[1] [2] [3]
1. FAQ + Правила
2. роли и фандомы
3. гостевая
4. Шаблон анкеты
5. Нужные персонажи
6. Хочу к вам
фандомы
недели;
выборы; объявления.

GLASS DROP [crossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » фандомное » what's up danger


what's up danger

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://funkyimg.com/i/2PTLe.jpg
WHAT'S UP DANGER
Leonardo // Raphael // Donatello // Karai

«Нью-Йорк – единственный город в стране, в котором можно объехать мир за 2.75 доллара в любую сторону. От Чайна-тауна до Маленькой Аравии в Бруклине, от Сенегала в Гарлеме до Маленькой Кореи во Флашинге и Либерии на Статен-Айленде... Нью-Йорк – это мир внутри мира. И в нём нужно учиться выживать».

Отредактировано Raphael (2019-01-16 20:15:09)

+2

2

Где-то в зале снова допоздна смотрел телевизор Майки, который уснул посреди фильма с пультом в руках и которого поднять на тренировку снова будет тяжело. Где-то в своей лаборатории снова засел гений Донни, порой напрочь забывавший о таких понятиях, как еда и сон и, который сейчас наверняка спал на клавиатуре собственноручно собранного ноутбука, а утром он как обычно проснется с затекшими мышцами, как бывало уже не раз. И есть Раф, который гуляет сам по себе, чей силуэт сейчас пристально и с привычным для старшего брата укором рассматривали серо-голубые глаза лидера черепашьей команды.
- Город опять не смог прожить и ночи без тебя? - Тон старшего не предвещал ничего хорошего. Впрочем, как всегда, учитывая, что на часах - начало пятого утра, а Рафаэль только возвращался со своей ночной прогулки. Лео надеялся, что они должны были прекратиться после всего, что братьям довелось пережить в последнее время, но ошибся, некоторые вещи не меняются.
- Однажды твои ночные вылазки выйдут боком всей семье! Что за безответственность? Ты ставишь под удар всех нас. - Громким шепотом, грозившим перейти в шипение, заговорил старший, преграждая дорогу брату и тем самым пресекая его попытки к бегству. А ведь почти нашли общий язык, почти ведь сумели снова стать семьей, хотя с самого детства противостояли друг другу и соперничали между собой, не желая идти на примирение и компромисс. Лидер бросил мимолетный взгляд в сторону комнаты учителя, словно не желая, чтобы Сплинтер стал свидетелем разборки сыновей. Пусть лидер и пытался сгладить конфликты, случавшиеся с завидным постоянством, надеясь не допустить раскола в семье, выходило это далеко не всегда. Прав был сенсей, когда говорил: одного не станет - не станет всех. По одиночке они были сильными и достойными воинами теней, но не более. А вместе - единым целым. Братьями, для которых нет ничего невозможного.
- Тебе самому еще не надоело? - в голосе старшего прозвучали возведенные ноты, а взгляд полоснул по силуэту близнеца, встречая наглые зеленые глаза. - Я думал, что события в особняке Винтерса раз и навсегда расставили все точки над "i" , а ты, наконец, понял, что такое работа в команде.
Последняя фраза прозвучала с долей искреннего разочарования по отношению к брату. Лео и сам совершал ошибки, но из каждой извлекал полезный, а порой и слишком горестный опыт, который позволял ему становиться сильнее морально, но в то же время делал старшего невероятным интровертом. Сложно быть страшим в этом непростом семействе, будучи запертым в рамках ответственности и обязанностей перед младшими. Сложно всегда быть сильным, но нужно. Ради них. Он старший. Он отвечает за безопасность братьев. И поэтому каждую ночь журит Майки за посиделки перед телевизором до потери пульса, выслушивает о новых изобретениях Донни, который обделен вниманием (и пониманием ) со стороны остальных и... дрессирует Рафа. Хотя в последнем он уже сомневался. Интересно, кто кого еще дрессирует?
Со стороны дивана что-то сонно пробурчал во сне Микеланджело, укутавшись в одеяло с головой и перевернулся на другую сторону, продолжая тихо посапывать. Вот уже кто действительно устает после долгого дня перед экраном или за видео-играми - даже зарождавшаяся ссора братьев не потревожила сон младшего. Все-таки хорошо, что на его месте не оказался Донни - гений с детства был очень впечатлительным и просыпался от каждого шороха, но сейчас гениального брата защищали стены родной лаборатории, где Донателло мог пропадать не часами, а сутками.
Леонардо немного сузил глаза, все еще по привычке хмуря лоб и удобнее сложил руки на груди, в привычном защитном, пусть и неосознанном, жесте.
- Сколько можно, Раф? - Разговор снова скатывался в привычное уже русло, после чего всегда следовал скандал. Лидер вздохнул, чуть понижая голос. - Утреннюю тренировку никто не отменял. У тебя полтора часа.
- Я встану, Лео. Честное слово, еще пять минут, - раздался с дивана сонный голос Майки, который видел очередной по счету сон. Подобные "угрозы" со стороны обладателя синей повязки, братья слышали каждый день и ответ самого младшего был уже эдаким рефлексом на все случаи жизни.

+2

3

Нью-Йорк красив на поверхности: полотно ярких огней мягко стелится по всему горизонту, освещая ночью улицы и придавая городу образ чего-то живого. Вокруг холодные небоскрёбы и шум, не смолкающий даже к утру, а снизу раздаётся запах дешёвых закусочных. Здесь на крыше промозгло, но это всё равно одно из лучших мест в городе.

Ночной Всевидящий ещё раз окидывает Нью-Йорк взглядом, прежде чем спуститься по пожарной лестнице вниз в тёмный переулок. Его путь лежит не в захудалую однокомнатную квартирку, пропитанную запахом скисшего пива и сигаретных окурков, а гораздо ниже. Туда, где всегда мокро, темно и холодно, туда, где вечно воняло отходами и сыростью. Его родной дом находился в канализации, потому что он... Ну, чёрт возьми, не совсем человек. Обычный прохвост с добрым сердцем и очень крепким панцирем. И знанием парочки приёмов, после которых преступникам приходилось покупать себе вставную челюсть.

На самом деле он — Рафаэль, один из черепашек-ниндзя. Но в последнее время ему всё чаще приходилось надевать костюм Ночного Всевидящего, потому что на то были причины.

***

— А семья, видимо, и дня не может прожить без твоих лекций, — тон младшего тоже не предвещал ничего хорошего. Пока это были лишь простые любезности, которыми обычно обменивались между собой братья — так повелось, что Леонардо был с детства тем ещё самовлюблённым и правильным до зубного скрежета придурком, а Рафа это не очень-то устраивало. Причин было много: от банального «это просто бесит» до молчаливого и тщательно скрываемого «нечестно, что отец тебя любит больше, чем остальных». Леонардо был слишком дисциплинированным, слишком старательным, слишком «пай-мальчиком». Он всегда старался быть первым и отнимал это право у других, а затем и вовсе стал использовать свои привилегии, сам того не замечая. Он ведь лидер. Он ведь знает, как надо лучше. Он ведь... Как там это было?.. «Лучше тебя, Раф». — Расслабься. До сих пор же не вышли.

Рафаэль не собирался никуда бежать. О, только не он. Напротив, смерив усталым взглядом старшего, Красный остановился опасно близко к нему, дожидаясь, пока Лео выговорится. Чёрт побери, он на ногах с десяти утра и ему пришлось задержаться на поверхности из-за попытки ограбить банк без пятнадцати пять. Он всю ночь разгребал эти преступные помои, потому что его братья до сих пор не желают вылезать на крыши и заниматься настоящей работой. И теперь ему приходится выслушивать лекцию, словно малолетнему пиздюку, который зажёг спички дома и попытался спалить обои.

Почему ему просто нельзя побыть в одиночестве, придя домой?

«Хватит».

— А тебе? — шёпот Рафаэля отдаёт злобой и раздражением; Красный точно также не хочет будить мастера, как и его брат, но лишь потому, что разборки с участием Ночного Всевидящего Сплинтера не касались. Он пока не знал. — Я знаю, что такое работа в команде, а вот ты, похоже, давно роль мамочки на себя не брал. Не наглей, Лео. Мы говорили об этом несколько раз. Если ты думаешь, что случай у Винтерса даёт тебе право играть в оловянных солдатиков, то ты ошибаешься.

Ночной Всевидящий продолжал существовать по многим причинам, и все они не имели ничего общего с фантазиями старшего. Во-первых, Рафаэль взял его личину чуть больше полугода назад, и не собирался с ней расставаться по щелчку пальцев старшего. Во-вторых, личина Ночного позволяла действовать разными методами. И, в-третьих, Рафаэлю нравилось... Чувствовать принятие. Иметь доступ к поверхности в любое время. Быть среди людей. Быть хотя бы пару часов кем-то без прошлого и будущего, но остро чувствовать настоящее и принадлежать ему. И, чёрт побери, в кои-то веки выбирать самому свой путь.

Но братьям об этом знать не нужно.

«Вряд ли они поймут».

— А теперь дай мне поспать, — с силой пихнув Леонардо в плечо, он прошёл мимо лидера.

«Полтора часа, чёрт возьми. Кто-то будет утром не в форме».

+2

4

Донателло проснулся от ощущения сухости в глотке. Быстрый взгляд на цифровые часы дал понять, что он проспал около пятнадцати часов. Ему, как и Рафаэлю, было трудно вновь приспособиться с режиму тренировок, установленному Леонардо. По-хорошему, и Дону пришлось трудно, когда после незапланированно долгого отсутствия лидер вновь объявился и, не дав братьям времени на раскачку, начал устанавливать старые порядки. Но Дон был рад наступлению хоть какой-то стабильности и потому не жаловался. По крайней мере, не слишком.

Изредка молчаливо поддерживать стенания Майки - все, что он мог себе позволить.

Он откашлялся и схватился за спасительную бутылку воды, которую с недавних пор предусмотрительно ставил на компьютерном столе.  У ноотропов и аналептиков все же были досадные побочные эффекты,  как бы FDA не старалось доказать обратное. Дон диагностировал у себя расстройство сна: то он не мог заснуть всю ночь и строчил коды, подбирал изображения и цветовую гамму, и присылал заказчику уже готовые варианты (он бросил компьютерное консультирование и занялся более перспективным веб-дизайном), то, чувствуя безудержную сонливость, устанавливал чуть более длительные сроки выполнения работы. В последнее время также стала часто болеть голова и панцирь от долго сидения затекал быстрее, чем обычно.

Иногда мастер Сплинтер тихо заходил в его лабораторию.
- Сын мой, тебе несомненно нужно больше отдыхать. Я понимаю, каким бременем может быть забота о благополучии семьи, но ответственность не должна затуманивать тебе разум, - но Дон молча и как бы виновато протягивал ему банку оригинального тигрового бальзама (единственного средства для облегчения ломоты в суставах пожилого крыса) и Сплинтер, качая головой, уходил. Тем не менее, отец продолжал напоминать Дону об отдыхе и бодрствовании, принося ему то теплый чай, то бодрящий отвар. Так продолжалось до того, как черепаха пересел на аналептики.

Рядом с бутылкой стояли уже распечатанные блистеры модафинила и пирацетама. Дон безжалостно смахнул их в ящик стола.
Они пригодятся, когда придется латать Рафа после особенно кровавой стычки.

Не сказать, что Дон одобрял деятельность брата в качестве Бэтмена, но поскольку, Раф не был миллионером, становиться его личным Альфредом он не был намерен. Семье нужны были деньги - нужно же ведь на что-то жить. Поэтому Дон работал, как проклятый, пока в его отсутствие жизнь текла стремительно и одновременно неумолимо размеренно.

Майки часто шутил, что такими темпами у Дона скоро появится вмятина на панцире, а от Рафаэля Донателло уже давно ничего не слышал. Поэтому он даже несколько обрадовался, услышав тихие переругивания на выходе из комнаты. Правда, радость его была недолгой - все же братья ссорились. И, как он понял, до тренировки осталось чуть больше часа.

По крайней мере, он успеет сделать себе кофе.

Дон по пути накрыл младшего брата пледом, который тот сдернул с себя во сне, хлопнул Рафаэля по плечу в знак поддержки и утешения (давно ли ты сам устраивал ему такие нервотрепки почти каждый вечер?) и ужом скользнул мимо Леонардо. Лео дышал эмоциональным благополучием и физическим здоровьем. Донателло похудел и приобрел мешки под глазами на постоянной основе.

- Оставь его, Лео, - Дон загрузил кофеварку и открыл шкаф в поисках чистой кружки. - Ты же знаешь, что он не отступится. Тем более, ему уже не пять лет, чтобы какой-нибудь прохожий мог сдернуть с него маскировку, - еще бы гений, ты же лично делал ему шлем.

Он успел подставить поллитровую емкость под мерно текущую струйку. Убежище заполнил приятный, но душный аромат кофе.
- Не то чтобы я тебя отговаривал, Лео. Но я занимаюсь тем же, что и ты уже два года и ничего не достиг. Не пора ли сдаться?.. - Дон все же включил вытяжку. - Ты не думал о том, что рано или поздно мы все разойдемся? Сплинтер не вечен, а когда он... - он не смог заставить себя произнести это. - Настанет черед каждому из нас выбирать себе дорогу. Да, мы все еще останемся семьей, но уже не той, что прежде, понимаешь? А заставлять взрослую черепаху ходить по струнке в некотором роде... нелепо, не считаешь?..

Она сам поразился наглости своих слов. Но это было правдой. Погружаясь в мерное печатание, Дону иногда удавалось поразмышлять о сущем. Они с братьями уже совершеннолетние. И если они пропустят сензитивный период сепарации, это плохо скажется на их личностном развитии. Тогда им впору будет называться "вечные инфантилы ниндзя-черепашки". Какие бы общие цели их не объединяли, они с братьями совершенно разные. И отдаление друг от друга было бы лишь вопросом времени. Если бы они были людьми, для них было бы открыто множество исторически сложившихся путей реализации: можно жениться и завести семью, можно посвятить жизнь работе, можно - обучению других, а можно и вовсе продолжить развиваться самому и уйти в монахи хоть к самому дьяволу. Но они мутанты, и потому их круг возможностей значительно сужается. Никакой семьи, никакого потомства, никакой всемирной известности. Разве что в виде экспоната в пробирке или в цирке уродов.

Однако, Дон не терял надежды. Они побывали в таких передрягах, видели столько миров и вселенных, что невозможно было поверить, будто их единственный путь в жизни - проживать эту самую жизнь впустую, сидя друг на друге в канализации. Тем не менее, альтернативы он не придумал. И полностью погрузился в работу. Возможно, из желания обеспечить семью материально. Возможно, из чувства глубокого отчаяния.

Дон отхлебнул кофе - чистого, черного, не подслащенного. Нет, это все еще не относится к мазохистическому расстройству личности.
- Хотел бы я помочь тебе с этим, Лео. Но, во-первых, кто я такой, чтобы тебе советовать, а во-вторых, я сам еще не нашел ничего, что хотя бы близко было похоже на решение нашей проблемы.

Отредактировано Donatello (2019-01-07 09:33:10)

+2

5

- Прекрати, - Лео нервно качнул головой, ощущая, как вдоль спины прокатилась неприятная волна колкого холода. Вот же чертов задира, да что же ты все никак не уймешься?
- Замечательно, - старший напряженно кивнул, понимая, что мирной беседой дело не обойдется. И так всегда - казалось бы, после всего, что произошло с черепашьим семейством, близнецы должны были найти общий язык и перестать донимать друг друга, но почему-то на Рафа и Лео этот принцип действовал абсолютно противоположным образом - чем больше неприятностей они переживали, тем больше поводов для ссоры находили.
На диване что-то пробубнел во сне рыжик, и, укутавшись в одеяло едва ли не с головой, отвернулся панцирем к братьям. Пожалуй, из всей четверки Майки был единственным, кто понимал значение слова "Ночь", хотя от этого легче не становилось.
- Неужели ты не понимаешь? Откуда в тебе столько эгоизма, и...
Закончить лидер не успел, поскольку в этот момент близнец просто бесцеремонно отпихнул его в сторону, заставив старшего пошатнуться и немного сузить глаза.
- Мы не закончили, - Лео положил руку на плечо сорвиголовы, остановив его едва ли не рывком. - И ты не уйдешь, пока не выслушаешь меня, ясно?
Лео сделал шаг вперед, навстречу обладателю красной повязки. Тон повышался. Спокойно, без резких нот, но повышался, следуя голосу брата.
- Считаешь, что твои выводы справедливы? Только это не я блуждаю по ночным улицам в поисках бесполезной драки только потому, что нечем занять кулаки. Это, по-твоему, самостоятельность? Это эгоизм - думать и заботиться только о себе, не обращая внимания на то, что твои выходки могут разрушить чужие жизни. Хотя тебе плевать.
Высказался. Спокойно, приводя весомые аргументы и все еще держа себя в руках, как и подобает старшему. Но вспылил. Взгляды братьев пересеклись в безмолвном противостоянии, буквально электризируя пространство.
Леонардо хотел продолжить свой поучительный монолог, когда его слова прервал звук открывающейся двери, заставив двух братьев рефлекторно обернуться, заметив на пороге лаборатории Дона. Чаще гений старался не вмешиваться в разборки старших, но сегодня, похоже, им удалось задеть и его своими претензиями друг к другу. Меньше всего хотелось, чтобы младшие видели, как срываются близнецы, а подумать о том, что за ссорой, уже перераставшей в откровенный вызов на взбучку, их может застать сенсей, было противно. И после этого они - примерные сыновья? Черта с два с такими разборками каждое утро.
Обычно именно Донателло играл роль эдакого дипломата в семье, балансируя между характерами трех братьев, и стоит признать, у него это неплохо получалось. Но не в этот раз. Неизвестно с чего, Дон вдруг принял сторону Рафаэля, заставив лидера удивленного распахнуть глаза.
- Отлично, Донни. Просто отлично.
Не хватало ещё бунта в семье ко всему уже имеющемуся, когда и так доверие трещит по швам. Лидер устало потер переносицу. Что дальше? Может быть ещё и Майки ополчится против него? И тогда картина изменится с точностью до наоборот. Старший уже собирался высказаться по этому поводу, когда из лаборатории Дона донесся равнодушный компьютерный голос: "Обнаружена активность клана Фут". И все бы ничего, порой Донателло забывал выключить звук или перейти на наушники, к этому черепашки уже давно привыкли, как и к заумным научным терминам, которые периодически выдавал сам гений, но на этот раз внимание зацепилось за два слова: клан Фут.
- Клан Фут? - Словно не веря тому, что услышал, переспросил Леонардо и с укором взглянул на Донателло.
- Клан Фут? Где клан Фут? - Позади что-то рухнуло, жалобно айкнуло, снова рухнуло запутавшись в одеяле и, наконец, затихло.
- Молодец, Раф. - Процедил сквозь зубы Лео, понимая, что теперь проснулся и Майки, а значит, все четверо братьев были на ногах.
" Вот тебе и доброе утро"
- Я в порядке! - показалась рука с выставленным большим пальцем, а следом за ней из-за спинки дивана, словно из окопа, выполз Майки, все еще запутанный в собственном одеяле. Леонардо бросил мимолетный взгляд на младшего, словно хотел убедиться в том, что с ним все в порядке, после чего снова вернулся к диалогу с Рафаэлем:
- Если бы ты ночевал дома, то... забудь, - лидер покачал головой, понимая, что это пустая трата времени и проще договориться со стеной, чем с обладателем красной повязки, поэтому мутант обернулся к гению, совершенно ничего не понимая. Зачем умный братец выслеживал бывших врагов, с которыми, казалось, было покончено после того, как они победили Шреддера. Да, во главе клана встала Караи, но с тех пор её подчиненные были известны лишь как наемники, не более. Конечно, могла сработать и одна из старых программ, когда братья ещё вели войну против клана Фут, Лео допускал и эту мысль, однако просто взять и проигнорировать эту информацию старший не мог.
Подав руку Микеланджело и рывком подняв его на ноги, Леонардо не оставалось ничего, как кивнуть в сторону лаборатории.

Отредактировано Leonardo (2019-01-08 03:28:21)

+2

6

— Это ты не закончил. А у меня всё, — Раф почти рычал, чувствуя, как обстановка в комнате становится накалённой. Чёрт побери, им уже за двадцать, а они до сих пор ведут себя как восьмилетки — попросил же оставить в покое, но нет, надо пропустить это мимо ушей и всё равно попытаться посраться. Неужели Лео не видел, что его брат почти валится с ног? Рафаэль устал, хотел спать, был голоден и раздражён; он успел продрогнуть на крыше и чуть не порвать куртку из-за того свихнувшегося типа с ножом. Конечно, именно сейчас он как никогда раньше был готов поговорить о проблемах в семье, раскрыть душу близнецу, покаяться в своих грехах и что там ещё лидер от него хотел. Именно, мать его, сейчас.

Раф рефлекторно дёрнул плечом, пытаясь сбросить с себя ладонь Лео.

Он не хотел, чтобы до него дотрагивались. Он не хотел, чтобы с ним говорили. Он не хотел выслушивать чужие претензии и выяснять отношения. Всё, чего желал Красный — это прямо в одежде завалиться в постель и отключиться на полтора часа перед тренировкой.

Но, видимо, ему и этого не разрешат за самодеятельность — маленькая, ничтожная месть старшего, ведь Лео знал, что близнец ни за что не заснёт, если разозлится.

— Да, мне плевать, — в отличие от спокойного тона лидера, голос Рафаэля приобрёл оттенки того разгорающегося гнева, что мог охватить его в считанные секунды. Грёбаный ты Будда, а сможешь читать проповеди, если тебе разбить лицо? Какой же... Какой же ты невыносимый.

Он не сдержался и с силой толкнул брата в пластрон — то ли защитная реакция и «Не подходи ко мне, иначе врежу», то ли попытка спровоцировать и нарваться на серьёзный разговор, если уж старший не догадался прикрыть рот вовремя.

— А я считаю, что ты не имеешь никакого права говорить мне про эгоизм. Раз пастор Лео вернулся, то всё должно быть так, как раньше, потому что ты этого хочешь? Мечтай больше, — Раф уже не боялся разбудить отца или кого-то из братьев, он даже забыл про свою усталость и другие позывы организма — всё, чего он хотел, так это поставить старшего на место. Раз и, чёрт побери, навсегда. — И если ты хоть ещё раз...

Однако скрип открывающейся двери заставил Рафаэля вздрогнуть. Это был Донателло, однако едва ли ему было интересно участвовать в утреннем выпуске черепашьего реслинга — хлопнув Ночного по плечу и тенью проскользнув рядом с Лео, он направился к кофеварке и... и... И просто такой поддержки Раф не слышал уже год так точно.

«Оставь его, Лео». Это обезоруживало, по щелчку пальцев усмиряло весь пыл и звучало до того странно, что Рафаэлю казалось, что он успел где-то тронуться умом — нет, серьёзно, Донни поддержал его, а не старшего или свою альтернативную точку зрения? Серьёзно вот так взял и между слов сказал «Да, ты имеешь право на свою жизнь, и никто к тебе не придерётся за это»? Больше похоже на сон. Или наркотики. Или сон под наркотиками.

Кажется, Кейси был прав. Ему нужно взять пару выходных.

— Это... Было неожиданно. Спасибо? — Раф потёр шею, чувствуя, что зря, в общем-то, вспылил. Всё то, о чем говорил Донателло, будто было зеркалом неспокойных мыслей Рафаэля, облаченным в более логичную, краткую и безэмоциональную форму. Да, им давно нужна сепарация. Да, для того, чтобы оставаться семьёй, нужно было придумать что-нибудь новенькое, а не читать лекции про безопасность и высшие ценности. Да, им нужно было отдохнуть друг от друга. Но вместе с этим... — Лео, Донни прав. Пока ты торчал в джунглях, многое изменилось, хочется этого тебе или нет. И я...

Компьютер Донателло не дал ему договорить, а затем к металлическому голосу присоединился и Леонардо, рассыпавшийся в новых упрёках.

«Если бы ты умел слушать кого-то, кроме себя, я бы сказал, что понимаю обе точки зрения и собираюсь балансировать между ними. Нет — так нет».

— У нас что, сегодня Рождество? И новенькая лекция лидера, и эти придурки очнулись. — Рафаэль зло осклабился, переступая через запутавшегося в одеяле Микеланджело. — Я-то думал, что мы вытравили всех тараканов из Нью-Йорка, но, видимо, нам попался бракованных дихлофос. Давайте, парни, нужно провести санинспекцию.

Он всё ещё чувствовал усталость, почти валился с ног и больше всего на свете хотел съесть тридцатипятисантиметровую пиццу в одно рыло, дополнив её самым жирным бургером из любимой забегаловки Кейси. Но надирание задниц клану Фут — это святое, и ради такого подарка можно было продержаться ещё пару часов.

Отредактировано Raphael (2019-01-15 21:05:10)

+2

7

Донателло поморщился от звонкого воя сирены. С того случая у Винтерса, он вновь врубил все системы оповещения на полную катушку, так что теперь сирена выла по любому поводу. Дону уже начало казаться, что его датчики действительно реагируют в том числе на тараканов.

Он отставил недопитый кофе и прошел к себе лабораторию, избегая встречаться глазами с лидером. Да уж, иногда начинало казаться, что бунтарь здесь не только Рафаэль. Перераспределение ролей? Возможно. Осталось только подождать, когда Майки станет примерным отцом семейства, а Лео плюнет на все, отрастит дреды и поедет колесить по стране.

В синеве одного из потухших в сонном режиме экранов компьютеров Дон разглядел мешки у себя глазами.
- Футы проникли на место гибели Винтерса. Похоже, что-то разыскивают, - возможно, хотят собрать портал и закончить дело тысячелетних каменных маразматиков. Что бы они там не искали, дело грозит обернуться долгими разборками. Дон сгреб еще одну пачку таблеток с полки, по пути выдавил в ладошку две и сунул в рот Рафаэлю.
- Глотай. Это Эргофеин, - прокомментировал он скорее для собственного успокоения. Раф вряд ли знает наизусть названия всех психостимуляторов. - Хоть не свалишься во время боя.
Одну Дон проглотил сам. С каждым днем его шансы стать наркоманом повышались.

Они погрузились в недавно отремонтированный фургон. Тридцать секунд на подъем в импровизированном лифте и Донателло дал по газам. Ночной Нью-Йорк был, как всегда, ослепителен. За неоновыми огнями вывесок, яркими наименованиями торговых центров и светодиодными лентами легко было не заметить обшарпанные спальные районы, обблеванные подворотни, шныряющих то тут, то там байкеров и воротил, садивших себе в машину проституток.
Дону очень не хотелось проводить такую аналогию, но Нью-Йорк напоминал ему собственную семью.

Раф - Бруклин, сердце Нью-Йорка, его кровь и желчь, кипящий людьми и жизнью, как улей или муравейник. Дон подозревал, что Рафаэль потому и не вызвался уезжать на тренировку вместе с Лео, что не мог бы полностью отдаться ей. Как бы его горячечный брат не ругал подземку и какими бы словами не называл тех, кто нарушал относительный покой мирных граждан, он любил Бруклин. И Нью-Йорк в целом.

Майк - Куинс, душа города, мешанина из культур, цветов, вкусов и запахов. Два аэропорта, собственный Чайна-таун, многочисленные торговые и развлекательные заведения. Микеланджело любил наведываться в китайские кварталы и, скрывая себя только под плащом, оценивать гастрономические изыски Кореи, Китая и Японии. Здесь говорили на ста семидесяти языках, но Майк мог поболтать с любым, кто ему приглядывался.

Самого себя Дон ассоциировал с Даунтауном, и хотя ему были чужды жизненные перипетии бизнесменов, он все чаще ловил себя на мысли о том, что перегорит от такой жизни в тридцать пять, как большинство белых воротничков на более-менее приличной должности.

И, наконец, Лео напоминал Статен-Айленд. Традиционный, патриархальный, одноэтажный. Стабильный, чистый, почти нетронутый переселенцами, деликвентами, диссидентами и жадными до ресурсов и знаний дельцами. С парками, пляжами и девственной природой. Безусловно, прекрасный. Но бесконечно далекий от своих собратьев.

- Донни! - предупредительно завизжал Майки и Дона подбросило на водительском сиденье. Он круто вывернул руль вправо и изящно припарковался у развалин некогда величественного замка Уинтерса.
- Приехали.

Что ж, если Нью-Йорк продолжает долгое время оставаться единым целым несмотря на такую разрозненность боро, то, может, и им удастся. Но они не административные единицы, а потому надежда все уменьшалась.

Группки ниндзя Фут копошились в развалинах портала, кто-то подбирал кусочки камня и бережно откладывал в зип-лок пакеты. Братья бесшумно соскользнули на пол.
- Что будем делать, Лео? Я даже не знаю, что и думать.

+4

8

Новость о том, что клан Фут снова решил напомнить о себе после долгого затишья, никак не обрадовала лидера. С момента победы над каменными родственниками Винтерса прошло едва ли больше трех месяцев, и все это время от давних врагов не было слышно ни звука. В какой-то момент Леонардо даже начал думать, что их пути окончательно разошлись и вся эта история закончилась. Клан потерял былое влияние и силу после смерти Шреддера, однако еще умудрялся каким-то непостижимым образом сохранять подобие контроля над местными бандами. И вдруг, как гром среди ясного неба. Не хорошее предчувствие шевельнулось где-то очень глубоко в душе Леонардо.
С одной стороны выходить на поверхность сейчас было опасно, ведь совсем скоро рассветет и их могут увидеть, но с другой - дело происходит на месте главного здания Винтерскорп. К тому же, когда еще у них будет возможность выяснить, что замышляет Клан Фут? Лео нахмурил лоб, словно взвешивая все "за" и "против" подобной вылазки, потому как от его решения зависели дальнейшие действия команды.
Майки наконец выпутался из одеяла и теперь выглядывал из-за плеча Рафаэля, пытаясь рассмотреть изображение на экране компьютера.
Старший бросил напряжённый взгляд на близнеца, который выглядел, мягко говоря, не очень и, подумал, что может быть стоит оставить сорвиголову на скамье запасных, однако Донни рассудил иначе, скормив Рафаэлю какие-то стимулирующие таблетки. Лидер осуждающе взглянул на Дона, да, ребята были правы - слишком многое изменилось в семье, пока он отсутствовал. И не сказать бы, что в лучшую сторону.
- Раф, уверен, что сможешь сражаться в случае чего? - Лео напряженно сузил глаза и уперся ладонью в стол, наблюдая из-за плеча за картой на которую были наложены несколько маркеров, один из них настойчиво мигал оранжевым цветом. - Тогда не будем терять время.
Он переглянулся с гением и рывком оттолкнулся от стола, снова принимая исходное положение.
- Раф. Майки. Пять минут на сборы. Держаться вместе. Мы идем туда только наблюдать. - Лео встретился взглядом с обладателем красной повязки и персонально для него повторил. - Наблюдать, Рафаэль. Наблюдать. За дело!
Короткие четкие приказы командира - в такие минуты Леонардо становился холодным и серьезным, действуя в лучших традициях школы ниндзя. Пересказывать все не было времени и смысла - Донни обрисовал основы, которые стоило знать, а все остальное - по прибытию на место.
Мутант вышел из лаборатории, направившись к себе, потому как нужно было экипироватся перед вылазкой и заодно проверить, не помешают ли незначительные травмы, полученные после спарринга с близнецом, вести бой. Вчерашняя подсечка Рафаэля осталась на ноге добротным синяком, хотя и брат был не лучше - синева на подбородке будет сходить с его физиономии еще несколько дней. Лидера беспокоило совсем другое - старая зарубцевавшаяся рана на пластроне, которая вчера неожиданно дала о себе знать после пропущенной атаки. Старший прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, прислушиваясь к ощущениям. Боли не было. Но лучше держать блоки и не пропускать удары по корпусу. Рассказать братьям? Потом, как будет время, сейчас есть дела поважнее.
Лео поправил крепления мечей и вышел из комнаты, красивым сальто спустившись в холл.
- Все готовы? 
Он окинул быстрым взглядом Донателло, и оба направились в сторону лифта, вслед за сорвиголовой, который уже ждал их в машине. Место водителя – все за тем же гениальным братом, потому как никто не знал этот фургон лучше, чем его создатель, напичкав свое детище многочисленными гаджетами, о существовании которых остальным, похоже, придется узнать только в особых случаях. Сам же Леонардо занял место позади ребят. Взгляд лидера упал на изрядно потрепанный байк Рафаэля – грязь и царапины казались свежими. Сопоставить факты было не сложно, все указывало на то, что близнец снова всю ночь занимался восстановлением правосудия, однако Лео ничего не сказал по этому поводу. Только немного сузил глаза, тихо выдохнув. Раф выглядел плохо, и как бы братья ни ссорились, старший все равно беспокоился о состоянии сорвиголовы. Ладно, они не будут вмешиваться. Только разведают обстановку и сразу назад.
- Не нравится мне все это. - Едва слышно произнес лидер, опершись локтем на спинку водительского сидения и глядя на дорогу, которую освещал тусклый свет фар. Зачем клану Фут сдались эти развалины, которые по какой-то неведомой причине не выкупил еще ни один магнат, чтобы построить на этом месте новый торговый центр, или офис.
Вездеход припарковался неподалеку от развалин, в пролете между двумя зданиями, что позволяло остаться незамеченными для сновавших туда-сюда ниндзя. Старший выбрался из машины следом за братьями и тут же нырнул в тень, скрывая свое присутствие. Он едва удержался, чтобы не присвистнуть - людей клана Фут было столько, что раскопки больше напоминали муравейник. Шум за спиной заставил Лео вздрогнуть и обернуться.
- Майки, искусство ниндзя предполагает вести себя тихо. - Шепотом, но тем не менее не без строгости произнес лидер, подхватывая на лету крышку мусорного бака и не позволяя той упасть на асфальт. Раф и Донни замерли неподалеку. - Нужно как-то попасть внутрь.
Отозвался он на слова Донателло о дальнейших действиях. Необходимо было быстро набросать план, как пробраться сквозь охрану незамеченными, привлекать к себе лишнее внимание не хотелось. Леонардо обвел глазами периметр, ища хоть какую-то лазейку. Над тем, что осталось от здания возвели какие-то укрепления, возможно для того, чтобы исключить дальнейшее обрушение, но этот вариант годился только для прикрытия. Дальний свет фар в конце улицы на мгновение ослепил, и Лео закрылся рукой, защищая глаза. Когда грузовик завернул в их сторону, мелькнув в желтом свете фонаря, старший успел рассмотреть на его боку знакомый знак. Он обернулся к остальным, словив на себе три пары глаз, которые ожидали его решения. По крайней мере, две, ибо Раф все равно что-нибудь учудит, это лидер знал наверняка.
- У меня идея. - В серо-голубых глазах проскользнула какая-то опасная искра, больше присущая Рафаэлю. Что ни говори - слишком похожи. - Все помнят историю про троянского коня?
Мутант кивнул в сторону приближающегося грузовика, вполне четко дав братьям понять, каким образом можно подобраться максимально близко, не обнаружив себя. Да, им придется воспользоваться этим методом, цепляясь за дно автомобиля при помощи текаги. Главное - не сорваться, иначе не спасет даже крепкий панцирь, но Лео доверял братьям и знал, что они прекрасно понимают всю опасность.
- Раф, Майки, дело за вами. Дон, мы подстрахуем их вон оттуда. - Лео указал на непрочную конструкцию возведенную вокруг развалин, что-то вроде строительных лесов с высокими бортиками, как раз под натянутой над раскопками камуфляжной сеткой.- Когда машина въедет на территорию, у нас будет всего несколько секунд. Связь держим по коммуникаторам. И никакой самодеятельности.
Последние слова относились, в частности, к Рафаэлю.
- Мы только наблюдаем.
Лео едва заметным кивком головы подал сигнал к действию. В случае чего они с Доном прикроют их и отвлекут внимание на себя. Оставалось надеяться, что братец в красной повязке все-таки сдержит слово и не полезет на рожон, хотя в последнем лидер очень сомневался.

+2

9

Этих раскопок Караи ждала слишком долго, чтобы удержаться от непосредственного участия. Сложнее всего было отогнать местные банды от «останков» некогда впечатляющего поместья. Пожалуй, женщине даже было жалко Винтерса. Он был заперт в клетке, от которой желал освободиться, и если поначалу бессмертие представляло из себя лакомый кусочек, запретный плод, то потом… Жизнь удушает,  а Йаотль бродил по бренной земле слишком долго, чтобы не разочароваться в людях и их пороках. Он мечтал о смерти, но всё равно был предан. Как же мало сейчас стоит верность… И все принципы, кодекс, это лишь слова, забываемые при первой возможности.
Японка сжала в кулаке изящный цветок магнолии, робко врученный Чаплином в резиденции клана. Учёный со своей жалкой привязанностью смотрелся бы немыслимо мило, если бы следом за ухаживаниями не озвучивал безумные, зачастую бесчеловечные идеи, разработки,планы. Сейчас Караи не без удовольствия осознавала, как правильно и дальновидно поступила, убедив отца взять чудаковатого молодого мужчину, превозносящего работу Бакстера Стокмана. Для него старый учёный оставался идолом, первопроходцем во вселенной, богом. Эта одержимость настораживала Ороку Саки, не пойдёт ли чудак по стопам своего идола. Тогда отец не осознавал коварство своей дочери, вовремя переключившей внимание мужчины на свою персону. Сейчас хозяйка клана Фут имела у ног верного пса, готового исполнить любую прихоть.
«Малахольный придурок…» - Нежные лепестки цветка медленно выскользнули из рук, опав на пыльный, засыпанный мелким крошевом камня, пол. Раздражающий гул техники, да громко воркующие археологи, занимающиеся раскопками, уже порядком надоедали своей медлительностью.
Качнув головой, Караи подозвала к себе одного из шиноби, тот тенью скользнул к своей госпоже, почтительно склоняя голову.
- Korera no inu o isoide kudasai. – Хриплым голосом приказала Кобра, коснувшись перевязи с катаной на поясе, как бы намекая о возможных последствиях промедления.
- Будет исполнено, госпожа Караи. – Раздраженно цокнув языком, женщина повела головой, переводя взгляд на вырытый котлован. Каре качнулось от короткого движения, мягко скользнув по обнаженной коже плеч. Куноичи задумчиво наблюдала за рабочими, уже не выказывающими ни капли удивления странному виду наемников клана. Ниндзя давно примелькались своей черной униформой, благо, сейчас она не выглядела столь вызывающе, над этим вопросом Хозяйка Фут тоже поработала.
Устало прикрыв глаза, зеленоглазая змея отвлеклась, полностью уйдя мыслями в чертежи, расположенные на столе. Лишь часть механизма, который необходимо собрать, а затем наступит новая эпоха. Чаплин всё рассчитал, большая часть установки уже давно была в секретных лабораториях клана. Немного подождать, жизнь вновь заиграет красками, не будет больше серых тонов. Караи ждала, когда всё изменится, она перестанет видеть лишь тьму, кровь, да блеск безжизненного изумрудного взора  в зеркале по утрам.
Круги под глазами, изрядно усталый вид, разумеется, скрыть дефекты внешности столь состоятельной женщине, обладающей большой властью, не стоило труда. Необходимо было поддерживать образ успешной бизнес-леди, принявшей клан в свои руки. Теневая сторона жизни Фут никогда не затрагивалась в прессе. Разумеется, все издательства давно были под каблуком, а сети властолюбивой женщины давно раскинулись по всему Нью-Йорку. Конечно, где-то были пробелы, некоторые банды упорно отказывались принимать власть сильнейшего, стараясь насолить чем могли, но над этим вопросом японка работала постоянно. Без сна и отдыха глава клана шла в бой, карающей дланью обезглавливая любую змею, что готова была укусить.
Чтобы собрать клан из пепла Караи пришлось отказаться слишком от многого. Не проходило и дня, чтобы разящий клинок не приносил смерть. Руки женщины были не по локоть в крови, она сама могла захлебнуться ей, а городу всё было мало. Вновь и вновь кто-то пытался бросить вызов «наглой девчонке», выскочке, живущей на том, что создал великий Мастер Шреддер.
- Караи-сама – тихий шелест, бесшумная тень замерла подле Кобры, схватившейся было за клинок. Зло ругнувшись, благосклонным кивком позволила говорить. – Учёные нашли искомое, госпожа. Вы приказали позвать вас, когда всё решится. Грузовики скоро будут на месте, можно грузить.
Лицо женщины преобразилось: хищный оскал искривил тонкие аристократичные черты лица, несколько непривычные для японцев, глаза впервые за долгое время зажглись жадным огнём нетерпения. Едва ниндзя удалился, Караи медленно свернула чертеж Чаплина, спрятав в тубус, отправившийся за спину. Закрепив своё величайшее сокровище, девушка поправила хаори, возвращаясь к своим солдатам, чтобы оставить в памяти момент, после которого всё изменится.  Клан Фут – семья, что бы ни утверждали другие. Пусть жестокая, имеющая иерархию и дисциплину, но каждый держался за возможность остаться рядом с лучшими из лучших. Элитные бойцы, ниндзя, готовые отдать жизнь за общие идеи. Тренировки на грани человеческих возможностей, искусные способы убийств, чтобы никто даже и не мог подумать о вмешательстве клана.
Караи подняла взгляд на небо, алый солнечный диск уже окрасил его на востоке кроваво-красным. Червонное золото рассвета напоминало ей о начале новой жизни. Сейчас, наверное, в японке пробудилась та самая, еще наивная девчонка, верящая, что всё вернется на круги своя. Ей удастся провернуть дерзкий план, продуманный до мелочей, ради отца она совершит невозможное, сможет отблагодарить за годы воспитания. Пусть Ороку Саки не дал ей любви, настоящего тепла, но научил выживать, плести интриги, убивать. Шреддер вырастил воина, который мог  в будущем принять клан в свои руки, удерживать власть одним лишь авторитетом сильного, умного бойца.
- Поднимай! – Рык техники, комья земли градом взвились в воздух,  осыпаясь на головы людей. Караи прикрылась рукавом хаори, защищая глаза. Кто-то из рабочих выдал трехэтажную характеристику сложившейся ситуации, приличной в ней оказались лишь предлоги, да союзы, с которой куноичи была согласна, могла добавить ещё несколько нецензурных эпитетов, да по статусу не положено.
Зеленые глаза сверкнули гневом, тонкие пальцы опасно сжались на рукояти клинка, хозяйка клана Фут лениво повела плечом, сбрасывая с плеч накидку. Из котлована медленно вытаскивали странный массивный элемент, больше похожий, скажем прямо, на продолговатый ком грязи.
«Уже скоро…» - В этот момент свет фар осветил расчищенное от завалов плит и обломков стен пространство. Фургоны прибыли как раз вовремя. Ровно три грузовые машины, в которые планировалось  поместить ещё некоторые фрагменты «наследства» Винтерса.
Кобра медленно спустилась к ожидающим её появления учёным-археологам, с восторженными глазами отдирающие комья земли от каменных плит… саркофага? Наемники медленно сгружали найденные на раскопках редкие артефакты, за чем глава клана наблюдала с одобрительным покачиванием головы.
- Мы хотим знать, что мы нашли, для чего это будет использовано. – Уверенный писк воробья, который выдала одна из учёных, вызвал покровительственную улыбку у куноичи.
- Конечно. Узнаете. – Лезвие катаны вспороло горло ещё не успевшей ничего понять блондинки. Кровь из пробитой артерии окропила бесстрастное лицо мелкими брызгами. И вновь в воздухе этот запах железа, вяжущий вкус на губах. Оставшиеся рабочие попытались было кинуться врассыпную, но куда там, когда повсюду находились верные псы клана лучших убийц.
Караи поднялась по склону, окинув взглядом несчастных людей, которых поставили на колени на дне котлована, который станет им могилой. Ничего, погибнуть при исполнении, на благо Фут, такую смерть ещё нужно заслужить. Подошедший шиноби протянул белый платок, вмиг окрасившийся алым в лучах зари. Брезгливо поджав губы, японка коснулась тканью щеки, стирая кровь.
- Что с ними делать, госпожа? – Сухой голос солдата, готового исполнить любой приказ своего главы.
- Убить. Котлован зарыть. Мы не успели убраться до рассвета. Боюсь, придётся устраивать террор по редакциям, если где-то засветятся снимки наших раскопок.
- Часовые патрулировали всю ночь, Хозяйка.
Женщина кивнула, принимая слова ниндзя. Но подстраховаться не помешает. Проблемы с общественностью сейчас Караи были не нужны. Пусть хотя бы внешний лоск клан Фут не потеряет.
- Через три часа нам нужно встретиться с Всевидящим. Появилась работёнка, которую можно поручить только ему… Давно хочу испытать в настоящем деле. Хватит такому воителю пропадать на улицах. Мы и так смогли запугать большинство банд благодаря  методам этого сорвиголовы. Психопат.
По холодному спокойному голосу мало что можно было понять: то ли Караи восторгалась своим новым союзником, то ли не одобряла. Единственное, что было ясно – использовать его в своих целях хозяйка Фут будет продолжать.

Отредактировано Karai (2019-01-17 20:48:21)

+2

10

— На кой чёрт им сдался особняк Винтерса? Денег на пропитание не хватает и решили заняться сбором ц... — Рафаэль не договорил, потому что в его рот насильно запихнули две подозрительные капсулы. Если бы это делал не Дон, таблетки мгновенно оказались выплюнуты в рожу в морду донельзя осмелевшего идиота, вздумавшего не только пичкать Рафа хрен знает чем, но и вообще приближать пальцы к его рту, однако для родного брата и по совместительству личного медика он был готов сделать исключение. Наверное. — ...вы двое плохо меня знаете, если думаете, что одна бурная ночка помешает мне надрать зад футовцам.

Единственные сборы, которые требовались Рафаэлю — это запить проклятые пилюли водой и захватить с собой пару мелких игрушек.

«Дожили до того, что жрём наркотики вместе. В этой семейке не соскучишься».

***

Тряска фургона будила ничуть не хуже, чем чудодейственный «эргофеин». Из уставшего и замученного после долгого патруля типа Рафаэль за каких-то двадцать минут превратился в трясущегося от азарта берсерка, готового не только тихо выведать информацию, но и добыть её посредством избиений и полусмертельных колющих ранений. Его изводил яркий неоновый свет Нью-Йорка, напряжённая тишина среди братьев, само существование клана Фут и тупое бездействие, в котором они сейчас вынужденно пребывали.

Что замышляла Караи? Почему именно особняк Винтерса? Она ничего про это не говорила, когда рядом с ней был Всевидящий. Может, она уже догадывается? Может, она...

— Тебе вечно ничего не нравится, — зло процедил Раф, услышав слова Лео. Он был на взводе, а потому не собирался церемониться с близнецом, как тот не принял его состояние утром. — Футы всегда горазды мазать дерьмо по стенке. Сейчас придем и разберёмся.

Стоило лишь машине остановиться, как Рафаэль сразу же открыл двери и скрылся в тени, опережая нерасторопных братьев. То ли дело было в жажде предстоящей драки, то ли в таблетках, но его движения были быстрее и резче обычных, как и ход мыслей — здесь много футовцев даже снаружи; значит, дело серьёзное. Им нельзя проникать внутрь напролом, ведь тогда они привлекут внимание и позволят Караи уйти прежде, чем сами проникнут в развалины особняка. Внутри только Фут или ещё кто-то? Может, археологи?

Услышав голос Леонардо, Раф вздрогнул, словно от удара током.

— Идея? — его взгляд скользнул по приближающемуся свету фар, и этого было достаточно, чтобы понять задумку лидера.

Проблема была лишь в тайминге и риске обнаружить себя, когда панцирь соприкоснётся с землёй неровной дороги, но хрен с ним, это лучшее, что у них было. Цепляться сверху было ещё глупее. И медлить было нельзя.

Одним рывком надев на руки текаги, Рафаэль скользнул бесшумной тенью в укрытие рядом. Пульсация в ушах, вызванная принятыми препаратами и всплеском адреналина, стала громче, когда фургон оказался в десяти метрах. Шаг, второй, резкий перекат, мёртвая хватка; Раф тесно прижимается грудью к днищу машины, стараясь не дышать пылью и грязью. Им с Майки повезло, что фургоны держали большую дистанцию между друг другом, иначе водители могли их заметить в боковых зеркалах. Оставалось лишь не потерять панцирь по дороге и ждать, пока их привезут к эпицентру раскопок.

*** 

Он отцепился от грузовика позже Микеланджело, желая рискнуть и подобраться максимально близко к самому интересному. Центр особняка был расчищен, и из своего укрытия Рафаэль мог видеть лишь край котлована и небольшую группу футов, что сейчас наблюдали за выемкой странного артефакта из земли — это что, сердцевина портала? Но на кой чёрт он Караи, если без тех тварей его не запустить? Зачем она вообще шатается по особняку Винтерса, если у них ещё по горло дел в районах Нью-Йорка?

Раф метнулся к одной из расколотых плит, что были ближе всего к котловану, и попытался получше рассмотреть как найденные вещи, так и незнакомых людей, что не производили впечатление наёмников. Статуэтки, каменные тубосы, резные шкатулки, покрытые грязью и песком... То ли редкие ценности, достойные находиться в музее, то ли любимые игрушки древних, внутри которых всегда находился неприятный сюрприз. Археологи любовно счищали многовековое дерьмо с огромного каменного сундука, украшенного фигурами людей и животных на стенах. Саркофаг.

«Дело дрянь. Даже не хочу знать, кто там внутри».

Но ещё дряннее оно стало, когда к Караи обратилась блондинка с миловидным лицом. Раф не слышал, что она говорила хозяйке Фут, однако четко увидел блеск любимого клинка Караи и хлынувшую кровь из горла учёной. Безжизненное тело рухнуло в грязь в тот же момент, когда Рафаэль, сцепив зубы, обнажил своё оружие.

«Ты не можешь за этим наблюдать».

Рафаэль прекрасно знал, что он является Воином Тени. Его прерогативой должны быть скрытность, диверсии и шпионаж; его стихией — тишина, ночь и тьма. Его путь убийцы окропляли принципы отца и старшего брата, основанные на пути справедливости и невмешательства без необходимости, однако чем дальше, тем больше он понимал, что они ему не подходят.

— Тварь, — беззвучный шепот и гнев, закипающая кровь и ярость. Всё, что сейчас сдерживало проснувшегося зверя от необдуманного шага — это рука Микеланджело, покрывшая напряжённое чешуйчатое плечо, но и её едва хватало на то, чтобы обуздать в брате тёмную инстинктивную сторону, требующую лишь одного. — Майки, мы не можем...

— Через три часа нам нужно встретиться со Всевидящим, — слова Караи звучат для Рафа громче работающих машин, свиста клинков и собственных мыслей, агрессивно заслоняющих разум и здравомыслие. — Мы и так смогли запугать большинство банд благодаря  методам этого сорвиголовы. Психопат.

Встреча.

Всевидящий. 
 
Ты — психопат. И твои братья об этом узнали.

Свист сюрикэна не даёт Караи продолжить — сталь ранит нежную кожу, оставляя неглубокий порез на щеке. Это не попытка убийства, испорченная дрогнувшей рукой — это предупреждение о надвигающейся буре, что будет способна затопить в крови целый клан.

Больше никаких укрытий. Прыжка достаточно, чтобы оказаться под лучами восходящего солнца и предстать перед той, с кем он тайно работал плечом к плечу несколько месяцев.

— Сначала убей того, кто сам тебя похоронит в чёртовом котловане, — Рафаэль с ненавистью смотрел на зеленоглазую женщину, оскалив зубы и направив острие саев в её сторону.

Если им нужна была информация о действиях клана Фут, то они должны были воспрепятствовать убийству тех людей, что сейчас были внизу. И лучший способ сделать это — подвергнуть опасности хозяйку псарни, рассредоточив внимание врага на несколько целей.

Отредактировано Raphael (2019-01-19 20:40:22)

+2


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » фандомное » what's up danger