01 faq
+ правила
02 роли
и фандомы
03
гостевая
04 шаблон
анкеты
05 нужные
персонажи
06 хочу
к вам

GLASS DROP [crossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » прожитое » there's no place you can hide 'cause we're coming after you


there's no place you can hide 'cause we're coming after you

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

https://i.imgur.com/d9QvPn5.gif

brock rumlow//
нож, вилка, ножницы, огонь —
не для маленьких детей
а вот ручные гранаты, штурмовое оружие,
их они, напротив, очень любят

//winter soldier
острый глаз, прицел, мушка —
и противник падает лицом вниз
пуля попадает в цель,
а с кем она встречается —
какая, нахерен, разница

https://i.imgur.com/K3pRwr0.gif

//2000г., северная америка
[nick]Winter Soldier[/nick][sign]https://i.imgur.com/iN9vfiM.gif[/sign][lz]я готов отвечать.[/lz]

+4

2

Вряд ли зверь начнёт пожирать себя сам, если на то нет веской причины. По общему для многих заблуждению, скорпион вонзает жало в своё тело, когда понимает, что выбраться из передряги ему не светит. Или же волк, попавший в капкан, скорее пострадавшую лапу отгрызёт, нежели сдохнет с голоду или дождётся, пока смерть не придёт с иной стороны. Животный мир должен быть умнее, как думал сам Брок. Неспроста тот же самый волк, постаревший и уже не вожак, идет впереди всей стаи, чтобы, при случае, быть убитым в первую очередь. И это разумно.

Не совсем же разумно, когда одна голова начинает жрать другую. Да и не логично.

Пирс иногда любил долго и в красках рассказывать всю предысторию. В этом Рамлоу мог мысленно посылать его раз за разом далеко и желать не скорого возвращения - Командир не терпит долгих раскачиваний туда-сюда на счёт предстоящего задания. Ему всегда требовалось от нанимателя только максимум информации по делу, которая может подсобить на миссии, а не приоткрыть жалюзи на жизни тех, кто в этой заварушке замешал. Это уже будет работой для его отряда, если он сам посчитает, что это имеет какое-либо значение.

- И ещё, - Рамлоу уже был у дверей, прикидывал в голове план, в котором он в очередной раз посылает Пирса, а своим ребятам раздаёт точные и краткие инструкции по поводу предстоящей жаркой поездки. Он остановился, даже не обернувшись к нанимателю. На самом деле было удивительно, как Пирс не обмолвился об этом, едва Брок переступил порог его кабинета по срочному вызову. – Агент вас подстрахует.

Это, если образно выражаться.

- Вас понял, - скрежета зубов тот и не услышал, через пару секунд Рамлоу на лифте спускался в подземку, где временно обосновались его ребята. Старое здание едва ли привлекало к себе нежелательно внимание. Радовало, что места было предостаточно – и отдохнуть, и потренироваться, и ещё несколько отделов для хранения оружия, а так же просторные подземки, которые облюбовали наёмники, разместив там не только перевалочный пункт, ещё там они развернули свой собственный гараж. В самом дальнем крыле находилась лаборатория, и там пребывал сам Агент, если затишье было слишком долгим. В том крыле приходилось Рамлоу бывать частым гостем. Чаще, чем хотелось бы на самом деле. Ещё с конца восьмидесятых повелось, среди своих – это просто зависшая в воздухе информация, которую каждый воспринимал осторожно; для остальных же сотрудников – бредни и просто слухи, как правило.

- Роллинз, скажи остальным, пусть тащат свои задницы со стрельбища. У нас новое задание.


А ещё Пирс дал понять, что эта точка не может больше использоваться. Позже будут сброшены координаты, по которым им вновь придётся скрываться какое-то время после задания. Что же, просто восхитительно, хоть какие-то плюсы от жизни есть, ему не надо будет прикрывать весь этот цирк с переездом с места на место. Вместо этого он сейчас трясется в грузовике и проверяет внешний канал связи, стараясь хоть как-то не отвлекаться на тихий бубнёж Джонни и Джека, которые обсуждали что-то, несомненно, очень важное, развернувшись ко всем остальным спинами. По расчету, на миссию уходил в среднем два часа без условий, что там они встретят какое-либо сопротивление, и если все возможные сейфы будут найдены. В расчёт так же был включён и допрос хозяина поместья; ведь в руках он держал ключи от всех замков в своём доме, и в прямом и в переносном смысле. Опыт подсказывал Броку, что тот уже ожидал незваных гостей, поэтому как следует мог забаррикадироваться в своём гнезде. Опыт ему подсказывал почему-то голосом Пирса. Солдата же просто так на прогулки не выпускают. После последнего пробуждения прошло уже немало времени. И где же он ещё был замешан без ведома Рамлоу? Разумеется, наниматель не обязан выкладывать подробный отчёт касательно любого дела, к которому Агент так или иначе был причастен, однако Брок неоднократно напоминал Пирсу, _что_ будет, если его, Рамлоу, не окажется в лаборатории на обнулении или перепрограммировании, при размораживании он уже умалчивал. Те два трупа тощих людей в белых халатах Пирс посчитал двойным голом в свои ворота и, вроде бы, ошибок больше не совершал. Ну, до этого времени. И вот вам, снова здорова.

- Агент, доложите свой статус, - и на этом все шесть наёмников, которые ехали с Броком в грузовике замерли, как один. Чего только стоит выражение лица Джонни – ещё зелёного совсем, в их деле и года не пробыл, но схватывал на лету. Он прервал свой круто-важный разговор с Джеком (этот и взгляд поднимать не торопился, его одеревеневшая спина говорила лучше слов, лучше любого взгляда), и посмотрел на командира со смесью восхищения и животного страха. Сглотнул. Рамлоу проигнорировал его, едва зацепив взглядом, проигнорировал и остальных ребят, если и заметил (а он заметил) что-то, то не стал указывать им на это. Мягко стукнул указательным пальцем по наушнику в правом ухе, улавливая лишь скрежетание связи. – Агент? Статус.

Отредактировано Brock Rumlow (2019-01-14 17:50:28)

+2

3

Проверка креплений набедренной портупеи, в которых находится боевой нож Gerber Mark II с отклонением клинка на пять градусов в сторону гарды. Такое необычное решение достаточно просто в объяснении: изготовителем предполагался фехтовальный хват, а потому изгиб повторяет форму человеческого бедра. Что же касается конкретного человека, то он и вовсе предпочитает обратный хват.

Зимнему Солдату привычно работать в одиночку: чёртов ассасин, взращенный Департаментом Икс. Призрак, за которым охотятся спецслужбы всего мира, но негласно считают всего лишь мифом, потому что мало кому удавалось его увидеть, но ещё меньшему числу — выжить после встречи. Прямо сейчас он находился около поместья, обозначенного в задании как область действия, и примеривался к тому, с чего начать.

Его выдернули из стазиса и поставили очередной уровень программы для отдельно взятой задачи, в этот раз почему-то не стирая предыдущий. Причина, в общем-то, осталась известна только командованию: Агент будет работать с уже знакомым ему отрядом. Командование посчитало нецелесообразным стирать ту часть памяти, которую придётся надиктовывать заново и тратить на это лишнее время. Никто не хочет возиться с оружием, которое и так пока что не даёт осечек.

С оружием нельзя так обращаться. Иначе в самый неподходящий момент боёк не пробьёт капсюль.

Куратор этой миссии — кто-то из недавно дорвавшихся до власти. Пока Зимний Солдат молча смотрел на него с кресла установки программирования, тот важно расхаживал, помахивая старой книгой со звездой на обложке, и явно красовался перед теми, кто наблюдал за происходящим в помещении через зеркало Гезелла. Зимнему, в общем-то, плевать: главное, чтобы тот, кто произнёс коды активации, чётко формулировал текущую задачу. Актив понимает всё слишком буквально, и буквально на прошлой неделе свернул предыдущему куратору шею, потому что тот позволил себе выразиться недостаточно точно. Хотел лично удостовериться в силе живого оружия ГИДРы, вот только приказ «поваляй меня по матам» закончится хваткой металлических пальцев на глотке и громким щелчком шейных позвонков.

Кое-кто шептался по углам коридоров, что Пирс был недоволен. А тело живенько оттащили куда-то на задворки базы и, наверное, кремировали, чтобы не возникало лишних вопросов.

Первая ступень миссии: зачистка подъездов к поместью, чтобы отряд Командира Рамлоу беспрепятственно добрался до ворот. Зимний по факту не обязан ему подчиняться [прямо и неукоснительно подчиняется только тому, кто является куратором], но обязан способствовать выполнению задания без особых эксцессов. Подстраховка на случай, если голова, решившая думать своим мозгом, решится оскалиться на все остальные головы.

Куратора здесь нет, но Зимний Солдат как-то не ставил под сомнение факт, что за ним пристально наблюдают. Он этого не помнил, но наблюдали за ним ещё с начала восьмидесятых, когда после миссии в Северной Америке он несколько дней не выходил на связь, а люди из Департамента Икс потом нашли его бродящим по улицам Нью-Йорка. Забрали обратно на базу, обнулили и перепрограммировали, как делали всегда, когда у оружия слетала «прошивка». В дальнейшем заметная психическая нестабильность наблюдалась в середине восьмидесятых, из-за чего его на неопределённое время погружали в стазис. Теперь [с конца восьмидесятых — начала девяностых] эту же самую технику с удовольствием практикует Пирс: что-то не по плану — обнуление и заново.

Зимний держал в вытянутой правой руке снайперскую винтовку Barrett M82A1M. Хрупкой оптикой в землю, а широким и длинным прикладом — практически подмышку. Для такого оружия подразумевались короткие треноги, чтобы ствол не дрожал при наведении, но Агенту хватало и собственных сил и точности, чтобы удерживать перекрестие прицела ровно там, где оно и должно быть.

В наушнике негромко потрескивало, прежде чем связь настраивалась и транслировала голос Командира. Зимний ответил не сразу, для начала глянув в сторону ворот и увидев как минимум двоих, которых можно снять без шума. Поместье явно готовили к тому, чтобы не сдать без сопротивления: по периметру посты охраны, с обратной стороны не подобраться — защищает обрыв в водную зону, а въезд с фанфарами придётся отложить, пока кто-нибудь не проберётся на пульт управления и не отключит автоматику ворот.

На позиции, — наконец ответил Зимний только после повторного запроса статуса.

Теперь всё, что он должен сделать, это без привлечения внимания снять ближайших охранников и встретить Командира у заранее обозначенного съезда. Дальнейшие инструкции весьма расплывчаты: Агент может и сам пролезть на территорию, чтобы отключить автоматику, если у Рамлоу нет каких-то своих планов на этот счёт.

Солдат поднял свободную руку и поправил маску, закрывающую всю нижнюю половину лица. Сколько бы он её не носил [по большей части его ведь и замораживали всегда в боевом обмундировании], от внутренней выстилки с перфорированной стороной всё равно пахло пластиком, металлом и отчасти резиной.

Только после этого он перехватил винтовку как положено, прикладом к плечу. Через оптический прицел охранники выгляди куда больше и отчетливее, чем невооруженным глазом. Зимний в первую очередь оценил позицию каждого их тех, кого заметил. Видно, что люди хорошо обучены, потому что старались как можно меньше времени проводить на открытых местах, а по большей части находиться в тени естественного укрытия сплошного высокого забора. Хорошо, но не отлично.

Выдох и плавное нажатие на спусковой крючок серединой первой фаланги пальца. Надавишь кончиком или сгибом — и пуля уйдёт в сторону от первоначально намеченной точки. Эта винтовка предназначена для уничтожения техники [неразорвавшихся снарядов, автомобилей и вертолётов в том числе], но прекрасно справляется и с тем, чтобы отправлять людей на тот свет. Доля мгновения, которого хватает от позиции до забора — и один из охранников свалился наземь в тот момент, когда его напарник отвернулся и направился вдоль периметра в противоположную сторону. Через несколько секунд и этот второй уткнулся носом в выстриженную лужайку частного владения, окрашивая насыщенно зелёную траву кричаще красным оттенком собственной крови.

То, что по периметру слишком мало охраны тоже можно объяснить. Зимний предположил, что большая часть из них сейчас находилась внутри поместья и либо охраняла своего хозяина, либо указанные им комнаты. Всё достаточно стандартно.

Третий выстрел уложил ещё одного охранника. После этого Агент прикинул, что тела найдут во время смены дислокации групп охраны, и, перехватив винтовку удобнее, направился к оговорённому съезду, чтобы встретиться с наёмниками. Детали зачистки лучше оговаривать между собой даже несмотря на каналы шифрования связи.

[nick]Winter Soldier[/nick][sign]https://i.imgur.com/iN9vfiM.gif[/sign][lz]я готов отвечать.[/lz]

+2

4

Агент выехал к пункту назначения первым. По расчетам остальные должны были подтянуться за пятьдесят минут. Ожидаемо по тому маршруту, на котором наблюдений не было вовсе или было максимально ограничено. Два черных бронированных грузовика, шестнадцать людей, не считая водителей. Больше было решено не брать. Рамлоу никогда не раскидывался своими людьми, даже если была высока вероятность наткнуться на активное сопротивление, превосходство в силе, например, втрое. Наёмники всегда готовы к самому худшему, именно поэтому они так ценны, как боевики. Любой из команды Рамлоу, которую он формирует скрупулезно и особо придирчиво, стоит, как минимум, пяти героев войны. Они имеют такую высокую оценку хотя бы потому, что в жизни им терять было не так уж и много. О профилях и специализациях говорить не нужно было. Каждый — мастер в своём деле. И дополняли они друг друга именно так, как хотел сам Брок, поэтому тренировки своих наёмников никому не доверял. Но и заиметь пару таких солдат, как Актив, против бы не был, однако огромным желанием не пылал. Проблема и в доверии и в контроле. Слова, которые сейчас далеки для этого солдата, что не может не вызывать горькой усмешки и мысли что всё это — не его дело.

— Три минуты, — напомнил Роллинз сбоку, всё ещё стараясь не попадаться командиру по непонятным пока что причинам в поле зрения. Рамлоу сверил со своими часами и картой пути.

— Агент на позиции, — после краткого отчета солдата он повысил голос, привлёк к себе внимание, чтобы все отвлеклись от разговоров и не важных сейчас раздумий. Настороженных взглядов как не бывало. — Как прибудем на место, у главных ворот будет снята охрана. Около восьми минут до обнаружения, если не снять следующий караул или просто не приступить к выполнению миссии. Боб и Джонни, займитесь воротами, нам нужен свободный проход на территорию хотя бы в течение двух минут.

Каждый уже знал своё задание в этом деле, остаётся только правильно всё сыграть и уйти, добыв то, ради чего и пришли. Рамлоу громыхнул дверью, выпрыгнул из грузовика и осмотрелся. Агент уже был на том месте, где было обговорено встретиться после прибытия и подготовки. Тот выглядел, как всегда готовый в любой момент рвануть в указанную сторону. Просто машина. Оружие, называл его Пирс, спасение, и так далее. Как только не называл своего послушного (время от времени) зверя. Люди Рамлоу быстро выгрузились из машин, после чего те отбыли в обратном направлении — тут светиться им незачем, заберут в назначенное время. Боб с новичком, подхватив объемную чёрную сумку, сразу же направились к главным воротам. А на пути обратно смогут вырубить главную цепь уже вручную. Вывести автоматику из строя на время — это не не займёт много времени. Командир помнил несколько заданий, план к которым составлял сам Солдат, выкладывал всё так чётко, без заминки, что и придраться было совершенно не к чему. Вроде, было убийство влиятельного политика где-то в Европе. Основная работа на агенте, а наёмники — просто страховали на случай казусов. С Агентом казусов не случалось на миссиях по памяти Брока, серьёзных таких казусов. Тот знал, что нужно делать, и делал это. Проблема была только в одном — поставить ему эту задачу в правильном свете и правильным тоном.

— Наша цель — информация, которая находится где-то в этом здании, объём не известен, неизвестно и точное местоположение. Это может быть всё, что угодно, и цифровые носители, и бумаги. Ищем всё с пометкой «ГИДРА» и готовимся к тому, что здешний хозяин прячет их слишком хорошо. Обнаружили сейф — даёте знать, обнаружили барьер цифровой защиты — даёте знать, обнаружили закодированную дверь за картиной во весь рост — даёте знать. На тот свет всех, кто держит оружие, кроме хозяина поместья и гражданских.

Рамлоу бросил на траву металлический двояковогнутый диск с мигающим красным индикатором спустя мгновение над ней выросло голографическое изображение поместья и детальная планировка вместе со всеми тайными комнатами и ходами. Объёмная картинка медленно крутилась вокруг своей оси, поднимаясь и опускаясь, отсвечивая тусклым зелёным и голубым. Командир быстро пробежался пальцами по небольшому дисплею на своём запястье. Изображение помещений «разобрались» на мелкие части, продолжая вращаться. Отдельно Брок в пару движений увеличил «подвал», который представлял собой скорее бункер для пережидания бомбардировок или чего похуже. Понятно, что само поместье было построено уже на бункере и сравнительно недавно. Опорный пункт над хранилищем. И что, любопытно, там может хранить один из тех, кто повёрнут к ГИДРе лицом, а не задницей? Конкретно — что Пирс хочет там найти? Слава Богу, или кому там наверху, Брок никогда не имел привычки досконально изучать все документы, которые приносил своим нанимателям из пекла. Они простые наёмники ГИДРы, а не её сподвижники. Нужно правильно расставлять приоритеты.

— Шестеро — по периметру, снимайте караулы, — после этих слов, без совещаний и лишних переговоров шестеро в черной форме отделились от общей массы и направились к воротам, за которые пока что не переступали. Что же, хорошо, что они прибыли в ночное время. На удачу. — Агент, ликвидировать стрелков на крыше и третьем этаже. Найти хозяина поместья, обеспечить ему временную безопасность, мои люди мешать не будут. Он нужен живым пока что. Остальные за мной к главному входу. Держим связь, проверка статуса через десять минут. Вперёд!

Рамлоу натянул на лицо сплошную маску с уплотнёнными двойными фильтрами, поднял с земли брошенный ранее диск и убрал его в карман на поясе. Перехватил поудобнее винтовку и шагнул первым. Установленные несколько минут назад диски-генераторы на воротах и столбах по обеим сторонам уже сработали должным образом — заслонки-замки тихо заскрипели, и ворота плавно отъехали в сторону. После этого две команды по трое вышли вперёд, сразу же взяв курс одна — налево, вторая — направо. Всё равно по плану они зайдут в здание с заднего хода, обойдя по периметру, снимая любого, кто не в гражданском и с оружием. Рамлоу ещё раз бросил быстрый взгляд на Агента, который сейчас рванёт одним из первых, игнорируя приказы командира, не адресованные _лично_ ему по связи, и сразу же взял лёгкий бег, держа палец на спусковом крючке.

+2

5

Два чёрных бронированных грузовика подъехали как раз вовремя. Зимний так и стоял, ни на шаг не отходя в сторону, когда боковые двери отъезжали в сторону, и наёмники выбирались наружу. У них есть время до смены караула, и, если не тормозить, то успеют проникнуть на территорию поместья до того, как обнаружатся трупы. А там уже будет не важно, заметят их или нет, потому что зачистка — это тотальное уничтожение всего, что шевелится и не так смотрит. 

Агент сделал несколько шагов в сторону и обошёл по неширокой дуге, чтобы оказаться за левым плечом Командира. На шаг позади и на шаг в сторону. Как только диск упал на землю, являя трехмерный план поместья, Агент лишь незаинтересованно посмотрел на него, почти автоматически отмечая для себя переходы, дополнительные лестничные пролёты, не считая лифта в центре всего здания, скрытые от посторонних глаз комнаты. У поборников ГИДРы нет возможности что-то скрыть: если добровольно вступаешь в ряды организации, которая устанавливает мировой порядок через смерти и боль, то будь готов к тому, что они будут знать, где ты спишь, когда ты ешь, и в какого цвета унитаз блюёшь.

Зимний Солдат вгляделся в лицо каждому наёмнику [или маску у тех, кто успел её натянуть], которого увидел прямо сейчас перед собой. Внутреннее чутьё молчало, никого из них программная установка, въевшаяся в мозг хуже ржавчины, не воспринимала как потенциальную опасность. Пока Командир отдавал приказы, Агент вновь успел обратить большую часть внимания на схему и прикидывал, куда могли поместить приоритетную цель. При взрыве зданий — в этот раз парни Рамлоу не собираются взрывать, хотя, кто их знает, Солдату нет до этого дела, — страдает центральная часть и страдают внешние стены. Скорее всего хозяина будут охранять недалеко от укреплённых несущих конструкций, в месте, которое либо просматривается со всех сторон, либо же напоминает гроб с одним-единственным входом-выходом.

Солдат сделал ещё несколько шагов вдоль голограммы, пока не оказался рядом с отдельным кубом, условно обозначающим бункер под поместьем. Теперь он находился напротив Командира, так что параллельно прикидывал, какие комнаты находятся точно над самой охраняемой частью подвала. Если охрана поместья не из дебилов, то они попытаются максимально рассредоточить наёмников.

Агент молчал, но он знал, что если произнесёт весомое слово против плана, то к нему хотя бы прислушаются.

В ответ на приказы, отданные непосредственно ему, Агент вскинул взгляд и внимательно вгляделся в лицо Командира. Тяжёлый нечитаемый взгляд поверх плотной чёрной маски, закрывающей всю нижнюю половину лица и часть переносицы. Верхнюю часть, делающую опознание личности ещё более трудным, в этот раз он попросту не закрепил. Стёкла имели дурную привычку трескаться или разбиваться, а для снайпера любая помеха свободному взгляду — сплошное раздражение.

Принято.

Он развернулся лицом к воротам, которые вот-вот должны были открыться. Приоритетные цели второго этапа миссии: ликвидация стрелков, поиск и обеспечение безопасности хозяина поместья. Зимний не видел его в лицо, только фотографию: когда он сидел на кресле установки программирования, куратор кинул ему на колени планшет с фотографией и кратким досье. Ничего лишнего, только то, что нужно знать Зимнему для успешного выполнения миссии. Фотография чёткая, с лицом крупным планом, так что опознать не составит труда.

Винтовка, способная пробивать технику, не отягчала. Зимний почувствовал взгляд в спину, но не обернулся, а сразу же, как автоматика ворот отключилась и они разъехались в стороны, направился на внутренний периметр.

Размещение стрелков, скорее всего, стандартное для большинства оборонительных операций, так что Агент двинулся сразу же в сторону от главного входа. Его стопроцентно охраняют, но оттуда, откуда он будет хорошо просматриваться. Например — с отдельный укреплений, предусмотренных у ограждения. Одно такое Солдат как раз заприметил неподалёку.

Оптика всегда очень сильно бликует на солнце, и по этим бликам можно легко отследить снайпера. Чем меньше освещения, тем с этим проще, поэтому правильно подобранное время суток – весомая часть успеха миссии. Солдат замер и присмотрелся к укреплению: охранник действительно смотрел в сторону главного входа, захватывая в обзор заодно добрый участок земли перед поместьем.
Не проблема.

Он поднял винтовку и прислонил приклад к плечу. Отдача ему не страшна. Он потратил пару секунд на то, чтобы прикинуть направление и скорость ветра, повернуть винтовку немного в сторону – человеческая фигура теперь располагалась на пару делений оптического прицела в сторону от центра – и плавно на выдохе нажал на спусковой крючок.

Зимний не услышал сдавленного хрипа, когда человек повалился с укрепления на землю, как и не услышал хруста шейных позвонков из-за неудачного падения тела.

Обойти периметр и устранить оставшихся стрелков на крыше поместья. По мере продвижения обнаружились ещё несколько укреплений, с которых удалось снять стрелков, не привлекая к себе внимания. Непосредственно в здании уже винтовкой особо не зачистишь.

Удостоверившись, что снаружи целей не осталось, Агент тенью скользнул в сторону стены поместья. Он уже заприметил выдвигающуюся лестницу примерно в трех метрах над землей, которую можно раздвинуть и забраться на третий этаж, чтобы продолжить зачистку намеченных целей. Не имевшую сейчас полезности винтовку Зимний оставил на земле, после чего ему пришлось подпрыгнуть и ухватиться ладонью живой руки за нижнюю ступеньку лестницу. Под весом его тела лестница с грохотом разложилась, что позволило забраться по ней приблизительно на уровень второго этажа. Оттуда Агент уже перебрался на резное ограждение балкона, прошёл по нему, балансируя на ходу, до противоположной его стороны, и там по скобам поднялся до уровня окон третьего этажа.

Бить окна не хотелось, но здесь они оказались закрыты, так что иного варианта не оставалось. Под ударом бионики окно хрустнуло и рассыпалось осколками с первого раза, позволяя Зимнему проникнуть внутрь. На звук обернулся один из ближайших охранников, стоящий шагах в десяти в стороне, так что Солдат даже не раздумывал, когда сокращал расстояние и выхватывал из ножен на бедре боевой нож. Лезвие с небольшим сопротивлением пропарывает плоть и входит между рёбер, после чего Агент с силой вздёргивает его вверх и в сторону, прежде чем вытащить. На стали остаются багровые разводы, несколько капель остаются на коже кевларового жилета.

Он не чувствует ровным счётом ничего, когда ему приходится убивать. Зачастую смотрит в глаза своим жертвам, и этот взгляд — и их лица — единственное, что он помнит очень отчётливо даже после обнуления. Практически каждую свою жертву, начиная с пятидесятых.

[nick]Winter Soldier[/nick][sign]https://i.imgur.com/iN9vfiM.gif[/sign][lz]я готов отвечать.[/lz]

+2

6

Несмотря на то, что наёмников, которые пошли по периметру, последовав прямому приказу командира, заметили на смене караула, как и трупы своих же, что ещё остыть не успели даже, никто из вражеских боевиков не успел издать ни единого звука, не говоря уже о том, чтобы поднять тревогу. Люди Рамлоу управлялись быстро, профессионально, так, что после завершения заданий времени на разбор полётов и «работу над ошибками» было ничтожно мало. Буквально несколько минут, чтобы вкратце обрисовать суть ошибки или неправильного пути. И в следующий раз голову этим можно не забивать.

Либо обезвредить электрошокером, а потом, оттащив на некоторое расстояние в тень, добить выстрелом меж бровей, даже аккуратный хлопок глушителя будет слишком тихим. Или накинуть на шею простую или накаляющуюся удавку, чтобы меньше крови следствии коагулирования всех кровеносных сосудов шеи, до которых проникнет плотная нить. А аромат палёной человечины унесет ветер в противоположном от поместья направлении.

На каждом столбе, на котором находились фонари и небольшие прожектора сразу устанавливались датчики, схожие с теми, которые крепили Боб и Джонни на ворота и соседние главные столбы. Устанавливались точные таймеры, от большего к меньшему. Не слишком удачно, что пара прожекторов всё-таки была обращена в сторону ворот, к которым, впрочем уже вернулось питание и они снова автоматически закрылись, характерно щелкнули задвижки-замки, и Рамлоу внезапно вспомнил Сингапур, когда в его спину упиралось дуло Wildey Magnum, а над ухом — смрадное дыхание, спрашивающее о последнем желании перед смертью. Каждый раз, оказываясь в подобных ситуациях, казалось бы, тупиковых, без возможности ступить назад, начинаешь задумываться о безопасности и завтрашнем дне. Должен, по крайней мере, задумываться. Но в Порте Сингапур он думал о том, как бы Роллинз не истёк кровью раньше прибытия летящего к ним на выручку Боба. А сейчас он ловит в прицеле охранника на главном крыльце, где находилось ещё семеро, как они, вооруженные до зубов и готовые работу свою выполнять до последней капли. Оказываясь в таких ловушках, ты всё меньше и меньше думаешь о своей жизни и всё чаще начинаешь рассуждать, как бы быстрее прервать чужую.

— Командир, — в сознание моментально врезался голос Джека. Он не показался обеспокоенным чем-то, но ведь посчитал нужным сообщить что-то Рамлоу. — Это команда Деккера.

«Подрыватели», — вместо имени главаря услышал Брок. Тоже наёмники, и тоже рискованные, идут на всё, берут любые задания, убивают всех, кого потребует заказчик. Падкие на деньги, как и любые другие наёмники. Как и Брок, чего он не скрывал вовсе. Только у Рамлоу и его людей все извилины были на месте, а эти ублюдки из-за своего большого пристрастия к подрывной деятельности, которое в пору посчитать чётким симптомом какого-нибудь психического заболевания, лишились их совсем. Поработав в прошлом пару раз вместе, Брок решил, что им однозначно не по пути. Тем более, две группировки наёмников за редким исключением берутся за одну работу одновременно. Разные взгляды и стили работы. А с Деккером и его псами это вообще выглядело бы как цирк дю Солей. И выглядело, пока не свернули всю эту акцию с петардами и пластидом. Вот Брок как чувствовал, не стал брать на это задание много взрывчатки, почти уже даже отказался от неё.

— Значит, внимательно смотрим, куда наступаем, иначе не собрать вас будет по кусочкам и к следующему Рождеству.

Рамлоу с десятью людьми активно продвигались к центральному входу благодаря снятым караулам по периметру. Предположительно, через минуту их должны обнаружить. Раз стрелки с крыши их ещё не засекли, то Агент должен уже в здании, завершает то, к чему приступил. Хорошо бы обнаружить Солдата в обществе хозяина поместья, как только пойдут внутрь.

Командир сорвал с пояса небольшой стальной кругляш с едва заметными выемками по бокам и, встряхнув его, хорошо размахнувшись, швырнул в сторону крыльца, где расхаживала охрана. Кругляш блеснул в свете направленного в другую сторону прожектора, сразу же привлекая к себе внимание. Боевики напротив вскинулись и взвели курки. До крыльца долетело ещё два кругляша. И уже три устройства будто бы по команде перестали вращаться вокруг своей оси, выемки по бокам открылись и наружу, клубясь, повалил белый дым. Рамлоу рефлекторно поправил маску на лице и натянул на глаза очки, сразу переходя на тепловизор.

Через тридцать секунд после появления дыма все прожектора и фонари по периметру разом отключились под действием установленных заранее датчиков. На всей территории в момент стало черно, лишь в окнах высокого здания был свет. Два прожектора на крыше Брок прострелил лично, когда его команда из десяти человек миновала широкое крыльцо, добивая сразу же тех, кто находился в бессознательном состоянии из-за выпущенного дыма, и проникая на первый этаж. Изнутри с противоположной стороны уже слышны множественные выстрели и тихие вскрики.

— Трое — вниз, к бункеру, — он обратился к команде, указывая в сторону дверей, которые вели вниз, под землю. Три боевика отделились от общего числа, и пропали за поворотом. — Ещё двое — к лифту, осмотрите на наличие взрывчатки, не хочется неожиданных сюрпризов. Остальные на второй этаж, зачищать поместье, гражданских в отдельные комнаты.

Джек приостановил Рамлоу, сразу указал на камеры, которые выглядывали прямо под потолком. Командир дал чёткий знак рукой — полная ликвидация, после чего направился с семерыми в сторону лестницы на второй этаж. В таком деле лифт просто бессмыслен. Если кому-то и нравиться наблюдать за незваными гостями во время своей активной работы, защиты нанимателя, то это точно Деккер. Рамлоу остервенело сорвал с лица и очки и маску с фильтрами, зацепил за задний карман.

— Агент, твоё местоположение.

Внутренний канал работал без помех.

Пол первого этажа был прилично залит кровью, восемь трупов, успел насчитать командир, если не брать в счёт тех, кто был на заднем дворе и в задних помещениях. Значит, наверху их ещё больше. И Деккер, от которого хрен, что можно ожидать. Эксцентричный мудак, который в одной руке держит Agram 2000, во второй связку динамита, а в зубах неизменно — старый прикуриватель. Без преувеличений — Брок именно таким его запомнил, когда улетал на вертолёте. Его работа тогда была выполнена, а Деккер решил поразвлечься напоследок. С него станется явиться на задание в поясе смертника или в чём-то подобном. Хотя он всегда ценил свою жизнь больше, чем жизни своих ребят. Те дохли, как мухи, с которыми играет человек с лупой в руках.

— Боб, осмотреть трупы и сразу к бункеру, — этот приказ Рамлоу отдавал уже разряжая запас патронов в двоих храбрецов, которые выпрыгнули первыми из-за поворота на втором этаже.

+2

7

Тело осело на пол. Агент подхватил его бионической рукой под ремни портупеи, перетягивающие грудь, и оттащил поближе к стене, чтобы не валялся на дороге. Если расчёты верны, то хозяина поместья могут охранять где-то в его же рабочем кабинете. Нужно всего лишь добраться до соседнего крыла здания, обнаружит цель и взять под охрану, никого к нему не подпуская. Стандартная работа, ничего сверх.

Максимум, чем осложнена следующая фаза задания, так это встречающимися на дороге людьми. В один момент, заметив движение справа от себя, Агент перехватил нож обратным хватом и резким движением выпрямил руку ту же сторону, однако, остановился за долю секунды до того, как нож воткнулся бы кому-то в череп. У человека не было оружия, да и не выглядел он ни боевиком, ни сотрудником охраны. С секунду солдат пристально смотрел на него, прежде чем убрал нож и двинулся дальше по переходу.

Он видел, как несколько людей в дальнем конце коридора перебегали с места на место, занимая более удачную позицию. Кто-то и них его заметил, в его сторону раздались пара достаточно громких выстрелов. Зимний ещё до того, как услышал звук, вскинул бионическую руку, чтобы хотя бы частично прикрыть себя от возможных ранений. Одна пуля по касательной цепляет кевларовый жилет, вторая — отскакивает от бионики и рикошетит в стену. Ему требуется некоторое время, чтобы сократить расстояние, выхватить пистолет и уложить ближайшего к себе противника, тогда как второй при этом торопливо сбежал, оглядываясь на ходу.

Внутренний канал связи снова ожил, передавая сигнал. Агент глянул в сторону, проверил, нет ли кого поблизости, и только после этого ответил:

Третий этаж. Веду поиск приоритетной цели.

Он вспоминает о человеке, которого вот только что уложил, тогда как его напарник попросту ломанулся дальше по коридору. Они оба не такие, как основная охрана поместья. И добавляет:

Здесь посторонние. Ликвидация?

Никаких конкретных приказов касательно других людей не поступало, поэтому Солдат уточняет, прежде чем продолжить выполнение задания. Ему остаётся всего ничего: добраться до кабинета, в котором забаррикадировался хозяин поместья, разобраться с его охраной, и затем просто держать его поблизости, пока остальные заканчивают свои задачи.

Иногда он ловил себя на мысли, что похож на человека, сидящего в зрительном зале. Вокруг что-то происходило, а его словно бы и не касалось. И съемка велась от первого лица на любительскую камеру. Иногда хотелось вскочить, заорать, что-то поменять в ходе сюжета, но у него ничего не получалось. И он продолжал только лишь наблюдать, не в силах докричаться до того, от чьего лица ведётся запись.

Двери в кабинет хозяина поместья обиты резным чёрным деревом, но что-то подсказывало, что внутри, за внешней красотой, могла скрываться сталь. Кровь выглядела точечными акцентами багрового на чёрном, не менее чужеродно смотрелись и дырки в простреленных лбах. Круглые обожжённые порохом края ран, углубления, заполненные кровью, лениво стекающая по переносице багровая струйка.

В том, чтобы выбивать двери, смысла особого не было. Зимний отошёл на несколько шагов назад и поднял голову, чтобы подтвердить свою догадку. Двери в особняке делались под старину, поэтому здесь тоже присутствовали внешние люки, небольшие, но достаточной высоты для того, чтобы через них мог проползти человек при сильной на то необходимости. Вряд ли хозяин поместья предполагал, что однажды ему придётся окапываться здесь и ждать неминуемой участи, вот и отдал дань красоте вместо дани безопасности.

Агент вскинул руку и несколько раз выстрелил в замок на люке над дверью. Замок откололся, однако, какая-то его часть застряла в креплении, поэтому люк не распахнулся. Солдату пришлось зайти в соседнюю открытую комнату для переговоров и забрать оттуда стул, чтобы приставить его к двери, встать на него и окончательно вышибить люк ударов бионического кулака. Изнутри послышались крики, в которых можно было различить приказы, поэтому Зимний опустил руку на пояс и отстегнул от крепления небольшую круглую капсулу. Сейчас он бы не рискнул использовать взрывающееся снаряжение, потому что получил чёткий приказ достать хозяина поместья живым, пока не последует команды убить его.

Агент закинул в распахнутый люк металлическую капсулу, после чего коснулся пальцами передатчика в ухе. Организм суперсолдата лучше переносит звуковые атаки, однако, стоило перестраховаться и частично заблокировать частоты.

Капсула активировалась, ударившись об пол.

Передатчик не глушил большую часть частот, поэтому даже Агенту пришлось сцепить зубы, когда громкий пронзительный звук заставил людей в кабинете хвататься за головы. Он зацепился обеими руками а уступ над дверью, подтянулся и бесстрашно перегнулся через него, чтобы спрыгнуть на пол уже внутри кабинета.

[nick]Winter Soldier[/nick][sign]https://i.imgur.com/iN9vfiM.gif[/sign][lz]я готов отвечать.[/lz]

+1

8

Горчичного цвета форма, идентичная у всех, без каких-либо опознавательных знаков, без шевронов или даже бандан на плечах. Эти пустынные муравьи Деккера пробрались сюда вперёд или же были наняты хозяином поместья, как очередная стена, об которую, предположительно, незваные гости в лице Солдата, Рамлоу и его команды должны были пообломать свои зубы? Жаль разочаровывать, но не тех головорезов он нанял. Но ,в любом случае, с Деккером в замкнутых помещениях Рамлоу хотел оставаться меньше всего на свете. Особенно если учитывать, что прибыли сюда они позже остальных.

Командир сразу прикинул в голове: третий этаж. Так же всплыла голографическая карта планировки здания. Лестница налево, огибая большие декоративные столбы и всё убранство, которое находилось в просторных залах. Третий этаж будет зачищен Солдатом. Второй этаж уже должны контролировать наёмники Брока, последний как раз добил врага и принялся перезаряжать обойму.

Две минуты.

— Ликвидация всех, у кого есть оружие, Агент, — чем быстрее они разберутся с людьми Деккера, тем проще будет потом осматривать дом. Рамлоу присел на корточки и оглядел ещё не остывший труп в горчичном комбинезоне с обрезанными по плечи рукавами. Сверху была жилетка стандартной военной модели — не только бронежилет, но и отличный способ, чтобы...

Если не сдетонировал сейчас, то не исключено, что не сдетонирует позже. Пучок проводов тянулся от нижнего края жилета в карман сбоку. Рамлоу осторожно вынул небольшое устройство прямого управления, обмотанное в несколько слоёв серой изолентой, с двумя бесцветными кнопками на потёртом металлическом корпусе и почти бесконечной обмоткой проводов вокруг. Осторожно, так же как и взял, командир положил эту устройство на живот мертвецу и, резко развернувшись, направился дальше. Роллинз с остальными уже перешли на третий этаж, а с Рамлоу оставались трое. Он взглянул на них и на трупы, которые те осматривали. Кивнули, мол, то же самое, что и у того, кого осмотрел Брок. У них теперь куча трупов с взрывчаткой за пазухой.

— Вызвать Пола на обработку, троих к нему на страховку, — выдохнул Рамлоу, которого вырисовывающаяся картина не устраивала по конкретным пунктам и некоторым фронтам, — Боб, заменишь его в бункере.

— Есть.

Всё-таки, сюрпризы им были меньше всего нужны сейчас.

— Статус.

— Командир, бункер наш. Обнаружено семь сейфов. Приступаем к подбору кодов.

— Лифт неисправен, предположительно, проблема в катушке реле. Взрывные устройства не обнаружены.

— Первый этаж наш, командир. Ведём проверку.

— Второй этаж наш. Приступаем к осмотру.

— Периметр под наблюдением, командир.

Третий этаж тоже уже частично их. Рамлоу посмотрел на наручные часы. Выбиваются из графика, но ненамного.

— Принято. Агент, выдвигаемся к тебе. Третий этаж!

Противный звук, бьющий по барабанным перепонкам, был слышен у лестницы. Пока Роллинз с тремя ребятами направились в противоположную сторону, Брок ещё с двумя сразу зашагал в сторону источника пронзительного не то писка, не то визга. Звуковые шашки были очень удобными в использовании, простыми и достаточно эффективными. Довелось однажды Броку попасть под такую вот звуковую волну, так он был выведен из строя на приличные двадцать минут с последующим кровотечением из ушей и частичным нарушением ориентировки в пространстве. Иными словами его носило по помещению с характерным «пиздык-пиздык-пиздык» обо все возможные углы и косяки. Критика Джека не воспринималась, как положено, а ждать помощь медиков терпения не было.

Они миновали идеально убранную столовую со сверкающими чистотой скатертями, вышли в узкий коридор, в конце которого виднелась большая дверь из тёмного дерева, а так же выбитый сверху люк. Не желая испытывать судьбу и перебирать различные способы по вскрытию, Рамлоу сразу же направился к двери, закидывая винтовку за спину и поправляя ремень. Роллинз и остальные позади остались прикрывать с расстояния. Командир быстро достал из нагрудного кармана круглое взрывное устройство, очень похожее на тот двояковогнутый диск с картами и планировкой поместья. Диск он прикрепил прямо над замочной скважиной, а четыре «лапки», которые вытягивались из корпуса диска на манер неких лент, крепил на расстоянии пятнадцати сантиметров. Примерно, захватывая и саму дверь и косяк стены. Нажал на четыре кнопки у отверстий для «лапок», затем нажал на центральную кнопку. Та сразу же стала красной, и Рамлоу быстро отошел на приличное расстояние назад. Взрыв был не сильный, но смог повредить замок, а так же вырвать небольшой кусок стены. Сталь в двери противно заскрипела, будто её повело. Выбив дверь плечом, Рамлоу вошёл в помещение, которое даже былью и дымом не заволокло. Там была их временная цель. Были и люди в горчичной форме и охрана поместья, некоторые из них лежали на полу и или сидели, оперевшись спинами к стене. Оглушение. Но другая часть их основного состава, вынимала что-то из ушей и сразу же хваталась за оружие. Хозяин поместья находился за ними. На самом деле это помещение было переоборудовано под какой-то пункт центрального управления. Несколько компьютеров, мониторы с «белым шумом» — люди Рамлоу ликвидировали большую часть камер слежения, так что сейчас невозможно предсказать их перемещения по этому зданию.

Сейчас их шестеро вместе с Солдатом против минимум десяти. Остальных Рамлоу не успел включить в общий список. Те, кто находился на крыше, не смогут спуститься к ним на тросах и оказать поддержку. Эти окна могли бы выдержать направленный удар из средней ракетной установки. Здешний хозяин, видимо, был редкостным параноиком, подготовился, как следует, но спокойным он не выглядел. Не было понятно, кого он боится больше: тех, кого нанял или тех, кто вторгся к нему.

— Ликвидировать всех, кроме цели, Агент.

После прогремели выстрелы.

Отредактировано Brock Rumlow (2019-01-20 06:22:06)

+2

9

Маленький трюк сработал, как и предполагалось. Когда Агент перемахнул через дверь и спрыгнул в кабинете, часть находящихся там людей оказалась выведена из строя. У другой части, похоже, имелась защита на случай предполагаемых звуковых атак, потому что они не выглядели ни удивлёнными, ни ошеломлёнными. Небольшая проблема, а проблемы принято устранять, не церемонясь.

Программа «Зимний Солдат» отключает любые эмоции и проявления человечности, которые могут помешать выполнению миссии. Ни страха от того, что противников больше, ни беспокойства за то, что он может здесь погибнуть, Агент не ощущал. Притупленный инстинкт самосохранения работал лишь на уровне ощущения опасности, именно поэтому Зимний в первую очередь оценивал степень угрозы. Пятьдесят лет службы ассасином не прошли бесследно: мысленно присвоив каждому субъекту в помещении класс опасности, он уже намеревался разобраться с самыми проблемными из них.

Позади грохнула распахнувшаяся дверь. Это стоило Солдату пары секунд на ориентирование в обстановке, иначе, не разобравшись в ситуации, он мог попросту уложить кого-нибудь из своих, а именно «свои» сейчас и проникли в кабинет. Будь это «группа поддержки» для охраны хозяина особняка, Солдату пришлось бы немного… трудно.

Чёткий и поразительно спокойный приказ от Командира расставил всё на свои места. Агент даже не утруждал себя ответом на него. Он лишь сгруппировался, выставляя левую ногу немного вперёд, метнулся к ближайшему противнику и, не останавливаясь, зарядил ему бионическим кулаком прямо в лицо. Хрустнули кости переносицы, вминаемые куда-то глубоко в череп, мужик болезненно вскрикнул, а следующий удар, только правой рукой, догнал его прикладом пистолета в висок.

Совсем рядом свистели выстрелы как со стороны наёмников Командира, так и со стороны противника. Зимний сильно рисковал, напрямую вписываясь в эту неразбериху, а не отстреливая с безопасного расстояния, но в этом был и свой плюс: проворства ему не занимать, так что противникам тоже приходилось изрядно вертеться, чтобы не попадать по своим. Ближний контактный бой определённо выигрывал в этом плане, пусть и повышал риск выхватить пулю в упор.

Времени на перезарядку у Зимнего не было, так что он отбросил пистолет в сторону, чтобы не мешался. В этом плане нож надёжнее, вот только очередной противник до того, как острое лезвие вспороло ему глотку, успел вскинуть руку и прикрепить маленькое устройство к левому предплечью Солдата.

Щелчок, и весь протез пронзило разрядом.

Агент сжал зубы и глухо зашипел, вот только из-за маски на лице и неразберихи вокруг его всё равно никто не услышал. Он знал, что это за устройства, чаще всего их применяли, чтобы вырубить электрощитки. Короткого разряда обычно хватало, чтобы перегрузить систему, сейчас же это негативно сказалось на бионике, и подвижные пластины, из которых состояла верхняя оболочка протеза, попросту заклинило. Агенту пришлось удерживать рукоять ножа лишь безымянным пальцем и мизинцем, чтобы другими тремя отодрать устройство от левой руки.

Как только ему удалось отсоединить устройство, он бросил его на пол и с силой опустил на него тяжёлый военный ботинок, превращая в бесполезный хлам. Пластины ещё клинило, так что Зимний с усилием сжал-разжал пальцы и сделал резкий оборот рукой, понадеявшись, что это вернёт подвижность. Каждая пластина на плече и предплечье опустилась на пару сантиметров в сторону запястья и вернулась на исходное положение, подтверждая, что серьёзных повреждений от такой игрушки протез не получил. Постоянно обновлявшиеся советские технологии.

Агент перемахнул через широкий письменный стол и переместился достаточно близко к паре охранников, непосредственно загораживающих собой хозяина поместья. Вот здесь пистолет бы не помешал, но приходилось пользоваться тем, что есть, так что Солдат с усилием метнул нож в одного из них и поспешно пригнулся, чтобы не выхватить пулю промеж глаз от второго. Его единственный шанс на быстрое завершение текущего этапа, это максимальное сокращение расстояния и пара точных, следующих один за другим ударов.

[nick]Winter Soldier[/nick][lz]я готов отвечать.[/lz]

+1

10

Пока основная часть команды Рамлоу занималась тем, что шерстила все укромные и нет углы в этом доме, самому командиру оставалось завершить зачистку третьего этажа и отдать на временное сохранение хозяина поместья до того момента, пока все данные, которые есть у него, не будут в руках ударного отряда. Дальше останется дело за малым. Грязную работу никто не любит, но тебе никто не даёт выбор, пока крупные суммы денег переходят на твой счет до задания — в качестве задатка, и после — по основной договорённости. Если нет определённых условий — в твоём праве вертеть сам процесс миссии так, как считаешь правильным или удачным. Сложнее, когда выданные инструкции могли сковывать тебя по рукам и ногами, и из опытного наёмника делать обычного болванчика, который должен наизнанку вывернуться и сделать из дерьма конфетку в короткий срок. Да так, чтобы и всем понравилось ещё.

Наёмники выстроились в одну полосу у двери, смело открываясь для выстрелов, но не позволяя чужим даже подумать о том, чтобы поднять прицел выше или в сторону от Зимнего Солдата. Актив принимал весь удар на себя, а Рамлоу с остальными делали так, чтобы этот урон был минимальным или вообще его не было. Несколько пуль отрикошетило от протеза и пролетела в опасной близости от хозяина поместья, отчего тот взвизгнул, подскакивая на месте и снова забиваясь в угол, словно раненный и напуганный зверь. Стали умнее, судя по тому, как начали палить в ноги, однако из-за мобильности Агента это было всё бессмысленно. Наемники, тем временем, продолжали точно поражать находящиеся в этом помещении вооруженные цели одну за другой, пуская пули в голову, грудь или живот. Те ложились и больше не вставали, даже признаков жизни не подавали. Важно было сработать быстро, иначе, если всё это затянется и перейдёт в перестрелку с активным прикрытием за какими-то предметами (в этом-то помещении?), то кто-то из своих вполне смог бы словить шальную, и потом в этом не признался бы. Линзами, которые «смотрели» бы сквозь предметы и удачно угадывали точное местоположение целей, им пока что не выдавали. Пришлось работать быстрее, внимательнее, задерживая дыхание на раз-два и стрелять, стрелять, стрелять.

Вражеских стрелков поубавилось. И в тот момент, когда Брок услышал скрежетания, словно некий прибор выводят из строя ЭМИ, а так же то, что Актив замер на одном месте, он сделал решительный шаг вперёд. После — за ним повторили и его люди, плавно передвигаясь к центру и тесня оставшихся стрелков к дальней стене. Несказанно везло, что пули из чужих автоматов, винтовок и пистолетов пролетали в жалких миллиметрах от лица и корпуса, наёмники ГИДРы не уменьшали шагу, пока не достигли середины помещения и пока последний вражеский стрелок не упал замертво. Теперь тут только один гражданский, наёмники и Солдат, рука которого тихо пощёлкивала. Ненадолго. Рамлоу бросил оценивающий взгляд на убитых Активом. Его всегда поражала эта «ювелирная» работа. Точность и мастерство. Вкупе со всеми слухами, что ходили об Агенте среди наёмников и приближённых Пирса, этот солдат на самом деле являлся живым оружием, запрограммированным на точное и безукоризненное выполнение заданий, которые спускают сверху. Командир всегда присутствовал на обнулении, и каждый раз замечал этот блуждающий по пустоте взгляд, будто бы Зимний Солдат всю свою жизнь что-то ищет, но никак не может даже приблизиться на жалкий шаг к этой цели. Или это ГИДРА делает всё, чтобы он был от цели как можно дальше. После окончания работы этой ужасной установки для пыток, а иначе Рамлоу никак не мог назвать то устройство по обнулению и перепрограммированию (у него было заумное название, содержащее в себе бесконечное количество цифр и косые кодировки, которые пытайся-не пытайся, не прочтёшь, время ещё тратить, ага), он и превращался в Солдата; послушно поднимал взгляд и выполнял все действия, если приказы не противоречили друг другу. Мозг — одна микросхема, на которую постоянно воздействуют волнами электричества и чем там ещё помимо. Как не сгорает только, спрашивается? Или те ЧП на их временных точках, после которых приходилось трупы вывозить и сжигать, и есть сбои в программе? Программа не может лагать, если тот, кто эту программу устанавливает, — грамотный специалист, а не обладатель кривого языка, растущего из задницы. На Рамлоу взгляд Актив тоже останавливал, тот всегда был рядом с куратором, но, видимо, после быстрого анализа, убивать командира он не собирался. И, вроде бы, постоянно узнавал.

Рамлоу перевел взгляд с трупов на Актива, который приблизился к своей цели и так и остановился. Надеясь, что с рукой после заряда всё будет в порядке, не в первой, поди, такое происходило, он глянул на Роллинза. Джек коротко кивнул, щелкнул кнопкой набедренной кобуры и протянул командиру свой пистолет. Рамлоу его принял, проверил обойму и, подойдя, протянул Агенту. Другие наёмники всё ещё не желали хоть как-то контактировать с Солдатом, а Брок уже давно убедился, что сразу же ему хребет не переломают, а сначала смерят оценивающим взглядом-сканером, который проявит на микросхеме статус и тактику в соответствии с положенной программой.

— Знали, кого к вам направят? — Он всё ещё не выпускал из головы увиденное устройство и электрический заряд, который ненадолго вывел руку Солдата из строя. Он закинул оружие за спину, отодвинул один стул и сел поближе к хозяину поместья. Остальные из команды начали обходить помещение и осматривать трупы. Маленький напуганный человек напряг плечи, словно готовился дать отпор неприятелю, собрав все свои силы.

— Д-догадывался, что он не миф. Теперь понял, — сокрушенно признался и взглянул на руку Зимнего с плохо скрываемым восхищением. Видимо, один из отпрысков какого-нибудь учёного. На этот счет Рамлоу данных не получал, ведь их миссия не обеспечить этому человеку безопасность и оставить на базу в целости и сохранности. Они должны будут убить его после того как вся информация будет у них на руках.

— Ну, полюбуйтесь напоследок. Когда же такая возможность ещё подвернётся, — командир усмехнулся, развернулся корпусом к компьютеру с «плавающей» заставкой и дёрнул мышкой. Как он ещё не попал под обстрел? На экран сразу же выскочило «окно» с запросом пароля. На тихий смешок со стороны хозяина поместья Рамлоу никак не отреагировал, сразу вставил внешний накопитель размером со спичечный коробок в корпус и поднялся из-за стола. На мониторе «забегали» цветные линии, экран исказило и «окно» с запросом пароля пропало. Началось активное сканирование всей имеющейся на компьютере информации. Такую же процедуру Брок проделал и с остальными двумя целыми компьютерами.

+1

11

Электричество — боль. Два слова, которые стоят для Зимнего Солдата на одной прямой. Перепрограммирование и обнуление всегда сопровождается болью, и если в первом случае боль возникает из-за вживления в память искусственно созданной легенды, то вторая боль — страшнее, потому что после неё Зимний не помнит вообще ничего. Мастерство, правда, всё равно остаётся при нём, но он не помнит ни себя, ни того, что с ним происходило. Форматирование жёсткого диска и установка базовой комплектации по новой. Электричество, наверное, всегда теперь будет ассоциироваться у него с тем, что он сделал что-то не так: неправильное исполнение приказа, ослушание, неожиданное решение руководства – обнуление. Или же не такой болезненный, но ощутимый тычок электрошокера в бок. Не даром конвоиры носят с собой эти приблуды, когда таскают Солдата после очередной разморозки от стазис-капсулы и до установки программирования.

Заметив движение краем глаза, Агент тут же повернул голову, впрочем, увидев, что это Командир, так и остался стоять на месте, никуда не рыпаясь. Взгляд мельком скользнул от лица по телу [степень угрозы — минимальна, внешние повреждения — отсутствуют], пока не остановился на пистолете, который Командир молча протянул вперёд рукоятью. С небольшой задержкой Солдат забрал пистолет из рук, наскоро проверил предохранитель, количество патронов в магазине, и опустил руку вдоль бедра. Пока в помещении не наблюдалось других целей, можно было не находиться в постоянном ожидании схватки.

Зимний Солдат живёт [существует] тем, чтобы драться и убивать.

Бионический протез более или менее самовосстанавливается. Учёные предусмотрели в нём функцию, позволяющему ему самому справляться с мелкими повреждениями, но для устранения чего-то крупнее (скажем, вправлять обратно погнутые пластины или заменять сгоревшие провода и микросхемы) в любом случае понадобилась бы помощь человека, совмещающего навыки учёного и техника в одном лице. Солдат, на самом деле, где-то внутри себя благодарен за то, что протез не чувствителен к боли, иначе каждый раз, когда приходилось бы использовать всю силу, он бы сходил с ума.

Иногда его преследовали фантомные боли, словно бы исходящие от шрама на стыке живой плоти и металла, но никто об этом не знал.

Вдох — медленный выход. Дыхание не конденсировалось на внутренней выстилке маски. Когда Агент наклонился, чтобы выдернуть свой нож из трупа, изрядно отросшие волосы скрыли большую часть обзора по сторонам. Лезвие вышло из плоти с небольшой задержкой из-за зубцов по краю обуха. Солдат, не церемонясь, тщательно вытер нож от крови прямо об одежду убитого, прежде чем выпрямился и убрал оружие в набедренные ножны.

А ваше начальство знает, как с ним управляться?

Агент настороженно посмотрел на хозяина поместья, который хоть и трусил, но всё ещё пытался делать вид, что контролирует ситуацию.  Зимний не воспринимал его слова относительно себя, но что-то внутри подсказало — говорят, возможно, именно о нём. Пока Командир лично разговаривал с эти человеком, Агент отошёл на несколько шагов в сторону, чтобы осмотреться.

Наёмники споро перерывали всё помещение с ног на голову, чуть ли не обои и панели отдирали, чтобы не пропустить даже мелочи. Один из них, кажется, обнаружил небольшой скрытый сейф внутри стены, поэтому Агент подошёл прямо к нему и остановился за спиной, наблюдая. Мужик явно занервничал, когда ощутил на себе такое пристальное внимание, к тому же, у него никак не получалось победить замок. Причём, замок-то даже не электронный, не со сканером отпечатков пальцев, а такой, с двумя поворотными ручками лимба.

Возможно, если бы Солдат отошёл и не отсвечивал, то наёмник быстрее бы вскрыл сейф. А так — шумно, да ещё и чужое присутствие изрядно нервирует. В один момент Агент всё же оказался рядом, негромко произнёс: «Я сам», и наёмник отошёл в сторону, чертыхаясь сквозь зубы. Агент наклонился ближе, разглядывая лимбовые рукоятки. Ничего сверхъестественного: повороты до определённого деления в одну сторону, повороты в другую, и так, пока замок не щёлкнет, не откроется.

Зимний потратил на этот сейф несколько минут только потому, что в помещении действительно шумно, и различить щелчки немного трудновато. Впрочем, обострённый сывороткой слух позволил ему и это, так что через эти пару минут Солдат уже держал в руках тонкую папку, на корешке которой пропечатан гриф секретности.

«Арним Зола. Проект "космический куб"».

Имя и фамилия, выведенные почти каллиграфическим почерком, отозвались неприятной головной болью. Зимний раздражённо сморгнул, больше не смотря на папку в своих руках, но мысли то и дело возвращались к одному и тому же, словно пытаясь нащупать что-то в памяти.

Всё, что он смог вспомнить, это человека в круглых очках, который о чём-то говорил, но о чём — Агент не знал, потому что звука не было, и человек лишь немо открывал рот. Следующее воспоминание: он поднимает руки, и видит, что правая ладонь покрыта ссадинами и порезами, а левая — даже не ладонь, а целиком рука — металлическая, поблёскивающая под светом операционной лампы.

Это определённо не то, что он должен помнить, потому что мозг отзывается точечной болью, уколом орбитокласта под черепную коробку. Зимний Солдат не уверен, что должен сделать с этой папкой, как не уверен и в том, что за воспоминания — сон? видения? — всплыли в сознании.

[nick]Winter Soldier[/nick][lz]я готов отвечать.[/lz]

Отредактировано James Barnes (2019-01-20 20:25:17)

+1

12

У последнего компьютера Рамлоу задержался. Склонившись над клавиатурой, быстро выбивал пальцами скорый ритм, листая информацию, фильтруя её раз за разом по разным ключевым словам-запросам. Не просто так процедура взлома от внешнего носителя затянулась на этом компьютере в отличие от остальных. Предчувствие не подвело — на экране показались файлы с красными печатями-символами. Либо фотографии, либо отсканированные экземпляры, сохранившиеся в хорошем качестве. Командир победно улыбнулся, продолжая что-то выстукивать на клавиатуре, взглядом по-диагонали шаря по мелькающей информации, — быстро появляющаяся и в момент исчезающая. Разработки «Густава» и «Доры», множество схем, на которых было изображены их конструкции и снаряды, которые могут подойти только им. И фото их печального «конца». Затем контрудар, направленный на «ночных ведьм». Опыты над военнопленными. Нескончаемые, казалось бы, раскопки на Ближнем Востоке, в процессе которых таинственно исчезла часть подразделения, ответственная за охрану объекта в пустыне. И вся оккультная поебень, которая творилась в Волчьем логове.

Не просто же так Брок не смотрит в документы, которые добывает, если на то нет веской причины. Взглянув последний раз на монитор, на котором уже стали копироваться гигабайты информации по древней символике (в некоторых Рамлоу заметил что-то скандинавское) командир отошел в сторону, подавляя в себе острое желание сплюнуть в сторону. По его недовольному лицу и так всё можно было прочесть. А при слове «начальство» захотелось и врезать этому человеку промеж глаз. Чтобы до хруста. До крови и воплей. Рамлоу бегло оценил состояние Солдата. Нельзя было с точностью предугадать его следующий шаг. Приходилось полагаться на программу и систему приказов, как бы противно это не было. Приходилось обращаться с ним, как с машиной. Как того требовал протокол. Как было задокументировано на бумагах. За годы совместной работы Рамлоу до сих пор не привык к этому. Не довёл до автоматизма, как это было с чем-то другим. Например, с его собственным отрядом — там всё работает, как часы даже во время его отсутствия; и можно не загоняться с мыслями, что, вдруг, всё полетит в ебеня, Роллинз подстрахует, а ребята не начнут лажать на ровном месте.

Человеческий фактор, мать его, спасает.

Солдат тоже _человек_. Рамлоу до дыр зачитал все данные, которые ему отдал Пирс (те самые, с которыми Зимний перекочевал из советских бункеров в гидровские). Те были больше похожи на инструкцию по эксплуатации (будто бы, блять, Рамлоу холодильник себе купил). Зачитал, потому что требовалось, чтобы не сдохнуть при первом же контакте. Зачитал до того, что трясло его уже меньше. Слухи, окружавшие эту таинственную фигуру, были одни других краше. Но да, отмечал про себя Брок, наблюдавших редкие ранения и поразительную регенерацию Актива, — он, всё-таки, человек. Живой, плоть и кровь.

— Иначе бы нас здесь не было, — хозяин поместья продолжал нервничать. Тёр ладони и заламывал пальцы с характерным хрустом мелких суставов. Его взгляд перемещался от руки Актива к Броку, который смотрел на него так, будто бы давно уже расстрелял на месте.

— Протез, — пискнул он, прокашлялся, покряхтел и потёр шею. — Поразительные технологии. Я читал о чем-то подобном, но уже давно бросил все затеи. Не захотел идти по тому же пути.

О, да, Брок знал, о чём он тут говорит. Сам ступил на этот путь добровольно, пусть и шагает параллельно и всего лишь одной ногой. Как инвалид, чтоб его. Но это не помешало ему добиться расположения и доверия. Хотя навряд ли в ГИДРе друг другу доверяют в той мере, в которой следовало бы. Наёмники же в первую очередь работают на себя самих, а уже потом — на своего нанимателя. Да, у солдат удачи тоже был свой кодекс. В какой-то степени абсурдный, но у каждого свой. Или, хотя бы, какие-то принципы, по которым голову в пасть льва совать не станет, и трижды будет думать, чтобы потом на граблях танцевать не пришлось.

Солдат справился с сейфом достаточно быстро, умело, как был обязан. Джонни в стороне, оттиснутый им же, заинтересованно следил за всех работой. Как будто пытался высмотреть что-то сверх того, что обязан был сделать сам, если бы не слабая выдержка. Надо перестать брать с собой молодняк с мыслью, что «в бою» они быстрее всему научатся. Пока нет, но Брок не хотел бы по окончанию трупы своих считать. Осточертело. Солдат достал из сейфа одну единственную тонкую папку, потёртую по краям. В таких раньше хранились личные дела до того, как в мир вошли технологии. Рамлоу вытащил из нагрудного кармана вчетверо сложенную папку, которую использовали для безопасного хранения любых важных документов. Опять же, разработки. Белые халаты и техники клялись, что огонь никак не повредит, воду не пропускает, обеспечивает полный вакуум после нехитрых манипуляций с замком. Вот и проверят сейчас. Интуиция подсказывала Броку, что жарко ещё тут будет. Остальные тоже так считали, не расслаблялись ни на секунду и оружия держали наготове.

Громыхнуло где-то снизу.

На третьем этаже даже ощутимо тряхнуло. Рамлоу напрягся, прислушиваясь.

«Какого?...»

Громыхнуло ещё раз, уже сильнее.

— Боб, что у вас там? — Рамлоу резко повышает голос, осматривает своих ребят, смотрит на замершего Агента и, поймав взгляд последнего, кидает ему свернутую в несколько раз папку-модифицированный-контейнер. Очень надеялся, при этом, что замешательство Агента ему просто показалось или это временное после ЭМИ.

— Командир!... взр..ч..ка...

Связь оборвалась.

— Сэр, взрывы в бункере, рядом с шахтой лифта!

— А то я не понял этого с первого раза, — Рамлоу понадеялся, что ребята, занятые сейфами в бункере, смогли выкрутиться и спастись. Хотя путь у них был один — наверх. Если взрывы заденут шахту, то им тут всем придёт скорый пиздец. Сложится это поместье как карточный домик. И если будут разгребать — найдут лишь размазанные по бетонным перекрытиям и дорогой отделке кровавые ошмётки. Командир быстро просмотрел мониторы, информация почти была у них в руках — 96%. Роллинз с двумя людьми вышел в коридор.

— Я знал, что они когда-нибудь доберутся до меня. Это был просто вопрос времени, — Брок вытащил свой пистолет из кобуры и направил на хозяина поместья. Тот выглядел уже расслабленным, словно смирился с положением дел. Сидел, опустив голову и сцепив пальцы у себя на коленях. Его ничего не интересовало. Ни взрывы в бункере, которые он сам и спланировал видимо, ни пистолет, направленный в его сторону, ни его скорая смерть. Брок тянул только потому, что неизвестен был статус его команды на нижних этажах. — Я знал, на что иду.

+2

13

Весь особняк ощутимо вздрогнул, когда с небольшим промежутком времени громыхнули сразу два взрыва откуда-то с нижних ярусов. Люди переглядывались между собой; ни для кого подобный исход сюрпризом не стал, но вот неприятным "подарочком" — вполне. Солдат всё ещё держал папку в руках, когда Командир перебросил ему контейнер для сохранения. Упаковав документы в надёжную защиту (насколько надёжную — проверится на практике), Агент, не тратя времени на получение полной информации о происшествии, отдал папку прямо в руки Джонни, а сам направился к выходу из кабинета следом за Роллинзом.

Всё и так ясно: если заминированы все несущие конструкции, то скоро тут не останется ни одной целой стены. Здание просто сложится вовнутрь из-за достаточно большой пустоты в виде подвала под ним.

На секунду Агент всё же обернулся, чтобы глянуть на Командира, приставившего пистолет практически вплотную ко лбу хозяина поместья. Взгляд у последнего такой смирившийся с собственной смертью, что становится понятно: вероятно, попытку обрушить здание на головы всем находящимся затеял он сам. Его жизнь ничего не стоит, и он сам это прекрасно понимает, поэтому, возможно, нашёл цену в несколько чужих жизней приемлемой по отношению к своей собственной и той информации, которую только что забрали с серверов и из хранилищ.

Агент помнил схему поместья, поэтому выбрать кратчайший маршрут в сторону шахты лифта — дело нескольких секунд. Так гораздо опаснее даже без учёта повреждений от взрывов, но воспользоваться лестницей — значит, чертовски замедлиться. Это не являлось одной из фаз миссии, и, возможно, Солдат действовал далеко не по программе, вот только в голове вместе с первым взрывом что-то щёлкнуло оружейным предохранителем.

В конце концов, по сравнению с другими людьми в особняке его можно назвать достаточно живучим, чтобы хотя бы попытаться сунуться в узкое пространство при угрозе быть разрубленным осколками толстого стекла.

Кто вообще придумал стеклянные лифты.

Он старался думать об этом, как о целях. Стандартных целях, которые ему ставят в задачу. Первая цель — проверить, все ли люди убрались на приличное расстояние. вторая цель — все ли документы успели извлечь и забрать. Вряд ли хэндлер Пирс разозлится, если пару бумажек пропустят и он об этом не узнает. но ему точно не понравится, если материала окажется меньше, чем он ожидал. И тогда привычная схема: хэндлер наказывает куратора, куратор наказывает Агента. Круговорот порядка через боль.

Фактически он имел право действовать как посчитает необходимым в рамках заданной миссии, если не получит прямого приказа от любого, кто может отдавать подобного уровня распоряжения. Даже если тот же Роллинз прямо сейчас возникнул бы с категорическим отказом, Зимний и ухом бы не повел в его сторону. Единственный человек, перед которым Зимний бы отступил за неимением вариантов, сейчас разбирался с хозяином поместья.

Пересечь коридор, приблизиться к шахте, прикинуть время до блокировки.

Поместье ещё раз ощутимо тряхнуло, и это могло означать только одно: опоры проседали, людям стоило бы как можно быстрее покинуть территорию, чтобы не оказаться погребёнными под обломками. Когда вся масса здания обрушится на бункер, мало что останется в целости и сохранности даже за толстенными стенами подземного укрепления.

Зимний приблизился к лифту и затормозил, чтобы прикинуть, как правильнее всего поступить.

Самый быстрый и самый опасный вариант: попросту вскрыть двери в шахту, проверить, на каком этаже стоит лифт (если он ещё цел, разумеется), спуститься на по тросам до первого этажа, а там добраться до бункера. Осложняется тем, что придётся потратить время на попытку вскрыть двери (что проще при наличии бионики), к тому же лифт или тросы могут быть сильно повреждены.

И чем дольше он стоял и решался, тем быстрее могли распространяться повреждения.

Солдат примерился и подцепил пальцами одну из сдвигающихся створок, намереваясь их раздвинуть и хотя бы заглянуть внутрь. Слева раздавались негромкие металлические щелчки сдвигающихся пластин, которые перераспределяли нагрузку по всему протезу.

Эти щелчки преследовали его с середины восьмидесятых, даже если на самом деле их не было. Он просто слышал их в своей голове.

[nick]Winter Soldier[/nick][lz]я готов отвечать.[/lz]

+1

14

Нечего стоять и ждать, когда стены сомкнуть над головой.

— Лестницы свободны, но это ненадолго, — снова Джек, вернувшийся из коридора после беглого осмотра, длившегося какие-то жалкие минуты. — Надо убираться отсюда, пока не стало поздно.

Джонни, всё ещё пребывающий в состоянии легкого шока от того, что Солдат лично впихнул ему в руки папку на хранение, вдруг отмер и заложил свернутый документ за пазуху. Любопытно, а защищает ли этот вакуум-контейнер от прямых выстрелов?

Рамлоу видел краем глаза, что Актив двинулся на выход, но с какой целью — предположить не мог. Навряд ли, конечно, чтобы вытащить тех, кто находился в бункере. Всякое задание, на которое отправлялись наемники Рамлоу, он сам и Агент, предполагало, что если не вернётся с задания живым Солдат, то не вернётся никто. Понятным человеческим языком: если был убит Актив, лучше сами пустите пулю себе под язык, там будет проще для всех, а в первую очередь, — для тебя самого. Предельно ясно и дополнительных вопросов не возникает. Неважно, в каком количестве умирают, как и по какой причине. ГИДРА в состоянии завербовать ещё больше людей, лучше предыдущих по всем параметрам. Тем более, если ты наёмник, ты должен держать в голове одно чёткое правило, которое станет одним из девизов в твоей жизни, — если ты провалился, значит, умер.

Именно поэтому у Рамлоу не было промахов. И чёрта с два он ляжет здесь под грудами обломком и тоннами бетонных плит. Солдату можно было запрограммировать базовый инстинкт живого существа как основной, на руку сыграют все его сверхпараметры. Обычный человек всегда думает в первую очередь о своей безопасности, а шансы всё так же неравны.

— Отрубишь одну голову, да? — С усмешкой задал вопрос Брок, и человек напротив поднял голову, смотря трезвым осознанным взглядом человека, который ничего не боится или только делает вид, что не боится. Забавно, что при всём раскладе, Пирс отдал приказ убить его. Неужели рассчитывает на «поднятие» ещё двух голов где-то с другой стороны? Избавившись от балласта, можно будет дальше шагать вперед без помех и промедления. Раз нет возможности воспользоваться этой «головой», нет возможности приобщить к важному делу, не реализовать её активную деятельность... ну да, пулю в лоб и дело с концом.

— Хайль ГИДРА, — Рамлоу выполнил задание, медленно нажав на курок. Паразита из головы не вывести, этот человек просто не выдержал такой формы сосуществования, не смирился и не принял. Конечно, проще быть трупом в собственном доме, который скоро тоже станет лишь горой бесполезного мусора. Мёртвых не судят, только не по репутации его родственников. Необъективно. Но трупам всё равно.

— Мы здесь закончили. На выход. Все! — А сам повыдирал из компьютеров носители, убрал пистолет в кобуру и ещё раз осмотрел помещение. Очередная волна вибрации прошлась по фундаменту, отдаваясь вверх по стенам. Пока дом не начал оседать, нужно было быстро валить отсюда и плевать на ту информацию, которая находилась в бункере рядом с этим... взрывным «сюрпризом». Командир вышел в коридор. Его люди уже стали спускаться осторожно на первый этаж, но делали это быстро. Однако откуда-то снизу послышались вскрики. Женские. Судьбу гражданских в мыслях он не держал, если они не становились в одну плоскость с целью. Тут — пришлось. Джек с лестничного пролёта вскинул взгляд на командира. Он всегда мог понять Рамлоу и без слов, лишь по внимательному прищуру глаз и кивком головы в сторону. Такой уровень коммуникации вырабатывается годами, десятилетиями, под грохотом автоматной очереди и крови на своих руках. Роллинз пропал внизу с тремя людьми.

Две минуты на спасение гражданских, которые ранее согнали стадом в одно помещение, при условии, что очередной взрыв снизу не подкосит фундамент основательно, что домик этот на деле сложится вовнутрь.

— Командир, — к нему обратился низкий человек, держащий в руке обезвреженное взрывное устройство, предположительно, снятое либо со стены либо с тела мёртвого наемника в горчичной форме. Пол — основной специалист по взрывчатке среди людей Рамлоу. — Я проверил бункер, взрывчатки не было. Скорее всего, она была в сейфах и активировалась после того, как наши начали подбор кодов или срез. Или в главных узлах проводки.

— Спускаться на первый этаж, одновременно запустить сканер. Проверим, все ли окна в этом поместье такие же, как и в кабинете хозяина. Агент, — когда все заработали активно ногами и стали спускаться бегом, пока ещё один взрыв не заставит прижаться к стене и ловить своё шаткое сейчас равновесие, Рамлоу направился к Солдату, доставая из кармана внешние носители с добытой информацией, в которой так нуждался Пирс. — Доставить в бункер. Основная задача. Как понял?

Впихнул в металлическую руку носители и стал дожидаться обычного характерного ответа.

Снова взрыв, на этот раз достаточно ощутимый. Брок пошатнулся. Из шахты лифта, створки которого Зимний смог открыть, понесло жаром и плавящимся пластиком.

Отредактировано Brock Rumlow (2019-01-22 18:21:19)

+1

15

Солдат успел открыть створки шахты. Даже мельком заглянул внутрь, оценить масштабы повреждений. Пластины на протезе вернулись на свои места, как и должно быть без лишней физической нагрузки. Такой вариант предполагался, но был одним из самых нежелательных: тросы всё-таки лопнули, может даже не с первого, так со второго взрыва, и стеклянная кабина теперь покоилась где-то внизу грудой живописных осколков переломанного стекла. Если бы кто-то загремел в шахту даже чисто случайно, не повезло бы. Конкретно так не повезло. Любое лишнее движение на открытом пространстве — мясокостный фарш по конечному и печальному итогу.

Стоило бы закрыть шахту на всякий случай, однако, это лишние действия. Смысла — никакого, при учёте, что никто сюда больше не сунется, а как только здание сложится, то никому уже и дела никакого не будет. Потом снесут подчистую, зальют подвал бетоном, а сверху разобьют какой-нибудь парк или же построят торговый центр. Люди вообще не любят, когда куски дармовой земли пустуют, а покосившийся и обвалившийся остов поместья кому-нибудь, да намозолит глаза.

Шаги позади себя Агент услышал раньше, чем принял решение воспользоваться лопнувшими тросами. Обернулся как раз вовремя, чтобы обратить внимание сначала на спешно спускавшихся наёмников [держались опор, правильно, чтоб ничего раньше времени к чертям не обвалилось], а затем и на приближающегося Командира. Командир практически безапелляционно пихнул Агенту прямо в руки электронные носители, и тот, забрав носители, коротко кивнул.

Понял. Принято к исполнению.

От ощутимого взрыва здание застонало и задрожало. Из открытой шахты пахнуло едким дымом плавящегося пластика, откуда-то снизу дохнуло жаром. Если там и правда начинал разгораться пожар, то скоро осколки стекла расплавятся, а потом застынут причудливым куполом над тем, по чему жидкое стекло успеет растечься под воздействием высокой температуры.

Хрустальный гроб для какой-то части планов ГИДРы полувековой давности.

Зимний рефлекторно развернулся левым боком к шахте — бионика не чувствительна к температуре, её сложно повредить даже выстрелом, но никто не проверял, есть ли шанс расплавить вместе с Солдатом, — а второй, живой, рукой отодвинул пошатнувшегося Командира подальше от шахты.

Я знаю, чьи это документы, — добавил он негромко, и слова прозвучали глухо не только из-за этого, но и из-за закрывающей лицо плотной маски.

Ещё один короткий щелчок в голове: лишняя информация. Какая разница, кому принадлежали эти документы. Задание состояло в том, чтобы просто их добыт и доставить хэндлеру. Но Агент знал, кому принадлежали эти документы, по крайней мере догадывался, если расплывчатые воспоминания, возникшие в памяти, не последствие одного из перепрограммирований или же не специально внедрённая кем-то информация. Так иногда бывало: некоторую часть информации, ту же легенду для прикрытия, надёжности ради вживляли сразу с программой, и никто, кроме Агента, уже не мог узнать, в чём состоит задача. Удобно, но связано с некоторыми рисками.

Почему попытки думать о человеке, имя которого мелькнуло на папке, вызывали головную боль и желание разбить кулаком ближайшую стену в бетонное крошево? Не стоило вредить стенам, вряд ли они тут продержатся ещё достаточно долго.

Агенту пришлось подчиниться и отойти ближе к лестнице, не выпуска Командира из поля зрения. Так проще. Остальные, кто ещё находились на третьем этаже [вернее, те, кто находился на третьем этаже и мог передвигаться на своих двоих, а, значит, трупы и вырубленная часть охраны и тех других наёмников не считалась], убрались по лестнице вниз практически в полном составе, так что стоило последовать за ними.

Или же воспользоваться выходом, который до этого использовал как вход.

В конце концов, как выяснилось ранее, не все окна в поместье — бронированные. К тому же, когда само здание ходит ходуном, и давление на стёкла постоянно меняется, в какой-то момент они должны не выдержать и попросту треснуть. А уж помочь им вылететь — дело ещё проще. Для этого хватит нескольких ударов бионическим кулаком, ударов таких, чтобы предупреждающий треск достигал стыка живой плоти и металла.

Потом всё ещё проще: выбраться на примыкающий балкон и спуститься вниз. Может быть даже найти оставленную внизу винтовку.

[nick]Winter Soldier[/nick][lz]я готов отвечать.[/lz]

+1

16

В критические моменты мозг всегда начинает работать, как тридцать три суперкомпьютера. Обстоятельства, при которых твоя жизнь находилась под угрозой, считалась критическими, даже если это был бы приказ. Рамлоу настолько привык к постоянному напряжению, к обстановке строгой секретности и опасности за каждым новым поворотом, что сейчас сам не слишком-то торопится выбраться из постепенно оседающего строения. Ему нужно подтверждения. Только и всего.
Солдат немного отгораживает его от стеклянного лифта и такой же стеклянной шахты. Прозрачный материал не покрывается испариной из-за жара снизу, не начинает плавиться. Но это только вопрос времени, пока температура не поднялась до такой отметки, что даже этот материал станет похожим на мороженое в жаркий летний день.

Сорок минут до прибытия грузовиков. Часы предупреждающе пищат и мигают красным.

Водители не полезут осматривать руины особняка и всё прочее, что от них останется. Если останется, на самом деле. Если в указанное время отряд не соберётся в нужной точке, не погрузится и не подтвердит свой статус, то они развернуться и дадут по газу. Убраться с этого места и, может быть, даже из страны. Каждый трясётся за свой зад по-своему. Рамлоу посчитал, что сорока минут должно хватить им всем, чтобы покинуть здание, провести отчетность по состоянию и покурить ещё. Да, курить хотелось пиздец как. Но из-за учащённых небольших взрывов (которые всё равно приносили ощутимый урон), из-за возникшего пожара на нижних уровнях и жара с дымом, которые доберутся до первого эта уже скоро... у них около десяти минут, чтобы ступить за порог и остаться, при этом, в живых. Солдат уберётся отсюда _первым_. Он должен доставить основную часть информации, за которой они сюда пришли. Пирс не станет задавать лишних вопросов. Он доверяет профессионализму Рамлоу, хотя сам Брок советовал ему этого не делать. Нельзя доверять наёмникам. Пистолет один раз из восьми может дать осечку. «Не вам я доверяю, Рамлоу, а результату, который показываете вы и ваши люди». Ну, хотя бы в этом он не лгал — деньги приличными суммами продолжали приходить на их счета. А Солдату достаётся похвала и даже благодарность. Выглядело со стороны это странно, но Актив, как любой другой военный (даже не запрограммированный) был, похоже, этим удовлетворён.

— Я знаю, чьи это документы, — в первую очередь Брок улавливает интонацию, а потом уже додумывает до смысла сказанных слов. Разговаривать было некогда и не место в общем-то. Командир взглянул на Солдата, коротко кивнул, мол, «принял к сведению, потом договорим» и быстро стал спускаться на первый этаж. Теперь Солдат мог быть свободен, далее они разберутся сами, если сейчас не прогремит ещё серия взрывов и их не накроет крышей верху. Не хотелось бы.

Пролёт, через пролёт. Сверху уже начала сыпаться штукатурка. Вдалеке были слышны переговоры остальных ребят. Всё это в очередной раз напоминало Рамлоу фильм, в котором он никогда не снимется. Один из боевиков прошлого столетия. Какое место вам по нраву теперь? Алжир? Судан? Ирак? Может быть, спасение военнопленных, про которых «забыли» высшие чины? Или террористическая акция в аэропорте Далласа? Жертвы среди гражданских в южном регионе? Золотой песок преследует повсюду, а запах пороха и дыма уже в кожу въелся. Его ПТСР — запущенный случай, и намного проще жить с ним, а не лечить и ходить к мозгоправу. Лишь опыт, мобильность и быстрая адаптация не даётся нажать на курок, когда к нему подходят со спины. Система определяет человека напротив, как «своего», и это не даёт Рамлоу всадить нож ему в горло. Никому это не видно, не заметно, мало кто догадывается о пустынях, голоде, постоянной нехватке воды и разлагающихся под беспощадным солнцем трупах. А если кто и допускает мысль, то молчит. Все эти «прелести» — их общее. Общий шкаф, в который каждый отдал что-то от себя.

— Командир, из бункера всем удалось выбраться. Без потерь, разве что Боба немного контузило, гражданских удалось вывести через чёрный ход. Информация частично собрана, — Рамлоу перемахнул через последний лестничный пролёт, оказываясь в «хвосте» группы. В конце коридора, где он соединяется с просторной прихожей (стены которой уже пошли трещинами), можно было заметить, как люди в черной форме без опознавательных знаков быстрым темпом, как положено, покидают поместье. Боба несли под руки двое в черных масках-фильтрах. Первый этаж начало затягивать плотным дымом, который валил не только со стороны лестницы, ведущей в бункер, но и из шахты лифта, прямо через щели между створок. Командир снова натянул на лицо свою маску с фильтрами, не желая испытывать удачу на сегодня ещё раз. С неё достаточно. И так балует своих любимчиков больше положенного.

— Агент, подтверждение статуса, как только покинешь здание, — наушник всё ещё потрескивал, настраиваясь.

Пол под ногами затрясся в прямом смысле этого слова. Рамлоу начало качать из стороны в сторону. Зацепившись за косяк и привалившись к стене плечом, он заметил, что дыма в помещении прибавилось, а под ноги что-то рухнуло. Нет, громыхнуло. Присмотрелся — это уже начал обваливаться потолок. А наверху висели остатки декоративного оформления: панели из дорогого дерева, остатки антикварных светильников и что-то ещё, вроде, потолочная лепка. Брок перемахнул через эту кучу в удачный момент — сверху добавочно свалилось ещё что-то, что конкретно — проверять не стал, не так уж и важно, чем тебя может расплющить.

Это крыло поместья уже начало стремительно оседать, а пол пошел широкими беспорядочными трещинами.

+1

17

Первый удар стекло выдержало стоически. Бионика встретилась с прозрачной поверхностью так, что Зимнему показалось, будто бы он реально услышал тонкий звон, который неспособно перекрыть даже потрескивание разваливающегося на куски здания. От самого фундамента и до крыши поместье медленно, но верно покрывалось трещинами, а кое-где слабые конструкции и вовсе обваливались от ли от некачественной работы строителей, то ли под тяжестью всяких украшений для интерьера. По крайне мере стоило радоваться хотя бы тому, что [бывший] хозяин поместья отдавал предпочтение натуральным материалам, и пластика здесь было по минимуму. С учётом начинавшегося пожара — расплавленный пластик, капающий с потолка, только добавил бы трудностей. А дерево просто сгорит, распространяя едкую вонь лакировки.

В наушнике послышалось лёгкое потрескивание настраивавшейся связи, а затем последовал лаконичный и предельно понятный приказ. Агент в этот раз не замедлил с ответом:

Принял.

Под вторым ударом стекло треснуло и с хрустом рассыпалось, осколки посыпались на газон под стеной. Пришлось ещё дополнительно расшатывать и выбивать острые зубцы, оставшиеся в оконной раме, потому что зацепиться за них штанами очень не хотелось. Солдат в последний раз обернулся и оглядел коридор внимательным взглядом, однако, ничего важного или существенного не заметил, поэтому перемахнул через подоконник и ступил на ограждение балкона, чтобы перебраться по нему до лестницы, а потом спуститься вниз, на тот самый газон, усыпанный осколками стекла.

У него даже есть немного времени, чтобы найти свою винтовку. Плох тот снайпер, который бросает собственное оружие. Для этого ему пришлось обойти часть поместья по периметру, при этом посматривая наверх, чтобы не оказаться под обваливающейся крышей. Заодно пара секунд на то, чтобы отчитаться командиру:

Вышел на периметр, двигаюсь в сторону главного входа.

На этих словах Агент как раз заметил Barrett M82A1M, прислонённую к стене. Он привычно подхватил её свободной рукой, осмотрел на наличие внешних повреждений, но, похоже, её никто не видел и не тронул. Только после этого Солдат действительно направился в сторону главного входа, потому что там уже по плану должны были вручную отключить ворота и выпустить всех с территории. Ну и заодно так было проще пересечься с основной группой, потому что забирать Актива отдельно начальство сверху по каким-то своим причинам приказа не отдавало.

Не то чтобы его это волнует. Какая разница, как возвращаться на базу, всё равно его будет ждать приблизительно знакомая схема: отчёт о миссии, возможно, похвала на словах, а затем криокамера. Или, может быть, обнуление перед криокамерой. Кто знает, какие у начальства дальнейшие планы на находящееся в их распоряжении живое оружие. Оружие не должно задаваться вопросами, оно всего лишь должно исправно работать.

Вероятно, повреждения поместья ещё не настолько серьёзны, чтобы перебило электропитание. Или же здесь находились внешние генераторы, раз и в самом здании продолжал работать свет, и электронный запор на воротах всё ещё не был отключён. Это не находилось в юрисдикции Солдата, а наёмники наверняка знали свою работу достаточно хорошо, чтобы даже без прямого приказа направиться на пульт охраны и отключить всю мешающуюся электронику раз и навсегда. Никому она тут уже всё равно не понадобится.

Агент подошёл ближе ко входу в здание и поднял голову, чтобы осмотреть его целиком. Кое-где на крыше всё ещё виднелись обезличенные нелицеприятные трупы, которые точно также вскоре окажутся похороненными под крошевом бетона, как и всё остальное, оставшееся внутри поместья. Одно крыло уже значительно перекошено и продолжает обваливаться, второе ещё держится, но впечатления о том, что продержится оно много дольше, не складывалось.

В параметрах миссии не оговаривалось, насколько сильными могут быть допустимые повреждения. Зимний более чем уверен, что взрывы не остались незамеченными, а потому, самое большее, через полчаса здесь будет и полиция, и бог весть кто ещё. Стоило убраться до того, как кто-нибудь заинтересуется произошедшим.

Агент не спешил покидать территорию поместья, пока не увидел Командира. Уже после этого можно будет позволить себе оказаться в транспортном средстве (возможно при этом наблюдая, как нормальные люди стараются держаться подальше, но делают вид, что всё это происходит совершенно случайно), на секунду прикрыть глаза, формируя в голове предварительный отчёт по миссии. И выдохнуть неслышно.

[nick]Winter Soldier[/nick][lz]я готов отвечать.[/lz]

+1

18

Эта пауза слишком затянулась. Но наёмникам удалось использовать время с пользой. Больше их тут ничего не держало. Что могли, они вытрясли из хозяйских архивов. Остальное будет уничтожено без возможности возврата и восстановления. Разруха, пожар. Всё это сделает своё дело в случае, если любопытным непосвященным захочется поиграть в современных археологов и охотниками за сокровищами. Есть такие тайны, которые никогда не должны быть раскрыты. И Рамлоу был готов уничтожить всю ту информацию, которая была у них в руках, однако, первое — у него не получится противостоять Солдату долго, а второе, если, всё-таки, каким-то мистическим образом ему удастся сбежать, — Пирс позаботится о том, чтобы Командир нашёл свой покой на дне ямы глубиной три метра, в ящике. Живым.

Так себе развлечение.

Трясло уже слишком. Командир бежал по коридору, чувствуя, как адреналин отбивает в голове знакомый такт, не сбивая дыхания, не тормозя, лишь ускоряясь и огибая или перепрыгивая трещины, появляющиеся под ногами, словно какие-то ловушки. Запнись, упади — и тебе однозначно конец. Тормозить было нельзя даже на долю секунды — фатально. Нельзя было оглядываться. Грохот повсюду оглушал. Едкий дым просачивался через маску — фильтры не успевали выполнять свою функцию в полной мере из-за объемов отравляющих веществ в воздухе вокруг. Рамлоу понял это, когда в носу защекотало, а в горле пересохло перед скорым приступом кашля. Глаза заслезились. Тем не менее, он продолжал бежать. Впереди стоящие Джек со своим отрядом уже пропали где-то за плотной стеной дыма. А по сторонам продолжало обваливаться здание. И когда Рамлоу будет похоронен тут заживо — лишь скромный вопрос времени, ну, и ловкости — то, как быстро он может ногами двигать и маневрировать.

Снова перемахнул через обвалившийся сверху шмат потолка. Под ногами что-то хрустнуло, он как раз ступил на перекрытие, под которым был расплющен один из трупов, которые они тут оставили после обезвреживания охраны и взрывчатки, что находилась у них. И что там хрустнуло: череп или конечность какая, любопытно, конечно, не столь важно сейчас. Важно увернуться от бетона и отделки сверху.

Получилось.

Он столкнулся со своими людьми на входе, выпихивая их с террасы, за декоративный фонтан. Дальше-дальше. Назад смотреть было... нет, не страшно. Просто это не то, чем Брок предпочёл бы любоваться. Электропитание вышло из строя вот только что, похоже, был повреждён основной узел, который находился на первом этаже, в противном бы случае это произошло намного раньше. Ребята не стали даже фонарики включать, бежали со всех ног в рассыпную, а за их спинами поднимался столб пламени, дыма и запаха смерти.

Впрочем, всё, как и всегда. Привычно, обычно, по-родному.

С его лица маску сдернул Джек, похлопал по щекам, что-то спрашивал. Слышно нечетно, приглушённо, как через слой ваты, которую кто-то затолкал Рамлоу в оба уха. Командир потряс головой, сплюнул горькую слюну черного цвета и прокашлялся.

Остальные смотрели туда, где ещё час назад возвышался неплохой такой особняк. Сейчас же — одно название и то даже нет, скорее всего. Груда бетона и дорогой отделки, прогретая на «отлично» несколькими сериями взрывов по нарастающей.

Рамлоу выпрямился, осмотрел собравшихся. Все были на месте. Если не считать контуженого Боба, то всё прошло гладко. И этот взрыв... ну, хозяин был сам волен выбирать, как он хочет умереть. И кого с собой захватить при этом, кстати. Рассчитал, хитрец. Или просто кто-то подсказал. Всё равно уже. С мёртвых спроса нет, а с живыми можно вести, всё-таки, беседу. Не всегда, но зачастую.

— Прибытие медпомощи, спасателей и полиции — двенадцать минут, — Рамлоу даже не хотел узнавать, как Роллинз это вычислил. Сплюнув в сторону ещё раз, подумал нервно: «Покурить не получится». И передохнуть тоже.

Грузовики подъехали к назначенному месту через две с небольшим минут. Пока все активно рассаживались на свои места, а Лилз вытирала кровь у ушей Боба спиртовыми салфетками (она их постоянно носит с собой, видимо, и не в ограниченном количестве), Командир осмотрел Солдата, которого, вроде бы, ничего не коснулось. Каков был, придя на задание, такой и покидает его. Забросили его сюда в первую очередь, Брок не знал, каким способом. Вертолёт то был или джет, может быть, сам на мотоцикле доехал. Обратно возвращаются вместе. Им обоим ещё Пирсу на глаза показываться. Этот человек сидит в бункере и ждёт отчёта. Внешние носители, битком забитые секретными материалами, папка, которую Джонни отдал нехотя, и средних размеров кипа бумаг с флешкой сверху, которую командиру вручила Лилз с постным лицом, а потом вернулась к «обработке» Боба.

— Загружайся, Агент, пора возвращаться, пока не приехали незваные гости, — кивнул на грузовик с двумя пустующими местами и первый залез, откидываясь на спинку сидения. Документы он передал Роллинзу, чтобы тот распаковал по дополнительным папкам-контейнерам.

Отредактировано Brock Rumlow (2019-01-26 10:16:10)

+2

19

Никаких дальнейших эксцессов. Поместье обваливалось ко всем чертям, а Солдат думал о шахте лифта со стеклянными стенками. Поместье продолжало обваливаться ко всем чертям, а Солдат всё ещё думал о том, как стекло трескается, разваливается, рассыпается грудой острых обломков и со скоростью свободного падения обрушивается вниз. Если осколки успевают набрать достаточную скорость, они способны пройти сквозь цельный арбуз, как канцелярский нож сквозь лист качественной бумаги для печати. Это значит, что с высоты приблизительно третьего или четвёртого этажа осколок стекла пробьёт незащищенную макушку, воткнётся в человеческий череп и послужит случайным фактором смерти, который никто бы не смог предугадать, если бы вовремя не посмотрел наверх.

Стоило остановить поток мыслей на том, что в шахте в момент обрушения никого значимого не находилось. Значимого в той степени, чтобы Зимний Солдат посчитал свою миссию провалившейся. Результаты, разумеется, ниже, чем могли бы быть, но сработано чисто. У командования сверху не должно быть поводов для недовольства.

Поводы для недовольства найдутся всегда, даже попытаться придраться к идеалу.

Агент вполне спокойно выдержал осмотр со стороны Командира. Лишь следил за ним внимательным, молчаливым взглядом, который можно было бы посчитать скептичным, не будь на нём маски, скрывающей половину лица и, соответственно, большую часть спектра эмоций, на которые Агент ещё был способен. Он лишь чуть крепче сжал пальцами винтовку, и, по счастью, не повредил её, потому что преднамеренно перехватил живой рукой, не бионической.

У них есть около десяти минут, чтобы убраться подобру-поздорову. На относительно сухих подъездных путях не должны остаться слишком явные следы протекторов, значит, отследить транспортные средства будет сложнее. В этом Агент лично убедился, когда приблизился к грузовикам и обошёл их по кругу, почти рефлекторно перебирая в уме возможности наследить на прилегающей территории. Нет, в этом повезло: ни луж, на размокшей почвы или песка. Сухой асфальтированный съезд, след от протекторов на котором отчётливо не отпечатается.

Агент останавливается, коротко кивает Командиру и, прежде чем сесть на свободное место в грузовике, убирает винтовку к остальному оружию, чтобы банально не мешалась. Только после этого он садится на единственное оставшееся свободным место, опускает взгляд и попросту ненавязчиво следит за собственным окружением. Не ради того, чтобы что-то выведать, а в силу рефлекса, обязывающего находиться в состоянии перманентной готовности подорваться с места и пересчитать зубы любому подозрительному типу.

При этом пистолет, который ему отдали на третьем этаже особняка, он всё ещё держит при себе и не спешит возвращать.

Его ни о чём не спрашивали, и он не собирается ни о чём спрашивать. Дальнейшее просто до безобразия: отчёт о миссии, смена дислокации или же стазис на очередное неопределённое время. Всё по накатанной, и хэндлер явно не будет уступать привычному порядку вещей, который позволяет удерживать Актива в стабильном состоянии без большого вреда для других людей, причастных к проекту «Зимний Солдат».

Грузовик слегка подбрасывало на неровностях, когда транспорт свернул на дорогу до бункера, служащего нынешней временной базой. Агент никогда не замечал смены баз, потому что по большей части во время «переездов» пребывал в заморозке под толстенным стеклом стазис-капсулы, оберегающим его от любых даже случайных повреждений, а сломать саму капсулу способно было разве что очень мощное направленное давление. Заморозка — одно место. Разморозка — место совершенно иное, а иногда даже другая страна.

Когда Агент вылез из грузовика, к нему тут же приблизились пара гидровских солдат.

Сдать оружие, —потребовал один из них, не растягивая время и не церемонясь. Работа у него такая. К тому же, кто в здравом уме доверит Агенту оружие в пределах базы.

Зимний молча вытащил винтовку и отдал её в руки второму солдату.

Остальная экипировка? — нетерпеливо поинтересовался первый. — У нас есть список того, что тебе выдавали.

Агент опустил руку, выхватил боевой нож из набедренной портупеи и провернул в пальцах, перехватывая обратным хватом. Затем легко подкинул, переместил основную тяжесть ножа на ладонь, а гарду — на кончики пальцев, и передал солдатам рукоятью вперёд.

Где пистолет?

Агент перевёл ничего не выражающий взгляд.

Остался на месте выполнения последнего задания. Поиску не подлежит.

По движению в его сторону у него сложилось ощущение, словно бы его вот-вот начнут обыскивать. Он подобрался весь, отступил на шаг назад, твёрдо смотря в глаза попеременно каждому из солдат.

Один из них не выдержал и сплюнул в сторону.

Чёрт с тобой, пусть кураторы сами разбираются. У тебя есть десять минут.

В конце концов никто не приказал ему сдать появившееся в ходе выполнения миссии оружие. Агент отошёл ещё на шаг назад, посмотрел на Командира и неопределённо повёл плечом. Помнил, что тут выразил короткое желание переговорить, как только выпадет возможность. На всё про всё, вроде как, есть десять минут, а потом говорить уже будут куратор и хэндлер.

[nick]Winter Soldier[/nick][lz]я готов отвечать.[/lz]

+1

20

Закурить ему посчастливилось только на подземной парковке, когда водитель гордо оповестил с переднего сидения «прибыли», Рамлоу сразу же выудил из кармана форменных брюк смятую пачку «лаки страйк», вытащил одну сигарету и чиркнул потертой зиппо. Затянулся, наконец. В кайф стало, что аж на смех немного пробрало. Он всё ещё сидел в грузовике, подперев ногой отъезжающую дверь, чтобы она не перекрыла ему весь обзор на происходящее в подземке. Роллинз сразу же погнал ребят на осмотр и сдачу оружия, Боб своим решительным шагом по кривой параболе направился к медикам, чтобы хоть немного прийти в чувство. Упирался же, стойкий хрен, но качественный пинок под зад от Лилз в профилактических целях любому придаст скорости, он сделал своё дело. Было ещё время, чтобы немного передохнуть перед тем, как подняться к нанимателю и сдать короткий отчёт по заданию и, конечно же, то, ради чего они сунули свои носу в мышеловку. Иначе это было не назвать. Кто-то, всё-таки, знал, что отряд будет направлен в то поместье. Удивительно, что хозяин так легко согласился умереть и забрать с собой пару, одну, другую, третью оперативников ГИДРы, а за одно и самого Зимнего Солдата. Не вышло, разумеется. Интересно, что на этот счёт думает Пирс.

Картина с осмотром и сдачей оружия Солдата развернулась у Рамлоу прямо перед носом. До определённого момента он преспокойно покуривал, пускал кольца и тонкие струи дыма вверх, не отсвечивал. Эти рядовые, которых отправили на беглый осмотр и принятие снаряжения у Актива, совсем не знали, как правильно следует проводить изъятие всего снаряжения. В лабораторию Солдата не пропускали, пока все ножи, гранаты, пистолеты и прочие прелести не будут сданы. Правила безопасности. На вопрос о пистолете Солдат на шаг отступил назад, и эти двое не стали насильно ставить вопрос ребром. Правильно, руки и ноги им ещё нужны. Но они оставались тут и терпеливо ждали, пока Командир ещё соизволит оторвать свой зад и отправиться вместе со всеми на верхние этажи. Рамлоу не спешил, он с точностью высчитывал время, которое у них было в запасе. Пирс дохера лет ждал, подождёт ещё несколько минут. Одним словом, отрывать свой зад с насиженного места Командир не желал, растягивал удовольствие и докуривал сигарету, прижмуриваясь, будто бы находился сейчас под лучами солнца.

— У Солдата ещё есть время, — простым, повседневным тоном сказал он, словно вещал о хорошей погоде. Конвоиры мялись несколько минут, видимо, не понимая, к чему это сказано было, так и остались стоять на месте. — Идите, попаситесь где-нибудь в сторонке. Сейчас докурю, и идём к начальству.

Он покрутил сигаретой, наполовину выкуренной, перед собой, демонстрируя, затем вновь припал к фильтру. Запустив в один затяг плотный горячий дым в свои и так пострадавшие сегодня лёгкие. Двое рядовых переглянулись, один из них кивнул головой в сторону внедорожников, и они зашагали прочь. Около шести минут, да?

— Солдат, — дождавшись, пока конвоиры занялись «осмотром» одного из внедорожников, что находились в распоряжении Роллинза, Рамлоу окликнул Актива, нехотя вставая и ступая на серый асфальт тяжёлым ботинком. Тот развернулся к нему корпусом, вопрошая без слов и даже не взглядом. Лишь одним своим видом, уверенной стойкой и легким движением плеча. Командир протянул ему раскрытую ладонь. — Сдать пистолет.

И ещё эта информация. Да, она щекотала нервишки Рамлоу, а повидал он в прошлом немало страшных вещей. Но в случае с Солдатом дело даже не в страхе. Что-то другое. Тогда, в особняке, Актив будто бы на какой-то миг просто вышел из строя (пиздец, словно какая-то заумная техника, а не живой человек; ну, для ГИДРы он таковым и являлся). Другие бы этого не заметили, но Рамлоу уловил каким-то нечеловеческим чувством, что самому хреново стало. Просто не по себе, холодом окатило по спине и шее. Удивительно, как Рамлоу удавалось распознавать настроение Зимнего Солдата и самому, при этом, не сходить с ума и оставаться с целыми конечностями. Приятного мало, но выгода — неимоверная.

Роллинз отдал Командиру все добытые бумажные экземпляры перед уходом на склад. Упаковал перед этим их в те самые папки-непромокайки, они были полупрозрачные, но прочесть какие-то слова можно было. Вот, на корешке, «Арним Зола. Проект “космический куб”». Вот так сразу имя этого человека ничего не говорило Рамлоу. Если он и слышал где-то его, то не считал нужным запомнить. Прочитав тихо вслух то, что написано на корешке папки, он взглянул на Солдата. Прослушку в подземке не устанавливали, бессмысленно. А, если, она и была, то свои ребята с первого дня здесь уже всё заглушили. Незаметно для начальства, те всё слышали (если слышали) на фоновых тонах какую-то рабочую возню. А те конвоиры находились далеко, чтобы что-то расслышать, да и хотелось ли им?
— Это тебе что-нибудь говорит, Солдат? — Показал ещё папку для пущей вероятности и убрал в общую стопку, которая на сидении его в грузовике покоилась сейчас. Затянулся ещё раз, помедлив, выпустил дым, чуть кашлянув от противного зуда, что оставил тот дым от горелого пластика.

+1

21

Конвоиры ещё некоторое время мялись на одном месте, словно толком не понимая, что им дальше делать. Зимний им в этом помогать не собирался. Стоял себе, поглядывая исподлобья, агрессии не высказывал, и вообще создавал вид вполне мирный, если бы не был при этом закован с ног до головы в кожу и кевлар. Чёрт их знает, дизайнеров униформы для Солдата, чем они руководствовались. В любом случае такой вариант был утверждён ещё в Департаменте Икс, а в условиях русских зим высокие вороты, закрывающие горло, самое оно.

Конвоиры отошли немного в сторону, чтобы заняться одним из грузовиков. Солдат проводил из взглядом, но и только. Он даже сильно не старался прикрывать кобуру с пистолетом рукой, ведь как говорится: хочешь что-то спрятать положи это на видное место. Способ прокатывал чаще, чем хотелось бы верить, а почему его не досмотрели — ну, это уже проблемы ГИДРы.

У него оставалось около шести минут на то, чтобы предстать перед командованием. Казалось бы — за коим боком, ведь в этот раз он участвовал в миссии не как основная единица, а как поддержка на случай непредвиденных обстоятельств. Непредвиденных обстоятельств, например, в виде снайперов на крыше. Ну, тех убрал, ни у кого претензий не возникло. И если хэндлер Пирс так любил повторять, что Зимний Солдат — оружие, способное исправить ход истории, то зачем привлёк его к участию в локальной операции? Командование, одним словом. Солдат не должен задавать лишних вопросов.

Между тем, на отклик со стороны Командира Агент развернулся незамедлительно. Не переспрашивал, только повернулся так, чтобы воспринимать не только на слух, но и визуально. Тот протянул руку за оружием, и вот в этом случае у Солдата выбора не оставалось. Командир лично отдал ему пистолет, так что скрыть факт наличия оного не представлялось возможным. За маской эмоций Агента не видно, но он спокойно вытащил пистолет из кобуры и вложил в протянутую ладонь Командира. Вот и всё. Безоружен, но не менее опасен.

Солдату не должно быть интересно, с какими документами разбирался Командир, однако, конкретная папка, которую вытащили из сейфа в кабинете, привлекла внимание как специально намагниченная. Противное ощущение скатилось вниз по позвоночнику, как кубик льда по оголённым нервам. Агент не хотел бы об этом распространяться (наверное), но обязан ответить на вопрос.

Говорит.

Ответ — короткий, однако, без соблюдения субординации. Солдат ощутил острую потребность избавиться от заслонки, которая мешала ему полноценно дышать и говорить. С каждым новым вдохом и выдохом ему казалось, что запах пластика, резины и чего-то ещё оставался выстилкой внутренней поверхности лёгких, стягивал и не позволял вдохнуть как следует.

Прежде чем ответить, Агент поднял обе руки и завёл за голову, чтобы нащупать застёжки маски. Крепления тихо щёлкнули и разомкнулись, маска осталась в руках.

Мне кажется, я знал этого человека.

Воспоминание — смутное и расплывчатое, оно ускользало, стоило хотя бы попытаться сосредоточить на нём своё внимание. Агенту это не нравилось, ему было проще свыкнуться с мыслью, что конкретно эти картинки кто-то внедрил ему в мозг. Но кому и зачем это было нужно? Чем больше вопросов, тем меньше ответов, а без ответов Агент не чувствовал себя в состоянии беспристрастно реагировать на ситуацию.

Не помню, — он поморщился, перевёл взгляд на Командира. Едва ли во взгляде можно было прочитать растерянность, но если приглядеться, что-то такое уловить и удалось бы. — Какой-то… товарняк. — Он произнёс последнее слово по-русски, с сильным американским акцентом, прежде чем незаметно для себя переключился обратно на английский. — Арденны.

Арним Зола.

Имя отзывалось холодом металла, торжественностью речи, бликами операционной лампы на круглых стёклах очков.
Агент опустил взгляд на сжавшиеся в кулак бионические пальцы и вспомнил, как эти же пальцы сжимались на человеческой глотке. Щуплый мужик в белом халате. Это происходило столько раз, что Агент точно не мог бы сказать, произошло это пятьдесят лет назад или же всего лишь неделю.

Зола. Я не знаю, откуда у меня эта информация, Командир, но, предположительно, он создал это.

Солдат сжал и разжал пальцы бионической руки, опустил её вдоль бедра и неопределённо повёл плечом. Ему проще думать, что эту информацию специально загрузили ему в мозг перед миссией, чтобы он не вздумал бросить какие-то документы, а забрал всё, что сможет забрать. Привязка к образам в голове не позволила бы ему подумать, что он приложил всё возможные усилия, а заставила бы его действительно сделать всё и даже больше, но что-то перебило цепочку ассоциаций, как будто киноленту разрезали на куски, а потом спаяли не в той последовательности, да ещё и потеряв некоторые кадры.

[nick]Winter Soldier[/nick][lz]я готов отвечать.[/lz]

+1

22

Пистолет он забирает, держит в руке. Своё оружие ещё не сдал, а время поджимало. Внезапно Броку захотелось (особенно сильно) задать некоторые вопросы Солдату, но он не был уверен, что тот сможет ему дать внятные ответы. Не может он быть простым оружием в умелых (а вот не всегда) руках. Извилины же есть. Значит, и пользоваться должен уметь (умел). Рамлоу помнил, какие планы он составлял, стоило Пирсу сказать «слушаться Агента, он в этом профессионал». А они тут для чего? Специально обученная подтанцовка, получается? Да, получается, что так. Подтанцовка, которая в один момент становится пушечным мясом. За деньги и адреналин.

Мыслительный процесс был прямо на лицо. Брок не мог не усмехнуться, видя это.

— Так кажется или знал?

Командир обращает внимание на конвоиров, которые обходили внедорожник по кругу и проверяли каждое колесо несильными пинками. О чём-то переговаривались, но Рамлоу отлично чувствовал их взгляд, который был направлен на них. При учёте, что они были в масках. Ждали они терпеливо, но время шло, и у начальства может подгорать в одном известном месте очень и очень сильно. А впереди у Агента было обнуление, предположительно. И Рамлоу был обязан вновь присутствовать на нём. После уже так же побеседовать не получится. Радушно. Интересно знать, а Актив их услышать может?

Русское слово резко резануло по ушам. Командир поморщился, снова затянулся, выдувая из мозга сигаретным дымом этот язык. Но одно запомнил точно, что потом, конечно же, проверит в контексте с Зимним за спинами своих нанимателей. Арденны. Солдат, казалось, не просто пересказывал, он говорил прямо то, что было у него в голове на данным момент. А было там после недавнего пробуждения и мозгополоскания не так уж и много. Рамлоу рассчитывал на обратное. Извилины начали извиваться, как надо? Ну, что же, прогресс. Да, и его остановят. Никому не нужно оружие, которое может принимать решения самостоятельно. Не просто так у Зимнего всегда был и куратор, и хэндлер. Видимо, на подобные случаи. Не знал он, что думают остальные, но в нынешней ситуации нет причин проводить обнуление. Тьфу ты, Пирс трясся за каждое задание. Чего-то опасался. Может быть, не хотел никому этого показывать, но Брок милостиво опускал факт: пиздец, как всё на виду.

— Роллинз, — он тормознул, казалось бы, незаметно метнувшегося к их грузовику зама. Тот молчаливо взглянул на Командира, затем на Зимнего, опустил взгляд на свой протянутый пистолет в руках Рамлоу и быстро забрал его — вот чего не хватало на момент осмотра на складе. — Подготовь ребят. Пирс дал понять, что задерживаться тут больше нет смысла. Собираем вещи и отчаливаем отсюда. Нас позовут позже.

Если позовут вообще. Тут не предугадаешь. Как сегодняшняя ещё встреча с нанимателем пройдёт. Они не напортачили, задание выполнили, но, быть может, в ином стиле. Не так, как любил Александр. Но мнение Пирса может гулять далеко и не возвращаться. Брок сам решал, как нужно работаться команде, чтобы был должный эффект, ещё бы его учили этому или тыкали в несуществующие ошибки. Непосвященный и не поймёт.

— Понял, командир, — и был таков.

Рамлоу промолчал ещё какое-то время, последние минуты, надо полагать. Даже не затягивался больше, дождался, пока дотлеет сигарета и нагреется до горячего дискомфорта фильтр. Шикнул, смял пальцами и швырнул в сторону окурок.

— И, похоже, ты ему за это не сильно благодарен, — невзначай заметил он, поправляя ремень от своего оружия, закинутого за спину. — Не просто же так ты о нём помнишь. Дурные ощущения, а?

За спиной Солдата замаячили приближающиеся конвоиры. Надоело ждать, да? И время уже подошло к концу. Рамлоу мельком взглянул на приблизившиеся фигуры рядовых, на Солдата и маску в его руках. «Зола. Арним Зола». Если в базе данных ГИДРы и было что-то на это имя заведено, то Рамлоу это точно найдёт. Интерес пылал уже не обыкновенной спичкой. Доступ у него был, и пора было его использовать на пользу. Придется просить Лилз, шарящую в компьютерах больше остальной команды вместе взятых, о помощи. Остаться незамеченным, при всех этих нехитрых махинациях, тоже крайне важно.

— Отличная работа, Солдат, — таким образом, подвёл черту, — всё прошло, как надо.

Рамлоу взял папки со своего места, окончательно захлопнул дверь грузовика. Зашагал в сторону лифта. Надо быстро отчитаться, отдать документы и тонко намекнуть нанимателям прямым текстом, что Солдат в обнулении на данный момент не нуждается. Нет смысла. Задание выполнено, и информации он никакой впитать не успел — был совершенно в ином месте от главного корпуса с сейфами и компьютерами. И команда остальная подтвердит это. Ну, конкретно со слов Рамлоу, к которым Пирс, так или иначе, заимел привычку прислушиваться. Чем Брок бессовестно пользовался.

+1

23

Кто-то из людей Командира забрал пистолет и отошёл в сторону. Роллинз — подсказал бы разум, но Солдат не запоминал имена наёмников (ему ни к чему), ориентировался по лицам, потому что знал: если понадобится отдать приказ (а во время боевых взаимодействий, выходящих за рамки стандартных, Зимнего слушали и не спорили), это гораздо быстрее сделать, не расшаркиваясь обращениями и  званиями. Чем меньше знаков в приказе, тем быстрее и эффективнее его исполнят.

Он сам реагирует на приказы по тому же принципу.

Только Командир почему-то обращается к нему человечнее, чем кураторы или хэндлер.

Некоторое время они молчали, и Солдат не двигался с места. Только искоса наблюдал за тем, как конвоиры что-то высматривают у грузовиков, тихо переговариваются между собой. Подушечки пальцев бездумно поглаживали край маски, которую Агент так и держал в руках. Одной рукой он чувствовал гладкость материала, второй же не ощущал совершенно ничего. Было в этом что-то противоестественное, но для него — совершенно привычное.

Он не хотел даже пытаться представить эти картинки, отпечатавшиеся в сознании, детальнее. Ему бы на самом деле хотелось, чтобы они остались хотя бы немым кино, а не сопровождались голосами, потому что Зола говорил даже во время операции по вживлению, и одной из первых мыслей, окутывающих плохо соображающее сознание, стало до смешного простое желание заткнуть его как можно скорее.

Дурные ощущения. Да, пожалуй, иначе не скажешь.

Не из приятных, когда ты поворачиваешь голову и видишь, как тебе отпиливают руку вместе с куском плеча.

Эта часть воспоминания — осознанно внедрённой информации? — фрагментарна, но, как ни странно, наиболее отчётлива. Солдат не мог сказать, кто находился в помещении во время операции по вживлению протеза, но мог отметить наверняка две вещи. Первая: когда его волокли прочь от отвесной скалы, от рваной раны в районе локтя оставался кровавый след на снегу (а руки ниже локтя и вовсе не существовало, боль перебил, наверное, анестезирующий холод льда). Вторая: случайный и наверняка незапланированный поворот головы влево открыл взгляду хирургическую пилу, открамсывающую остаток руки с добрым кусом плеча (протез проще и эффективнее вживлять прямо на плечевой сустав).

Это — последняя фраза Агента перед тем, как конвоиры приблизились достаточно, чтобы слышать разговор. Солдат тут же замолк, хмуро смотря в сторону длинного коридора, но не увидел смысла сопротивляться, когда его подтолкнули в сторону. Вообще-то за подобное обращение он мог бы и шеи свернуть этим двум гидровским юнцам, вот только трупы убирать, и, опять же, хэндлер может остаться недовольным.

Программа обязывала его подчиняться хэндлеру и кураторам. Это как условный рефлекс: стоило прозвучать коду, и воля оказывалась сломлена, заточена в клетку подсознания, и всё человеческое за ненадобностью стиралось. Он действительно ощущал себя в кинозале, перед отвратительным фильмом, снятым от первого лица, и сколько кричи (не кричи), главный герой всё равно не услышал бы голоса здравого смысла одинокого зрителя.

Александр Пирс почему-то любил присутствовать, когда Зимний Солдат должен быть рапортовать о результатах миссии. Чёрт его знает почему, но он даже вылазил из своей наблюдательной за зеркалом Гезелла, чтобы лично заглянуть Активу в глаза, произнести это заветное «рапорт о миссии» сложить руки в замок за спиной и слушать, как обезличенный, доведённый практически до механического звучания голос отчитывается по заданию.

Только до этого Солдата обязательно усаживали в кресло установки программирования и приковывали по рукам и ногам, чтобы не дёргался в случае дестабилизации состояния.

Зимний Солдат при слове «удобство» проводил ассоциативный ряд. Удобство – это кресло, и в голове в первую очередь возникал образ установки программирования.

Когда Агент более или менее осознавал себя, ему до дрожи хотелось расхерачить всю установку по отдельным составляющим, лишь бы больше не чувствовать давление тисков на виски и затылок, лишь бы больше не ощущать сводящую челюсти боль от воздействия электричества.

Один раз он чуть не откусил себе язык в неконтролируемой попытке вырваться. После этого ему стали пихать между зубов брусок или резиновую вставку, чтобы кусал хотя бы их. Обезболивающее ему ни под каким предлогом всё равно не давали и давать не собирались: во-первых, оно плохо действовало на модифицированный сывороткой организм, а, во-вторых, это снижало бы эффект от перепрограммирования.

Когда конвоиры усадили в кресло, с силой надавливая ладонями на плечи, Солдат вскинул взгляд и растеряно, затравленно почти посмотрел на Командира. А затем опустил взгляд и безразлично уставился перед собой, в пол, не реагируя ни на кого вокруг. Всё, чего он ждал, так это стандартной фразы.

Пирс, как и всегда в последнее время, лично запросил рапорт.

Солдат говорил ровным тоном, но начал отвечать с секундной задержкой. Возможно, никто и не заметил. Он в сжатой форме описал всю миссию от устранения охраны у ворот и до полыхнувшего пожара в конце. После чего замер, медленно сжал ладонь правой руки в кулак, а затем так же медленно расслабил, подавляя в себе иррациональное желание вцепиться пальцами в подлокотник. Стальная скоба, удерживающая руку на этот самом подлокотнике, впилась во внешнюю сторону запястья, когда он попытался приподнять руку и сменить её положение на более удобное.

[nick]Winter Soldier[/nick][lz]я готов отвечать.[/lz]

+1

24

В самом деле — не из приятных. Рамлоу за свою жизнь перенёс не так уж и мало операций разного характера, но представлять ампутацию как-то не тянуло. Нахер. Брок лишь снова поморщился, проецируя возможные ощущения, полноту которых он себе и представить не мог, и сравнить было не с чем, на себя и своё левое плечо. Протез, может быть, функциональнее, но живая плоть всегда приятнее. И привычнее. Бионика и завораживала и пугала одновременно. Проверять работоспособность на себе никто не проявлял инициативы, лишь взглянув, как под пальцами гнётся любой металл словно пластилин. Жить-то все хотят, а кто не хотел, давно уже был сожжён. Закапывать тела было делом утомительным. И следов не оставлялось.

Рамлоу впихнул оружие первому рядовому, которого встретил на пути к камере, и вошел следом за Солдатом и конвоирами. Через несколько минут подтянулся Пирс с куратором. Последний, в общем-то, остался подпирать собой стену напротив кресла, выглядевший жутко недовольным. Видимо, от важных дел оторвали из-за завершённого задания и предстоящего обнуления. Что это произойдёт, Брок заметил по трём «халатам» мелькавшим где-то за установкой. Не было повода, не было, не было, не было. А вот Пирс казался счастливым, что аж на тошноту потянуло. В нетерпении сжимал ладони и сгибал-разгибал свои корявые пальцы. Брок видел всё, цеплялся взглядом за каждый жест, каждую мелочь. То же самое и с Солдатом — Рамлоу выдержал его взгляд, коротко кивнул, призывая к спокойствию, всё было, как обычно, никаких новых протоколов и кодов. Отчёт и всё. Точка.

Пока Пирс слушал отчёт, Рамлоу надеялся, что ничего «лишнего» Актив не сболтнёт, протянул нанимателю папки с документами.

— Агент, — Брок снова обратил на себя внимание Актива сталью в голове и спокойным взглядом в глаза, — сдать внешние накопители.

Да, Рамлоу про них не забыл. Как раз то самое, ради чего пришлось постараться, чтобы сейчас не быть под завалом.

— Объект мёртв, «Левиафана» нет. В бункере находились только бумажные экземпляры. Цифровые нам удалось получить из главного рабочего кабинета хозяина. Это, — он кивнул на накопители, которые Пирс теперь держал на папках перед собой, — всё, что нам удалось вычистить из компьютеров. Остальное объект унёс с собой в могилу. Задание прошло без потерь, Актив свою работу выполнил.

Александр взглянул на чеканящего слово за слово командира любопытным и оценивающим взглядом. Таким же цепким, каким Брок ему отвечал. Да, ему резкость прощали в силу профессионализма. И сдержанное хамство, и, не редко, своеволие. Куратор у стены завозился. Видимо, приняв молчание начальника за «добро» на продолжение, он кивнул медикам и конструкторам, столпившимся в углу. А Рамлоу подумал, что у Пирса своих мозгов хватит поставить в этом точку без дополнительного давления со стороны.

Но, видимо, в мозгах у Пирса что-то замкнуло от радости или какого-то извращенного счастья обладать этой информацией. Александр молчал, посмотрел ещё раз на Брока, на Солдата.

— Хорошая работа, Агент.

Да, именно это и сказал ему Брок несколько минут назад. Не пролетит ли эта похвала мимо ушей Солдата, который сейчас выглядел, словно заключённый на эшафоте. Всегда так выглядел. Обездвиженная левая рука, пустой взгляд и поникшие плечи. Он был расслаблен и опустошён. Тот стержень, который вечно выебывался и поражал всех, исчез. На его месте — изломанность и какая-то... болезненность, что ли? Либо остальные слепые, раз не видят этого состояния Солдата, либо им это по боку и они как можно скорее хотят всё доделать. Конечно, обнуление и нет проблем, м?

— Начать приготовления, — и тут худые конструкторы в белых халатах засуетились и забегали по помещению, а куратор продолжат изображать подпорки под несущие стены, хотя необходимости в этом не было. Это он должен находиться рядом с Солдатом и следить, чтобы у него сдвиг по фазе не произошёл в случае чего. И, если ЧП, — отвлечь внимание на себя до тех пор, пока здешние мозговитые не сделают всё возможное, чтобы домой уйти живыми, а не поломанными куклами.

Один учены проверил целостность протеза, второй уже что-то подкручивал позади кресла. Пирс в это время, кивнув болванчиком, всё такой же задумчивый развернулся и пошёл на выход. Медленно. Что-то, всё-таки, в голове у него засело, словно заноза в мягком месте. Или он на что-то не решался, или уж чересчур был чем-то доволен.

— Сэр, я считаю, нет необходимости проводить процедуру обнуления Агенту, — Брок плавно повернулся боком к Солдату и лицом — к Пирсу и куратору. Последний, к слову, сразу поднапрягся и уже почти перестал изображать неодушевлённый предмет. Пирс притормозил. Начавшееся напряжение позади кресла затихло, специалисты ждали реакции хэндлера, продолжать и не продолжать процедуру? А Брок ухватился за этот момент, пока поздно не стало. Пирс встал полубоком, сняв очки, глянул на командира. Взгляд один — «аргументируйте, солдат». — Миссия выполнена. В ходе её Актив вел себя согласно инструкциям, своеволия не было, и не было ничего, что показалось бы странным. Состояние Агента стабильное, память никак не задета. Обнуление не требуется.

— Сам, что ли, полезешь под его руку после следующего пробуждения, когда он контролировать себя не будет? — Куратору ситуация не нравилась, Брок иного не ожидал. Класть он хотел на этого ублюдка, который подобрался весь и уже хотел идти в открытую. Да запросто, Рамлоу ничего не стоит перебросить его через колено и ступить тяжёлым ботинком на грудную клетку, выбивая дух и дыхание.

— Полезу. Я этим занимаюсь уже несколько лет, — молчание Пирса командир воспринимал как положительную динамику.

— Это, чёрт возьми, не значит, что...

— Достаточно.

Оба подобрались. Брок — самодовольно, победителем; куратор — агрессивно. Но оба молчали, да. Хэндлер посмотрел на ученых и мотнул головой, после чего снова нацепил очки и пропал в тёмном дверном проёме. Не терпелось заняться документами. Побыстрее, а перепалка подчинённых обеспечила бы головную боль на оставшуюся ночь и утро бы ещё задело. Рамлоу тихо выдохнул. А вот от крио он его не спасёт. Пока что.

Это и было понятно по ублюдочному выражению куратора. Но Брок никуда не торопился, по всем правилам он обязан был присутствовать на процедуре до конца и до подтверждения мозговитых, что крио-сон вступил в силу.

+1

25

Жёсткая спинка кресла впивалась под лопатки, да и подголовник мягкостью не отличался. Во всём этом была оправданная необходимость: установку из более мягких материалов легче повредить, а восстанавливать технологии, пусть даже и с несколькими учёными, которые в курсе, как это делается, проблематично и долговременно. Проще удерживать объект неподвижным, чем расплачиваться повреждениями техники.

У хэндлера Пирса, кажется, не осталось лишних вопросов. Судя по тому, что у него даже мысли не возникло, чтобы применить к Активу силу, он остался доволен результатами миссии. Солдат же даже не поворачивал голову в сторону учёных за своей спиной, которые проверяли настройки установки и подвижные её части. Возможно, чтобы не переклинило при применении: совсем спалить мозги Активу никто бы не хотел под угрозой получить пулю в лоб от всё того же Пирса.

Зимний, может, и отдал бы внешние накопители, если бы у него была свободная хотя бы живая рука, не говоря уж о бионике.

Накопители в карманах по левую сторону портупеи, — ответил он безэмоционально, для наглядности поворачивая в запястье правую руку. Скоба только чудом не оцарапала кожу благодаря длинному рукаву и перчатке без пальцев.

Один из «белых халатов» переместился вперёд и наклонился, чтобы обшарить карманы Агента на наличие накопителей. Прикосновение чужих рук — неприятное. Солдат держался отстранённо, предпочитая смотреть в пол, а не на кого-то конкретно. Наконец, техник вытащил накопители, переложил их на видное место — так, чтобы Пирс мог их сразу забрать, — и вернулся к своим непосредственным обязанностям.

«Хорошая работа».

Солдат на секунду расслабил плечи, прежде чем вновь собраться. Это почти что отмена активации кодом, но не совсем. В конце концов хэндлер — не полноценный куратор, и только куратор может отменить активацию в случае необходимости. Куратор же смотрел на Зимнего с плохо скрываемой неприязнью. Или же это не неприязнь, а безразмерная скука?

Когда Командир выразил несогласие с обнулением, Солдат вскинул на него хмурый, недоверчивый взгляд. Серьёзно? У Командира, в общем-то, не так много поводов для лояльности Активу, но он почему-то продолжает это делать: чуть более человечное обращение, попытка отгородить от обнуления, и прочие мелочи, которые положено высказывать людям, но никак не живому оружию. Зимний, наверное, даже был благодарен ему, если его программа знала такое состояние, как «благодарность». Чаще всего программа ограничивалась механическим оцениванием ситуации, присвоением каждому объекту класса опасности, отметкой на цели, и просчитыванием способов достижения необходимого. Жертвы при этом не учитывались. Там, где появлялся Зимний Солдат, в любом случае оставались жертвы.

Агент следил за хэндлером, когда тот небрежным поворотом головы обозначил, что, мол, да, сегодня можно обойтись без обнуления. Такое неожиданное снисхождение словно обдало ведром ледяной воды на макушку: это значит, что сегодняшний день и те события неделю назад всё-таки останутся в памяти? Он не проснётся в очередной раз в незнакомой обстановке с мыслью о том, а кто он, чёрт возьми, такой?

Каждый выход из криосна сопровождался мучительной попыткой вспомнить собственное «я». А потом звучали коды активации, и программа «Зимний Солдат» вытесняла все остальные мысли.

В следующую свою «разморозку» он будет помнить хоть что-то.

Техники только пожали плечами и вернулись к непосредственным обязанностям, предшествующим погружению в стазис. Один из них склонился над протезом, чтобы открыть несколько пластин на плече и проверить микросхемы на предмет повреждений. Небольшая проблема там, в поместье, не повлияла на работоспособность бионики, но техник всё равно полез внутрь тонким паяльником, закрепляя края одной из микросхем. Каждое соприкосновение инструмента с бионикой сопровождалось мягким, едва заметным голубоватым свечением. Солдат рефлекторно сжал ладонь в кулак, но, даже если бионика и была связана с нервной системой для лучшего взаимодействия, болевых рецепторов она не затрагивала. Поэтому-то Зимний и мог с лёгкостью пользоваться протезом как мобильным аналогом щита. Пластины вернули на место только после того, как выправили едва заметные вмятины.

Перед погружением в криосон не прибегали ни к каким специальным подготовкам. В этот раз Зимний не находился так уж долго вне стазис-капсулы, а потому техники единогласно решили пренебречь возможностью отправить его хотя бы в местную столовую. Всё равно, пока он будет в замороженном состоянии, жизнь в нём будет поддерживать внутривенно вводимая химия.

Скобы на запястьях мягко щёлкнули, с некоторой задержкой отстегнулись и скобы вокруг лодыжек. Солдат поднялся с кресла. Рефлекторно обхватил бионическими пальцами запястье живой руки, растёр, чтобы избавиться от ощущения соприкосновения неровного металла с тонкой полоской кожи между рукавом и перчаткой.

Куратор отошёл от стены и с нескрываемым раздражением приказал Активу перейти в соседнюю комнату. Солдат коротко кивнул — приказ куратора принят к исполнению — и сдвинулся с места только тогда, когда конвоиры вновь придвинулись ближе к нему, препятствуя возможным проблемам. На самом-то деле проблем больше всего создавали они сами, Солдат предпочёл бы, чтобы к нему лишний раз не приближались.

Погружение в стазис — вещь не из приятных. Последнее, что удаётся увидеть — несколько человек, присутствующих в помещении. Последнее, что удаётся ощутить — холод, буквально замораживающий кровь в венах, мгновенно оседающий инеем на ресницах и волосах, и закрывающий круглое стекло в наружной стенке капсулы морозными узорами.

[nick]Winter Soldier[/nick][lz]я готов отвечать.[/lz]

+1

26

Плёлся он где-то в «хвосте». Вперёд ушли техники с врачами, сам Солдат, конвоиры, которые всё ещё держали оружие наготове. Затем шёл куратор, а замыкал эту цепь сам Рамлоу на правах командира отряда, который чаще всего поддерживал Актива на заданиях, обеспечивали полноценным сопровождением и доступом к информации, если такое требовалось. Люди Рамлоу вообще вопросов лишних не задавали. Единожды увидев Солдата в бою – сразу всё становится понятно, с кем имеют возможность поработать. Можно, конечно, выбрать что-нибудь другое, но доверие – это навсегда в их случае. Брок их никогда не подводил в прошлом, не подведёт и сейчас. И они свято верили в это, не решая нужным напоминать командиру об этом каждый раз, как только выходили на смерть. Рамлоу тоже помнил, да, и в последнее время всё чаще стал задумываться, в какую дыру влез на этот раз из-за жажды наживы и в поисках адреналина. И получится ли выйти из воды сухим, а так же обеспечить своих ребят неприкосновенностью. С Пирсом нельзя быть ни в чём уверенным. Он знал, какие люди на службе у него сейчас. Временное подчинение не подразумевает под собой слепой фанатизм, последнее, к слову, Рамлоу иной раз замечал в других наёмниках.

Обернувшись, Рамлоу увидел Роллинза, который маячил в отсеке перед комнатой с установкой для программирования. Тот кивнул командиру, давая понять, что его люди готовы выдвигаться и ждут лишь его, Брока. Дальше этой комнаты не пускали никого постороннего. Конструкторы шли сюда по своим прямым обязанностям, куратор – занимая важный пост скорее для себя и Пирса, а Рамлоу – чисто на доверии, которое доказал Александру в прошлом. И ещё некоторые рядовые, которых меняли как использованные перчатки на операциях. Каждый раз – новые, а предыдущих больше не наблюдалось. Нетрудно догадаться, где они находились либо по собственной глупости, либо по желанию здешнего начальства. Никто не любит слухачей, особенно если у них длинные языки и нет таланта в игре в молчанку.

Так что тут из своих бывал лишь Роллинз, да и он не горел желанием находиться в этих помещениях дольше того времени, которое требовалось на короткое перебрасывание взглядами с командиром, а так же обменом парой слов. Увиденное однажды не захочешь просмотреть вновь. Джек это усвоил и одним только своим взглядом и настроем показывал остальному отряду: вам там делать нечего.

Рамлоу остаётся у двери и отстранёно наблюдает, как техники что-то ещё делают со стазис-капсулой, а потом переходят к непродолжительной подготовке Солдата ко сну. Вены на локтевых сгибах с двух рук становятся занятыми. Трубки подключают к почти неиссякаемым контейнерам с какой-то химией, которой в ближайшее время будут накачивать Актива с целью недопущения смерти. И от искусственного холода, и от истощения. Вся работа техников была на автоматизме, не привлекала к себе никакого внимания. Остаётся только помнить, что переезд с одного места на другое тоже будет проводиться людьми Рамлоу, под его руководством. Ценный для ГИДРы груз перевозить и защищать в случае чего – это уже проходили и все нюансы знаем.

Дверцы капсулы закрываются. Техники что-то щелкают на приборных панелях, выводят нужные уровни и поворачивают главный рычаг. С шипением капсула заполняется искусственным холодом. Теперь через стекло едва ли можно увидеть Солдата, просто замерший в одной позе человек, дышащий через раз. Когда техники оповещаю о полном переводе в криосон, Рамлоу ещё недолго прослеживает, как всю необходимую аппаратуру закрепляют к капсуле, а после покидает камеру.

В последнем помещении его ожидает верный Роллинз, явно напряжённый, опять готовый сболтнуть такого, от чего у командира голова заболит.
- На связи Деккер, хочет с тобой говорить, - не ошибся ведь. Рамлоу посмотрел на зама так, словно в собственной тарелке супа ещё живого таракана заметил. Они вышли к лифтам, дождались один и сразу стали спускаться в подземку, где ожидала вся команда, временно расформированная.
- Пошли его на хер, у нас есть работа, - Рамлоу слышал, как Джек передавал его слова руководителю взрывателей и закрывал этот канал связи. Ясно, что этот чокнутый доберётся и через другие, но это у него займёт больше времени, тем более что привлечь внимание Рамлоу не так просто. Командир из кармана простую флешку, которую ранее ему передала Лилз, и которую он не отдал Пирсу. Должен же был он что-то выиграть, не так ли?

+1


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » прожитое » there's no place you can hide 'cause we're coming after you