для неподготовленных бойцов. Ловкий гад, попасть по которому не представлялось возможным, если не подстроиться под своеобразный стиль ведения боя и не абстрагироваться от идиотских шуточек. Конечно, иной раз хотелось послать коварную стрелу в спину, пока лягушонок был занят, не ожидал удара, но вот сначала нужно было решить, кого из его братьей убить до этого. Рыжика всегда прикрывал флегматичный гений. Вообще, что касалось Донателло, то этого спокойного мутанта Караи мечтала видеть в своем клане. Творец с большой буквы, он создавал нечто из дерь…подручных материалов, спасал жизни своих братьев, латая раны. Иной раз куноичи казалось, что он является для этой семейки с желанием самоуничтожиться даром небес.

Пальцы крепче стиснули рукоять клинка, теперь всё было идеально. Мягкая кожа не скользила в ладонях, Караи вновь чувствовала катану, как продолжение руки, часть своего организма. Склонив голову набок, девушка недовольно нахмурилась.

- Неужели ты пришёл один? Сомневаюсь, что тебе хватило бы мозгов выследить наши перемещения. – Тихий спокойный голос Хозяйки Фут разнесся над развалинами поместья. Женщина даже и не думала кричать, прекрасно осознавая, что Рафаэль услышит. – И где твои милые братья? Где ваш главный лжец с маской благочестивого рыцаря? Леонардо! Неужели ты не хочешь сказать привет старой знакомой? Я знаю, что своих отсталых родственничков ты не бросаешь.

Караи улыбнулась, отводя руку назад, касаясь конца плеча лука. Отработанный до автоматизма жест не занял больше двух секунд, а смерть уже свистнула в воздухе, направляясь в грудь бравого воина, вышедшего в одиночку против противников, превышающих числом и силой. Ах, нет. Караи прекрасно осознавала, что реакция позволит Рафаэлю отразить стелу, да только ей нужно было лишь отвлечь идиота, потому девушка прицельно метила в бедро. Чиркнуть хоть немного, отвлечь, заставить замедлиться.

А с губ срывается приказ: «Korosu!». Убить, разорвать, уничтожить того, кто осмелился вмешаться в дела Фут. И это относилось не только к шиноби, находящимся на поверхности, те, кто остался на дне котлована, обнажили клинки. Брызги крови, предсмертные крики, и все поместье ожило, словно глупый ребенок ударил палкой по улью диких пчел.

Рафаэлю не повезло, ибо ниндзя облепили его со всех сторон, воздух прорезал свист от брошенных смертельных металлических звезд. Кажется, верные ниндзя всерьез решили отомстить за рану хозяйки клана. Сама же Караи стояла с торжествующей улыбкой, крепко сжимая рукоять лука. Тонкий, легкий, подарок отца, с которым куноичи могла стать смертью на поле боя, а учитывая наработки Чаплина… Бунтарю ещё сильно повезло, что змея собиралась бросить против него рядовых, но и те могли доставить много проблем. А за год непрекращающихся боевых действий на улицах города, псы и правда стали сильнее, смертоноснее. Девушке лишь оставалось наблюдать за тем, как несчастную черепаху разорвут на части.

Отредактировано Karai (2019-01-24 22:46:48)

+4

12

Обменявшись с гением коротким взглядом и решив, что это их шанс, который нельзя было упускать, оба проследовали к особняку Винтерса, где должны были обеспечить тыл двум остальным братьям, что находились уже внутри. Лео без труда отыскал взглядом возможную лазейку, которую удачно скрывал от дозорных большой обломок стены (пространство за ним плохо просматривалась от главного входа), теперь дело было за малым - запрыгнуть на пожарную лестницу, проржавевшую до самых креплений, подтянуться на руках, и снова юркнуть в тень, дожидаясь Дона. Рев двигателей заглушил звук легкой раскачки лестницы, державшейся на одном честном слове, поэтому пришлось балансировать на ней не хуже опытного канатоходца. Лео тихонько перелез через бортик лесов и пригибаясь едва ли не к самым доскам, почти ползком добрался до оконного проёма, с торчащими из него большими кусками стекла. Увы, очистить проем не было никакой возможности, ведь кто даст гарантию, что звон не бцдет замечен воинами теней. Пришлось искать другой путь, в обход, а это ещё несколько лишних метров. Уже оказавшись по другую сторону стены, старший запнулся об обломок оконной рамы, но вовремя выставил вперед ладонь, чуть не рухнув лицом в пол третьего этажа (если так можно было назвать полоску каменных блоков шириной не более полутора метров), второй этаж отсутствовал напрочь.
Лео завертел головой, дожидаясь приземления Донателло.
Вид с высоты открывался отличный, а умелая игра света и тени обеспечила скрытность. Не радовало только эхо, которое разносилось по развалинам, словно они находились в большой консервной банке. Особенно из-за жуткого гула мотора, который давил на психику. Хотя... после того, как ночью уже не можешь заснуть без грохота подземки над головой, это не так и страшно. Даже, привычно что ли.
Леонардо обернулся в сторону брата, и убедившись, что все в порядке, вернулся к изучению обстановки, потому как теперь нужно было каким-то образом помочь Рафу и Майки, которые все еще находились под машинами. Серо-голубые глаза успели приметить порядка пятидесяти наемников клана Фут и это только внутри, а снаружи... Но зачем? Зачем столько охраны на этих развалинах?
Однако ответ появился намного быстрее, чем ожидал лидер. Точнее, не ожидал.
Солдаты клана Фут, которые до этого с точки обзора Леонардо напоминали муравьев, копошащихся в муравейнике, и до сего момента занимались тем, что счищали комья грязи с какой-то громоздкой штуковины, вдруг резко прекратили работу и остановились, преклоняя колени перед своей хозяйкой. Гул двигателей стих будто по мановению руки.
Старший отчетливо услышал женский голос с нотами японского акцента, холодный и расчетливый, он полоснул по слуху, заставив зрачки мутанта немного расшириться от представшей картины. Не может быть...
- Госпожа Караи, - один из наемников кратко изложил ситуацию и позволил себе поднять голову, чтобы посмотреть на жерщину с ровным каре, которое едва касалось плеч.
Она ответила не сразу. Только сузила восточные глаза и обвела взглядом присутствующих, словно хотела убедиться, что все действительно так, как доложил подчиненный.
Перед глазами снова возникли картины из прошлого, на несколько секунд просто вырвав Леонардо из реальности: проливной дождь, ледяными иглами вонзающийся в кожу, высокий силуэт Шреддера в отблеске молнии, элитные ниндзя, Нью-Йорские крыши. Четыре брата стоящие плечом к плечу. И предательский удар ее катаны...
Слова Караи заставили лидера моргнуть и прийти в себя. Скорее рефлекторно, чем осознанно. Похоже, гений не заметил некоторого замешательства в действиях обладателя синей повязки, который тут же наморщил лоб, продумывая дальнейшие действия. По-хорошему, нужно было вытащить братьев и уходить, тем более, долго висеть под машинами ребята все равно не смогут. Но кто же знал, что внутри этих развалин окажется столько представителей клана Фут, из-за которых Раф и Майки теперь застряли в ловушке? Нужен план. Срочно.
Один из наемников, который находился ближе всего к грузовикам, внезапно насторожился, сделав несколько шагов по направлению к машине. Что-то было не так. Однако проверять он ничего не стал, услышав четкий приказ своей госпожи. Если бы лидер мог видеть, что на дне котлована находятся живые люди, он обязательно попытался бы помешать казни. Но увы, пока они с Донни пытались устроить наблюдательный пункт, этот момент остался вне поля зрения.
Слова Караи послужили будто сигналом к действию. Сердце пропустило удар, когда из-под одного из грузовиков вдруг вынырнул Рафаэль, грубо ломая все дальнейшие планы лидера по незаметной эвакуации. Лео едва сдержался, чтобы не выдать парочку крепких слов в адрес брата. Он ведь знал! Знал, что рано или поздно этот сорвиголова ослушается и нарушит приказ.  Хотя с другой стороны, кто именно притащил сюда братьев? Виноват сам - должен был просчитать возможные варианты развития событий и учесть, что близнец в красной бандане страдает маниакальной страстью к избиению солдат клана Фут, которых сейчас среди руин Винтерскорп было слишком много. Да это все равно, что пустить Майки в лабораторию гения и оставить без присмотра.
Караи говорила так, чтобы её хорошо слышали даже те, кто находился на приличном от нее расстоянии. Она равнодушно наблюдала за тем, как Рафаэля обступили верные подчиненные, готовые вступить в бой по одному лишь слову хозяйки. Женщина почти не выдала своих эмоций, ограничившись только слегка напряженной улыбкой и негодованием в изумрудных глазах. Она была напряжена, лидер видел это, но жестом велела пока не трогать рептилию, словно чего-то ожидала.
Чего - стало ясно спустя мгновение. В голосе молодой женщины послышался привычный яд.
Она подняла голову, осматривая пространство в поисках возможных противников и мстительно улыбнувшись, довольно громко произнесла его имя.
Эхо отразилось от полуразрушенных стен, нагнетая обстановку еще больше. Лидер молчал. Напряженно молчал, понимая, что она играет наугад.
Видимо, куноичи решила, что, спустив своих псов с поводка она быстрее вынудит Леонардо выйти из тени. И Караи не ошиблась. Старший обернулся через плечо.
- Вытащи Майки отсюда и ждите нас у вездехода, ясно? Вперед. - Тихо, четко и ледяным тоном произнес Леонардо, обращаясь к гениальному брату, после чего вышел из своего укрытия, тем самым перенимая все внимание на себя и выигрывая время для Дона. Знал же, что это была плохая идея - выслеживать старых недругов всей семьей, да еще и на восходе солнца. Чем ты думал, пустая твоя голова?
Красивое сальто вниз и обладатель синей повязки приземлился возле Рафаэля, резким и в то же время отточенным до автоматизма движением высвобождая из ножен мечи. Всего лишь краткий миг тишины перед кровавой бойней.
- Давно не виделись, Караи. - Голос прозвучал холодно и даже с какой-то злостью, что было несвойственно лидеру, а в серо-голубых глазах запылал суровый бойцовский огонь.
- Я подарю тебе словарь, - тихо процедил сквозь зубы Лео, покосившись на близнеца и одновременно стараясь прикрыть его спину. - Чтобы ты, наконец выучил, что значит слово "наблюдать".

Отредактировано Leonardo (2019-01-28 04:53:14)

+3

13

Окей, это было несложно. Шипованная резина колеса прошла мимо головы всего лишь в паре сантиметров. Несколько секунд разницы и его мозги бы красивыми, бледно-розовыми ошметками разлетелись по дороге и дождевикам грузовика.

Черт, неужели Лео настолько верит в нас?

Паническая мысль тонет в  клубке деловитых – хватайся здесь, напряги мышцы, подтянись повыше, подожми чертов хвост. Майк прижимается к пыльному днищу автомобиля пылко, будто к груди женщины, стирая руками жирную грязь и пятная пластрон, едва ли не чиркая вершиной карапакса по асфальту. Такое доверие Леонардо немного даже льстит, и все же, Майка бросает в запоздалую дрожь – это страшно, подкатится под двигающийся на солидной скорости грузовик и прочно уцепится за его низ, рискуя оказаться под колесами.

Ну, ладно. Лео можно понять, у него все-таки три брата, он сможет пережить потерю одного-двух. Может, и Донни бы смог им помочь в случае..неудачи.

Ладно, всем известно, что Микеланджело паникер, нет смысла продолжать мандражировать, когда все сложилось хорошо. Верно? Ну, да.

Майк выкатывается из-под грузовика чуть раньше, чем Раф, и осторожно крадется, прикасаясь к пыльной поверхности вытащенных на поверхность каменных плит в некотором отдалении от  котлована. Кажется, он первым сделал остановку, потому что беглый взгляд по сторонам не помогает найти Рафаэля. Как всегда, рискует. Майк вздыхает и, горбясь, крадется вдоль насыпей и плит ближе к месту раскопок, осторожно замирая и прячась от случайных взглядов рабочих. Им, кажется, совершенно нет дела до праздно шатающейся мутировавшей черепахи, да и разве можно их винить, когда строгая начальница погоняет их резкими окриками на японском? Майк морщится, происходящее ему не нравится - взгляд прикован к основному действу в центре углубления, он фиксируется на Караи, оглядев котлован и не обнаружив явного присутствия Рафаэля. Это…вроде как должно обнадеживать, но Майк не чувствует себя спокойней, было бы лучше, знай он местоположение брата. Нужно подобраться ближе… Что это за хрень там, скажите на милость?

Сколько тут гражданских, это так не похоже на обычные операции Фут, что Микеланджело в удивлении медлит, не зная, чего ожидать – то ли раскопок летающей тарелки, то ли луча света, бьющего в небо прямо из-под земли. Ровно до момента, как обнаруживает Рафаэля. Брат явно напряжен и Майк торопится к нему, каким-то странным чутьем понимая необходимость, едва  успевая положить ладонь на плечо до того, как тот сорвется в атаку. Черт возьми.

Он видит, как разлетается по воздуху мелкой пылью кровь, пятная бледное надменное лицо японской якудза. Как женская голова задирается вверх, губы приоткрываются и ловят последний отблеск света жемчужно-белые зубы. Металл клинка вгрызается в беззащитно-светлое горло и пальцы Майка с силой сжимают плечо Рафаэля, пока Микеланджело сам чувствует, будто его оставляют силы от этого зрелища. Он не должен допустить, чтобы его брат вмешался, потерял голову, в прямом и переносном смысле.

Чертова сука правда делает это. Убивает человека. На их глазах. Так легко и просто, будто прикуривает от зажигалки.

Комок в горле Майка грозит задушить его, кислота поднимается вверх по пищеводу, и он мучительно сглатывает, сжимая пальцы с такой силой, что их сводит. Рафаэль остается на месте, он что-то говорит Майки, но мутант едва его слышит – бледнее, чем от кровопотери, Микеланджело наблюдает за тем, падает в грязь тело обреченной, и не помнит, как дышать.

Почему он так удивлен, так ошарашен? Разве он не должен был ожидать чего-то подобного?

Когда Караи стала настолько…беспощадной? Такой жестокосердной? Майка тошнит и он чувствует предательскую слабость под коленками. Дыхание становится быстрым и каким-то поверхностным – подчиняясь небрежной команде своей главы ниндзя стремительно  поворачиваются к стоящим на коленях гражданским, крадя их жизни, их свет. Так подло с их стороны – они ведь наняли их честным образом, разве не так? Разве кто-то имел права обрывать их существования таким образом? Должен ли он был останавливать Рафа тогда, когда все только начиналось? Может, им стоило вмешаться обоим, пока все не стало слишком поздно? Котлован будто вздрагивает – эхо чужих вскриков, блеск обагренных алым клинков будто слепит – Майк моргает, понимая, что брата больше нет рядом – он пропал, а его рука ловит воздух. Он лихорадочно хватает нунчаки и широко распахнутыми глазами находит Караи и Рафаэля, теперь находящихся совсем близко друг к другу. Где, черт возьми, Лео и Дон? Майк хватает ртом воздух и прыгает вперед, усмотрев кучку сбившихся поближе археологов – может, он успеет им помочь? К ним только приближаются укутанные в черное ниндзя Фут, а они пытаются отползти подальше, пачкая колени в грязи еще недавно с таким азартом раскапываемого котлована. Майк лишь немного не успевает, но у него тоже есть метательное оружие – пара сюрикенов срываются с пальцев прямо в цель – Майк больше не мелочится, не заигрывает с противником – и пара Фут падает, принял металл глубоко в свои черепа. Гражданские смотрят на него с ужасом, он их охотно понимает, ему страшно не меньше, и все-таки, еще двух из оставшихся в живых археологов убивают прямо на его глазах. Сюрикены входят в тонкую кость черепа, будто в масло, и люди дергаются, падают на бок, как в замедленной сьемке, и Микеланджело кричит – его скорость возрастает вместе со стрессом – он летит вперед, не задумываясь, что там думает по этому поводу принцесса проклятого клана и его брат, пошедший на сближение с ней. Где-то рядом Лео и он наверняка придумал сто и один план получше этого, и все-таки..Все-таки Майк тут, на дне котлована, пытается перегнать неизбежное – взмах клинка убийцы.

Честно говоря, он вообще почти не думает. Приземляется на влажную землю рядом с одним из археологов и ловит цепью нунчак ниндзято Фут. Они вдали от эпицентра страстей, на самом деле, их может даже не быть видно – насыпь возле саркофага высока, и прикрывает происходящее с другой стороны. Сердце Майки бьется в высоком темпе, позволяя сражаться с большой эффективностью несмотря даже на то, что он по-прежнему бледный, как смерть.

Говорят, самое опасное оружие то, что обладает режущей кромкой. Несомненно, лезвие несет прямую опасность любому, к кому оно обращено. И все же, тупой край нунчаку проламывает кости не хуже эфеса меча или бо. Удар нунчаку это всегда гематома или даже перелом. Получить нунчаку по голове – не просто шишку набить. Когда Майк серьезен – а он сейчас более чем серьезен – его удары фатальны так же, как фатальны удары клинка, направленного в уязвимое место.

− Вы..в порядке?

Кажется, он правда убил этого парня? Отдачи никакой нет – на самом деле, ее почти и не бывает. Майк сжимает нунчаку, прижимает локтем к торсу и поворачивается к оставшейся в живых женщине – кудрявые светло-каштановые волосы напоминают ему об Эйприл. Если бы она взяла эту подработку, она могла бы лежать где-то здесь, орошая землю усадьбы своей драгоценной кровью. Разве они могут допустить такое?

Майк смотрит вверх, туда, где замерли друг напротив друга Караи и Рафаэль. Майк не знает, что она говорит, но ее губы изгибаются в коварной улыбке и  не нужно слышать слов, чтобы иметь примерное о их представление. Что-то пренебрежительное, полное презрения и вызова. Наверняка она ищет Лео.

Он тоже ищет взглядом Лео, пока археолог позади него давится своей рвотой и всхлипами. Они с Рафом не могут быть тут одни – братья должны были их прикрывать и конечно, они где-то здесь. Майк только надеется, что он был единственным, кто поддался эмоциям, помимо Рафаэля, и отдалился от них.

К слову, о старшем брате – Фут быстро поднялись ближе к своей главе, окружая Рафаэля. Следовало что-то предпринять, ведь сейчас Майк слишком далеко, чтобы помочь. Он нащупывает на своем поясе еще пару скрытых сюрикенов – их не много, но он сжимает их между пальцами, начиная осторожно подниматься обратно вверх, обходя насыпь и саркофаг. Опасность для брата растет с каждым шагом, и Майк уже торопится, боясь не успеть – он все еще не видит ни следа присутствия Лео и Дона. Наверняка они рядом, просто он не может их увидеть, вот и все…

Вот и Лео. Майк выдыхает, останавливаясь. Пригибаясь, он смотрит поверх насыпи земли, пользуясь тем, что никто не обращает особого внимания на шевеления в котловане. Пальцы режутся о сюрикены, взгрызаясь в мягкую почву. Лео вызвался, ответил на зов Караи. Это и есть план? Что ему делать? Майк решает немного подождать и помочь при необходимости отступить. Может, утащить кого-то сюда, вниз. Он все еще не видит Дона.

Отредактировано Michelangelo (2019-02-03 23:06:49)

+2

14


I have to go through this
I belong to here where
No one cares and no one loves
No light no air to live in

Дон четко выполнял приказы, повинуясь каждому слову лидера, отключая на время голову. Пока ребята ехали на днище грузовика, он вспомнил, что у этой модели воздухозаборник расположен максимально идиотски: со внутренней стороны колеса. Оставалось только молиться за братьев. Нельзя, чтобы водитель учуял рептилий.

Он снова тормозил. Целый год почти постоянного сидения на месте сказался на выносливости и состоянии суставов. Когда Лео с грацией лани скакал по полуразрушенному зданию и, видимо подражая балерине, тянул мыски на хлипкой от тяжелой жизни лестнице, Дон напоминал себе инвалида-астматика, а потому старался держать дыхание в норме и не хрустеть лодыжками, чтобы это слышали на соседней улице. Спасибо.

Но руки его слушались, а потому Дон перемахнул сквозь дыру в оконном проеме и миновал равномерно разбросанный строительный мусор на пути к лидеру. Как твистер, ей-богу.
Он хотел положить руку брату на плечо, но не стал, встретившись с ним взглядом. Точно. На миссиях они больше ниндзя, чем братья. Тем более, ты еще не успел реабилитироваться после всего, что произошло дома.

Футовцев было больше, чем в магазине виниловых пластинок в день распродажи. И уж точно больше, чем если бы они ждали прибытия черепах. Скорее, они... Занимались раскопками?
Что им могло понадобиться на пепелище империи Винтерса? Глупый вопрос, Донателло. Очевидно же, что закрытая для простого люда территория была полна мистических артефактов. Даже обломки портала, которые ему самому хотелось заполучить в собственность, могли представлять большую ценность для исследований. А зная одержимость японцев мифологией, не стоило и удивляться, что Караи пустила нос по ветру и даже объявилась самостоятельно для такой грязной работы. Для чего им это нужно - другой вопрос. Но уж явно не для того, чтобы поставить на каминную полку и любоваться.

Помимо черных теней шныряющих туда-сюда ниндзя, Дон увидел нескольких гражданских. Среди них он узнал Катрин Руффонд, молодого археолога, уже завоевавшего известность в научном мире своими раскопками и работами, посвященными поискам вымерших гигантских ленивцев на территории Южной Америки, онцы - кошки, по легенде, принадлежавшей самому Монтесуме, и прочим созданиям, существование которых граничило с фантастикой. Среди других ученых она выделялась романтичностью и необыкновенной живостью отношения к экспонатам своей работы, собирая информацию о них не только с биологической, но и с исторической и фольклорной точек зрения. Её можно было назвать скорее очень увлеченной журналисткой, но Дона завораживала и привлекала её непоколебимая уверенность и оптимизм, ведь даже когда очередная экспедиция оканчивалась неудачей, Катрин неизменно демонстрировала только фирменную улыбку.

И на его, Дона, глазах, Караи грубо оборвала Катрин, стерла улыбку с ее лица и нарисовала уродливый, широкий, красный, зевающий рот, через который спустя считанные секунды вытекла жизнь.

Донателло окаменел. Он думал, что уничтожив Шреддера, они указали футовцам на их место, остановив тиранию в отношении мирных граждан. Однако, все только усугубилось. Шреддер не позволял себе открыто убивать медийных персон, пусть даже широко известных лишь в узких кругах. Караи в этом смысле, как оказалось, не видела берегов и могла рубить головы направо и налево. Что страшнее, в этой ситуации им остается только... наблюдать по приказу лидера? К черту, решает Донателло. К черту всё. Мир не должен лишаться ученых только потому, что этой кровожадной суке вздумалось удовлетворить свои амбиции.

Дон уже было рванулся разруливать ситуацию самостоятельно, но его опередил сначала Рафаэль (сердце пропустило удар), а потом и Лео (Донателло ткнул себя в грудь, побоявшись, что оно вовсе остановится). Как бы он не ярился, ему были дороги все братья в совокупности и терять кого-то из них прямо сейчас он был не готов. И никогда не будет готов, если на то пошло.

Рафаэль дерзит, Леонардо и Караи уже готовы растерзать его - каждый по своим причинам, а Микеланджело, до этого смирно сидевший в своем углу (господи, почему ты там и не остался?!) с криком рвется в бой.
Дон вытаскивает из-за спины бо и используя его на манер шеста для прыжков, летит к младшему брату на помощь. Если кто-то переживает острые моменты на адреналине, быстро, разъяряясь будто берсерк, то Дон видит и подмечает каждую деталь и приземляется, как муха на липкую ленту.
У Майки почти нет оружия - это Дон и так знает. Микеланджело подвижный и гибкий, как угорь, тяжеловесные цепи и бумеранги будут его только тормозить. У Дона есть пояс с боеприпасами, но и там не густо: несколько дымовых шашек, сюрикены, бумеранг уже в сумке. И на совсем крайний случай - пистолет. Самозарядный браунинг повышенной вместимости: тринадцать патронов, а уже дает надежду на спасение. Лео был бы недоволен, если бы узнал о его существовании.

Дон крутит шестом, защищая от выпадов оставшихся в живых двоих гражданских и своего брата. Он готов разорваться пополам от сложившейся ситуации: спасать ли ему одного брата, но наверняка, спасать ли двоих упрямцев, до которых еще нужно добежать, и утаскивать ли с поля боя двух ученых, которым еще можно сохранить жизнь, но они вряд ли забудут о гигантских говорящих черепахах?..

Черт подери.

Однако, на них не спускают всех собак, что уже хорошо - это ненадолго, не ровен час особо кропотливый ниндзя доложит своей госпоже и им всем конец - так что Дон решается.

- Майки, уходим, - сам направляется к девушке, совсем молоденькой, едва ли не старше его самого. Она смотрит испуганно и затравленно, но Дон не выказывает ответного страха или сомнения, надеясь вселить уверенность. Будто бы не замечая, что они несколько отличаются друг от друга, Дон четко и строго спрашивает:
- Можешь идти?
Ноги девушки дрожат и заплетаются, поэтому Дон подхватывает ее на руки (как давно она ела?) и выпрыгивает из котлована со второй попытки, сразу же ныряя в темноту. Он вернется и спасет братьев. Но сейчас его больше заботит девица на руках. Только бы она не заорала.

Отредактировано Donatello (2019-02-05 16:52:51)

+3

15

Ладно. Может, он не всегда действовал как ниндзя. Может, порой он был слишком горяч и прямолинеен, и Лео был даже прав насчёт его проблемного нрава, но какой смысл наблюдать за происходящим со стороны, если они получат больше информации, вступив в бой? Разве они могли позволить клану Фут вырезать археологов, если с помощью учёных была возможность узнать, почему Караи так заинтересовалась раскопками и этим чёртовым саркофагом?

— Сразу видно, что ты дочурка своего папаши — тот тоже любил болтать, только попусту воздух сотрясая, — цедит Рафаэль сквозь зубы, совершенно не обращая внимания ни на оскорбления, ни на явное разочарование в голосе хозяйки клана — и вправду, как же он посмел прийти к ней в гости без  Леонардо? Между этой женщиной и его старшим братом всегда была странная связь, которую Раф бы отнёс если не к любви, то омерзительно сильной симпатии, но, к счастью, Лео хватало ума её не поддерживать и не вестись на провокации. И Рафаэлю тоже хватало — у Караи, кажется, был небольшой интерес к Всевидящему, и то ли дело было в недостатке тепла и близости со своими, то ли очередной игрой, но... У него уже как несколько месяцев не было интереса кидать кости и передвигать свою фигурку по полю. — Отмени приказ. Отпусти тех, кто ещё находится там, внизу, и никто из ваших не пострадает.

«А что насчёт тех, кто уже мёртв?»

Рафаэль не был бы воспитанником своего Мастера, если бы не заметил движение Караи — той хватило считанных секунд, чтобы достать лук и пустить стрелу, остриё которой должно было через мгновение пробить пластрон, но Раф уворачивается, не заработав ни единой царапины и лишь больше от этого распаляясь. Однако его саи не успевают вгрызться в плоть Ороку — безымянной воин Фут бесшумной тенью оказывается перед ним и блокирует удар своей катаной, тут же переходя в нападение.

И это точно веселее, чем спать без задних ног в логове.

Клан Фут — опасный противник. Как профессиональные наёмники и убийцы они ослабели на некоторое время, терзаемые изнутри политическими разборками и делёжкой власти, но объединённые общей целью и службой представляли собой воплощение смерти для неподготовленных воинов и простых людей. Проблема была в том, что Рафаэль не только сражался против них несколько лет, уже не говоря о битвах со Шреддером, но и в тренировке футовцев собственными руками. Он наблюдал за их подготовками, сидя в центре осиного гнезда и надёжно замаскированный шлемом и кожаной курткой; он отрабатывал с Караи свой удар левой, который она насмешливо считала слабым; он лично показывал, как лучше обращаться с цепью, а взамен они учили его обращаться с катаной. Это было сложно — зоркий глаз сразу бы заметил, что Всевидящий уже не раз держал в руках оружие ниндзя, а ему же было необходимо играть роль простого парня, который знал только вкус уличных драк. Но, кажется, он справлялся. Кажется, ему действительно не доставало техничности и той плавности, что всегда сопровождала рубящие удары Леонардо. Лишь одно было совершенно точно — под таблетками и из-за непрекращающихся тренировок ему было легче предугадать действия тех солдат, с которыми он лишь несколько дней назад воевал бок о бок.

Лезвие безымянного воина ломается под нажимом боковых зубцов так же просто, будто оно было сделано из стекла, и Рафаэлю хватает скорости отбить несколько летящих в лицо сюрикэнов. Проблема лишь в том, что таких мечников вокруг теперь было куда больше, и все они готовы были мстить за вопиющую наглость по отношению к хозяйке и врыв на вечеринку без приглашения.

«Дерьмо».

...но не такое уж и вонючее, если рядом с тобой есть кто-то, кто прикроет тебе спину. Даже если он на тебя чертовски зол.

— Предлагаешь молча наблюдать за тем, как режут невинных людей? — Рафаэль цедит это так же тихо и недовольно, как близнец, и сердито косится на него, прижимаясь карапаксом к карапаксу. — Давай-ка лучше приберём этот бардак.

Раф был выродком канализации, но несмотря на то, что он рос в изоляции и не вступал до определённого возраста в контакт с людьми, Красный прекрасно знал некоторые правила вежливости — например, то, которое гласило, что в гости невежливо приходить без подарков. Поэтому прежде, чем солдаты Фут успели на них накинуться, он бросил себе под ноги дымовую шашку, надеясь хоть как-то выиграть время и получить возможность дойти до укрытия. Открытое пространство — их слабое место.

...тёплая кровь брызжет на лицо Рафаэля из открытой раны одного из футовцев, вызывая ощущение мурашек под панцирем и слишком нехорошую улыбку. Он с яростным воплем обрушивается на врагов, круша всё и всех, кто находится рядом, сминая человеческую плоть своими ударами и получая тут же в ответ сполна — зубы предательски ноют, во рту — привкус меди и железа, а кожа горит от порезов. Он едва не лишается головы, правой руки и пальцев, но тут же таранит врага и опрокидывает его, едва ли не вскрывая чужую глотку остриём сая, но вовремя останавливаясь — ты не убийца, Раф, тынеубийцанеубийцанеубийца, просто выруби его и закончи дело.

И не дай им убить братьев.

Рафаэль блокирует удар очередного клинка прежде, чем тот опускается на плечи Леонардо, и вновь ломает чужое лезвие. Как бы он теперь ни был тесно знаком с внутренним устройством Фут, людей Караи в особняке Винтерса было слишком много, и они давили близнецов количеством. Отбиваться было всё труднее, а потому помощь Донателло и Микеланджело пришлась бы очень кстати — лишь бы они успели кого-то спасти, лишь бы вся эта самоубйиственная чертовщина была не напрасна.

Отредактировано Raphael (2019-02-24 19:20:46)

+2

16

Если хочется сделать всё тихо, спокойно, без лишней крови – обязательно появятся те, кто нашумит, поднимет переполох и заставит проливать реки багряной жидкости. Это непреложная истина, с которой Караи приходится жить уже 28 лет. В качестве главы клана женщина показала себя лишь с лучшей стороны. Не обходилось без ужасающих экзекуций для устрашения противников, но всё же на войне все средства были хороши, верно? А, учитывая обстановку в городе, оставлять за спиной тех, кто в любой момент сменит овечью шкуру на приличный волчий оскал, девушка не собиралась. И сейчас, когда её план вернуть отца уже мог подойти к логическому завершению без каких-либо перипетий, являются они. Как же мутанты раздражали. Женщина ненавидела всё естество этой жалкой профанации. Кто они? Лишь продукт генной инженерии. Существа, вышедшие из пробирки по желанию человека. Уродцы, созданные волей безумного учёного, и сейчас запросто кромсающие людей, годами шедших к своим целям, пытавшихся достичь результатов.
На землю падает тело одного из верных людей Шреддера. Имя безымянного солдата Караи не помнит, зато часто оставалась до утра в тренировочных залах, видя краем глаза, как хмурый японец раз за разом отрабатывает удары кусаригамой. Оружие было смертоносным в его руках, удар грузом на цепи вполне мог проломить пару ребер простому человеку, но вместо этого пластрон смягчает удар, а Рафаэль цепляет шиноби своим саем.
Безумие… Оно накрывает мгновенно, застилая глаза пеленой холодной ярости. Пожалуй, сейчас Хозяйка Фут почти перешла грань сумасшествия, с улыбкой наблюдая за тем, как её верные воины падают наземь. Брехливый лай Рафаэля не задел струны души, женщина лишь следила за тем, как на поле боя являются последние фигуры, завершающие комплект. Шахматная доска готова к очередной партии, но в этот раз нет никаких привязанностей. И Караи играла по-крупному, готовая к проигрышу, но на своих условиях.
Змея коснулась пореза на щеке в очередной раз, брезгливо поджала губы. Прекрасно, и её лицу досталось от жалкого шумного идиота. Этого только не хватало. Гарнитура зашипела, передавая сигнал, хоть и с помехами. Улыбка изогнула тонкие губы, сейчас всё семейство было в сборе. И можно было бы поставить точку в долгом противостоянии, но времени предательски не хватало. Чаплин сказал, что доставить саркофаг необходимо быстро. Счёт пойдёт на часы. В запасе их будет достаточно, но рисковать Хозяйка Фут не желала. С тоской посмотрев в сторону Рафаэля, упорно отбивающегося от ниндзя, девушка хотела позлорадствовать, но тут. Зеленые глаза широко распахнулись от…ужаса? Возможно, именно он скользнул в душе, но был загнан поднимающейся волной ярости. Движения сорвиголовы оказались до боли знакомыми. Конечно, выводы делать пока было рано, но Караи уже понимала, к чему приведёт её последовательная цепочка размышлений. Сейчас мысли о Всевидящем были отогнаны на второй план, а в глазах загорелся недобрый огонь фанатичной ненависти.
- Оставьте лидера мне! Людей в котлован. Созвать всех. Замкнуть кольцо. В живых не оставлять никого. – Короткие рубленые фразы едва ли были понятны простому обывателю. Они не отражали и десятой сути того, в какую передрягу попали черепахи. «Тени» заняли позиции, наиболее привлекательные для обстрела.
И Кобра сорвалась сквозь толпу шиноби, ощущая, как холодная улыбка портит оскалом весь её благородный образ жертвы произвола гадких мутантов. Несчастная куноичи, лишившаяся отца, сохранившая печать скорби на лице? К чёрту. Не стоило убивать её семью, на месте одной отрубленной головы гидры, коей являлся весь клан Фут, вырастет две, и не факт, что они будут милее предыдущей. Как раз наоборот, доброжелательности резко поубавится. Не нравился престарелый прости, папочка тиран, закаленный самыми жестокими обычаями Японии, обладающий букетом расстройств личности? Прошу, получайте не менее очаровательную в своём безумии дочь с прицелом на месть братьям.
- Давно не виделись, тут ты прав, Леонардо. Прости, не успела красиво подготовиться к вашему прибытию. Ни молний, ни дождя, ни боя на крышах. – Холодно сказала женщина, тенью скользнув
к противнику. Заметить подвох было трудно, ведь Караи не собиралась обнажать оружие, рукоять верной катаны всё также торчала из-за перевязи на спине. – Почему вам не посидеть в своём болоте? Неужели сложно не лезть в пасть тигра?!
В самый последний момент гибкая женская фигура вильнула в сторону, уходя от прямого столкновения, а лук с заточенными плечами опасно разрезал воздух, метя по горлу соперника. Разумеется, рефлексы бессменного лидера черепах позволили тому увернуться от атаки, возможно, даже ответить, да только сейчас для Хозяйки Фут время таяло, девушка не собиралась оставаться на забытых развалинах поместья ни часа больше. Удар ногой был нанесён коварный, Караи понимала, что нельзя пользоваться слабостями противников, но не напомнить о своём старом подарке девушка просто не могла. Ведь когда-то и она предала Леонардо, оставив воспоминанием клинок между защитными пластинами на груди. Рана должна была убить, но слабовольная рука в последнюю секунду ушла в сторону, змея поддалась слабости чувств, не сделала ранение несовместимым с жизнью даже этого быстро регенерирующего существа. Жалела ли она сейчас, когда её ошибка привела к смерти отца? Случайно пересекшиеся взгляды: всё те же холод и сосредоточенность в глазах Леонардо. Нет. Не было сожаления.
Передатчик шумел в ухе, отвлекая от боя, Караи пропустила несколько ударов, но всё же могла держать врага на расстоянии, умело отсекая любые попытки приблизиться опасно свистящим укрепленным умельцами из отдела Чаплина луком, очерчивающим границу, которую переходить не стоило. Но время – ресурс не бесконечный, а схватка затягивалась. Звенел металл, были слышны выкрики. И обдлелить своим вниманием Фут не могли никого. Донателло и Микеланджело оказались не в самом выгодном положении, когда привлекли к себе внимание. Львиная доля атаки стрелков досталась именно им. Бойцы ближнего боя отступали, зато со всех сторон летела оперенная смерть. Стрелы неслись из темноты, разрезая воздух свистом, вонзались в считанных сантиметрах от братьев. Пока внимание было отвлечено, саркофаг плавно оказался в одном из фургонов, и это не укрылось от взгляда Хозяйки. Чем хороша организация клана Фут – они не были бестолковыми животными с коллективным разумом у нас тут не сериал, да , не обязателен был точный приказ, чтобы элитные убийцы сменили тактику наступления. И тут уже братьям в котловане не повезло. Донателло чудом успел ускользнуть, но не стоило обольщаться, ведь невидимые тени двинулись следом, их была всего дюжина, но их целью был не гениальный черепашка, а хрупкая фигурка на его руках, потому били наемники на поражение, не желая оставлять в живых свидетеля.
Что касается младшего брата, то тут не повезло. Если мутант не хотел оказаться нашпигованным стрелами на манер ежика-панка, ему придётся вертеться ужом, какой там до задержки безликих ниндзя, отправляющих саркофаг в ночь. Итак, резюмируя все прелести положения: Микеланджело остался один на один со стрелками из темноты, постоянно меняющими месторасположение. Тут не получить хотя бы одну стрелу будет задачей невыполнимой, но даже такое ранение не сильно бы замедлило самого быстрого из братьев.
Да только котлован ведь необходимо засыпать, чтобы не оставить явных следов?
Леонардо перехватил инициативу в схватке, кобра не поняла, каким образом оказалась прижата спиной к пластрону старшего из братьев. Сил вырваться катастрофически не хватало, она извивалась обезумевшей змеёй, пока клинок не оказался у шеи, но даже это обстоятельство и попытки лидера вразумить её, не привели к нужному результату. Человек, ослепленный ненавистью, не станет волноваться о своей жизнью.
- Похороните их. – Холодно отдала приказ Караи, сцепившаяся с бесстрашным лидером семейства на поверхности. Улыбка изогнула чувственные губы, она окинула взглядом развернувшееся побоище. – Скажи «сайонара» своим братишкам.
И вал земли обрушился на дно котлована под упрямым движением ковшей техники, с целью похоронить живьем несчастного обладателя рыжей банданы. И это стало отвлекающим маневром. Клинок вакидзаси вошёл в бок лидера, пока тот был отвлечен, на: схватку, движение земных масс вниз, на голову шумного брата, Рафаэля, месившего толпу противников разъяренным берсерком. Караи брезгливо оттолкнула соперника ногой, выворачиваясь из захвата, отпрыгивая в сторону, разворачиваясь лицом к нему. Доли секунды потребовались на то, чтобы наложить на тетиву стрелу, отправить её в грудь врага.
Инкапсулированный яд от столкновения с телом мутанта запустил реакцию. Зловонный темный, ядовитый дым повалил во все стороны, скрывая фигуру Хозяйки Фут от взглядов. Ветер, как назло, помог завесе растянуться лишь дальше, но этого Караи уже не видела, скрываясь в ночи, следуя на базу. Её дело было сделано. Всем шиноби был отдан приказ уходить, чтобы ожидать, кто из черепах останется в живых после этой ночи. И вновь время ускорило свой бег.

+3

17

- Нет. Нужно попытаться спасти тех, кого еще можно спасать. - И Лео первым срывается с места, врезаясь в толпу врагов. Мечи продолжают свой танец, то и дело мелькая перед глазами отражениями окровавленных силуэтов на отполированных до блеска клинках. Хотя.. это было первые секунд тридцать, а потом - любимый цвет Рафаэля, красный, был уже повсюду, сколько мог охватить немного опьяневший взгляд серо-голубых глаз, следивших за каждым выпадом со стороны противника, потому как одна ошибка могла стоить в лучшем случае парочки зубов, а в худшем - панциря. Кровь кипела в венах, сметая все признаки разума и оставляла лишь инстинкты. Удар. Блок. Сальто назад и не забывать о защите. Лидеру черепашьей команды хотелось выйти из этого боя без серьезных повреждений.
Раф саданул локтем прямо в челюсть противника и прокрутил в руках саи, пытаясь перевести дыхание, когда над головой сошлись скрещенные мечи и Лео нанес удар стопой в солнечное сплетение очередного солдата, отводя атаку от близнеца и возвращая ему долг.
- За собой смотри, - в привычной манере бросил лидер, а в следующий миг точным движением выкрутил руку противнику и дал хорошего пинка под зад, отправляя того на подлетавшую к нему группу из трех человек. - Ладно, Донни был со мной, а Майки цел?
Леонардо вырубил гардой соперника и ушел в подсечке, сбивая с ног еще двоих врагов, после чего рывком поднялся на ноги и быстро выдохнул, потому как полсотни наемников на двоих - как минимум не справедливо. Хотя, о какой справедливости может идти речь, когда дело касается Караи? Боковым зрением он заметил, как в нескольких метрах от него промелькнула знакомая прическа идеально ровного каре. Стоп!
- Она уходит! - в голосе старшего из братьев звучит призыв к действию и одновременно с тем укор самому себе, потому как куноичи действительно намеревается покинуть развалины и она почему-то очень торопится. Короткий взгляд в сторону брата - Раф понесся прямо в толпу, сметая на своем пути все, что хотя бы очертаниями напоминало бойцов клана Фут. Времени на размышления нет. Прыжок на спину одному из наемников, которого брат только что сложил пополам ударом в живот и один из мечей уходит в ножны, освобождая правую руку. Ноги находят точку опоры в виде крыши одного из грузовиков и одновременно с тем наготове уже несколько сюрикенов, которые срываются в сторону Караи, пресекая её попытку к бегству.
Леонардо не убивал врагов, поэтому звезды пролетают в нескольких миллиметрах от девушки, срезая прядь черных волос и впечатываются в железную дверь перед её носом, словно попытка задержать хозяйку клана. Она резко оборачивается в ответ, встречая его взгляд с единственным желанием, которое и без слов читается в восточных глазах - убить надоедливого лидера. И, кажется, сейчас, Раф был бы впервые с ней солидарен.
- Не лезь! - неожиданно огрызнулся старший в сторону близнеца, словно сейчас был сам не свой. Помутневший взгляд Лео казался слегка пьяным, что не удивительно - адреналин пульсировал по крови не хуже наркотика, а сбитое от сражения дыхание лишь усиливало и без того учащенное сердцебиение. Но похоже, вместе с цветом глаз у обладателя синей повязки помутился и рассудок - Леонардо никогда не позволял себе повышать голос, а сейчас в его словах было что-то личное, даже злое, словно под банданой спрятали точную копию Рафаэля, которая ждала своего часа, чтобы показаться наружу.
Караи сделала несколько шагов назад, небрежно скользнув ладонью по оцарапанной щеке и бросив мимолетный взгляд на окровавленные пальцы. Японку трясло от злости, а свободная рука сильнее сжала рукоять изящного меча, испепеляя взглядом старшего из братьев.
- Оставьте лидера мне! - Приказ хозяйки обсуждению не подлежит - солдаты снова бросились на Рафаэля, утаскивая его в гущу сражения и подальше от близнеца, которого в этом момент ожидало внимание дочери Шреддера. В чем-то привилегия, а в чем-то проклятие.
- Я предупреждал: держись подальше от моей семьи, - катана остановила предательский клинок над головой, но в тот же миг японка нанесла удар ногой в солнечное сплетение, выбив воздух из его легких, тем самым заставив Леонардо растеряно отступить назад и прикрыть свободной рукой торс. Черт, только не сейчас.
- Что ты задумала? - Леонардо лишь напряженно выдохнул и крепче сжал рукоять меча, возвращаясь в боевую стойку.
- Почему вам не посидеть в своём болоте? Неужели сложно не лезть в пасть тигра?!  - Караи изогнула тонкие губы в насмешливой улыбке, намекая на шрам, по которому только что нанесла удар.
Он растерялся. На доли секунды выпустил ситуацию из-под контроля, услышав ее слова, что едва не стоило ему жизни.
Девушка резко ушла вниз,опускаясь в полушпагате и звук сюрикенов разрезал воздух, заставив Леонардо снова начать танец мечей, которые молниеносно пресекли полет двух звездочек. Но не третьей. Лезвие пролетело совсем близко, оцарапав плечо, от чего старшего из черепах по инерции развернуло на 180 градусов, заставив сцепить зубы и зашипеть от боли, которая прожгла левую руку. Однако времени на долгие размышления дочь Шреддера не оставила - обладатель синей повязки ловко ушел в сторону, и меч брюнетки звонко ударил по пустому асфальту.
Они по разные стороны баррикад, как бы они не хотели это изменить. И если по началу японка пыталась себя перебороть и почти перешла на сторону черепах, но природу не обманешь - ее воспитал Ороку Саки и сущность рано или поздно дала бы о себе знать. К тому же, он - мутант, она - человек, да и отношения с врагом ей ни к чему - это портит репутацию истинной дочери своего отца. Куноичи спешно осмотрелась в поисках противника, когда сзади послышался едва уловимый шум и в следующий миг на горло лег крепкий захват, пресекая возможный блок со стороны девушки.
- Отзови своих людей, - раздался над ухом голос лидера, требовательный и холодный, как натянутая струна. - Караи!
Она пыталась вырваться. Словно птица в клетке, хотя, судя по тому, как ее называл Рафаэль, больше была похожа на кобру, которая извивалась в руках заклинателя.
- Скажи «сайонара» своим братишкам.
- Караи, хватит! - Лео повысил голос и усилил хватку, от чего девушка на миг закатила глаза, судорожно вздохнув и, пытаясь сделать глоток воздуха. Воспользовавшись тем, что мутант утратил бдительность, нанесла удар. Бок обожгло болью, заставив старшего из братьев судорожно выдохнуть и рухнуть на колени, выронив меч. То, чего он опасался, все же случилось. Лео рефлекторно обхватил руками ребра, сдавленно сглотнув и насильно закрыл глаза, подавляя рвущийся наружу крик. Он выпрямился слишком невовремя, буквально подставившись под вражескую стрелу.

+3


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » фандомное » what's up danger