роли и фандомы гостевая нужные персонажи хочу к вам

GLASS DROP [crossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » альтернативное » MY KILLER MY LOVER


MY KILLER MY LOVER

Сообщений 1 страница 27 из 27

1

https://69.media.tumblr.com/979c13791d847786a11df7a88ce5c0c0/tumblr_pkvag4NWzy1wzl06zo2_500.gif
jin guangyao x ne huai san

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

Отредактировано Lan Xichen (2019-11-26 01:12:16)

+2

2

Дорога в Ланьлин, как и обычно, выдалась легкой — ничто не мешало Не Хуай Сану предаваться праздным раздумьям. Он знал, что в поселении по пути давно беснуется старая лисица-оборотень, жалобы на которую поступали в Цин Хе регулярно, но останавливаться ради этого совершенно не хотелось.

Он хорошо оделся и взял любимый веер, капнув сандалом на запястья. Он знал, что Цзинь Гуанъяо любит все красивое, все чистое и аккуратное, а лучше — блестящее. Нередко заклинатели ордена замечали, что главе его присуще стремление к совершенству. Не Хуай Сан точно знал, о каком именно совершенстве идет речь.

Его встретили приветливо в лицо, презрительно за глаза, и это было приятно — знать, как предсказуем мир; как он катится, словно одно большое колесо, сминая и время, и смертных людей.

Собрание было небольшим и коротким — Сичень и Цзян Чэн даже не почтили Башню Кои присутствием, и тем было лучше: вопросы поднимались сплошь скучные и бесполезные.

— Не знаю, не знаю, сложно, — отмахивался веером и жалобно скулил Не Хуай Сан; лишь бы поскорее от него отстали.

Он томно скользил взглядом по рукам Цзинь Гуанъяо, держащим чарку с вином; разглядывал вышивку на ханьфу, шелковые складки одежд и киноварную точку на лбу. Пил рисовое вино — конечно, без меры — и подсаживался все ближе и ближе.

Правило было только одно: не смотреть в глаза.

<...>

Наедине с ним Цзинь Гуанъяо оживал, оттаивал. Все его полуулыбки были знакомы Не Хуай Сану давно, и среди них было мало искренних. Одна, редкая и случайная, доставалась ему. И этого было достаточно.

— Яо-сюн, ты такой умный, я так восхищен тобой, — жеманно начал лепетать глава Не, вертя в руках веер и кивком требуя еще вина, — хотя старший брат был разгневан на тебя в последние годы, все же он любил тебя так же, как и меня — это я точно знаю.

Не Хуай Сан был почти уверен в том, что так на самом деле и было, однако в действительности наверняка он ничего не знал — Не Минцзюэ не любил говорить об этом.

Вокруг не было никого — давно минула полночь, и только услужливый глава клана Цзинь милостиво развлекал своего гостя.

— Я также хотел поблагодарить тебя за новый веер, который ты мне прислал. Работа прекрасная, достойный экземпляр. Яо-сюн, я так хотел подарить тебе что-нибудь особенное! Так сложно выбрать подарок для человека, у которого есть все, однако я постараюсь и непременно обрадую тебя в скором времени.

Он наклонился слишком близко — словно был смертельно пьян — и почти коснулся рукой его лица, но в итоге широко распахнул веер и взмахнул им; на плотной бумаге золотые карпы ныряли в речной поток, усеянный лепестками и соцветиями "сияния средь снегов".

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

Отредактировано Lan Xichen (2019-11-26 01:12:27)

+2

3

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon]Сколько себя помнил, Мэн Яо (ныне носивший имя почившего с миром отца) мечтал быть тем, кто приносит пользу. Тем, кто делает мир лучше. Однако сколько себя помнил, этот человек упорно притягивал к себе грязь.

Да, теперь никто не осмелился бы назвать его в лицо сыном шлюхи или пнуть по рёбрам, выбивая дыхание. Однако судьба продолжала играть с ним злые шутки. Цзинь Гуанъяо, верховный заклинатель из клана Цзинь, признанный сын Цзинь Гуаньшаня, тот самый, сразивший Вэнь Жоханя, третий из сводных братьев.. все эти титулы были добыты потом и кровью, а после каждый оставил в душе мерзостный след гнильцы. И молодой господин Гауньяо помнил об этом, не забывая ни на миг.

Даже когда вдевал руки в шёлковые рукава ханьфу поутру... (эти руки!)

...когда целомудренно целовал при гостях прохладную руку жены (сестры!) в знак нежной привязанности.

...когда утешал рыдающего Не Хуайсана (убив старшего брата!)

... и когда сидел вот так, руководя собранием кланов, каждому из присутствующих даря почтительную улыбку.

Он не был достоин. Но так хотел, что продолжал бороться.

Главы кланов Юньмэн Цзян и Гу Су Лань не смогли присутствовать в тот день. И если формальный отказ Цзян Ваньина Цзинь Гуанъяо встретил понимающим кивком, отсутствие второго брата глубоко печалило его и даже лишало части духовных сил.

Чувство вины, что давно пустило корни в душу, продолжало шептать на ухо словно шальной неупокоенный дух - правильно, держись от него подальше, не марай память о братских узах, что вы заключили втроём.

Цзинь Гуанъяо мягко улыбался, выслушивая очередного оратора. Отпивал вино из баснословно дорогой чаши. И мягко решал начинающие разгораться споры.

Не Хуайсан, юный глава клана Не, не раз и не два притягивал взгляд верховного заклинателя. Притягивал и удерживал на долгие мгновения, окрашенные беспокойством. Что-то творилось с молодым господином. Неспокойно и тревожно было на душе от выражения миловидного лица...

<...>

Наедине было проще. И нет.

Много лет прошло, как они были знакомы - бастард Гуаньшаня и младший брат Минцзюэ.

Побратавшись со вспыльчивым и спорым на расправу главой Не, Яо проникся самыми тёплыми чувствами к молодому господину, столь далекому от идеалов старшего брата, что его хотелось защищать словно нефритовую статуэтку в руках невежи.

Любитель роскоши и изящных безделушек, Хуайсан был прост и завоевать его доверие мог кто угодно. Порой это вызывало у Гуанъяо истинное беспокойство. Со временем это беспокойство срослось с именем Хуайсана как сиамский близнец, но лишь недавно обрело какую-то пугающую ауру чувственности.

- Полно, А-Сан, - отзывается Яо, опуская взор на кубок в руке. Он устало улыбается, демонстрируя ямочки на щеках, вертит кубок в пальцах, но больше не пьёт. Он уже пьян достаточно, чтобы в голову лезли всякие глупости. - Я люблю дарить подарки младшему брату, он прекрасно знает.

Лепет юного главы Не - просто привязанность младшего, фактически ребёнка. Его неловкая близость продиктована стремлением к теплу. Ну а хмельной блеск в глазах даже объяснять не нужно.

Юный Хуайсан бессовестно пьян и в таком виде главу клана видеть посторонним крайне нежелательно.

Яо - не посторонний. Он с лёгкой улыбкой смотрит на Хуайсана, что прячет раскрасневшееся лицо за искусно выполненным веером и бессовестно флиртует. Возможно, и сам того не понимая. Порой он бывает до ужаса наивен.

Человек, у которого всё есть, понятия не имеет что бы он и правда хотел получить в подарок. Чего был достоин получить.
Лишь уверен в том, чего не был достоин.

- Время позднее, - мягко говорит он, поддерживая заваливающегося Хуайсана за локоть, чтобы не ударился лицом о чужое плечо или резную ширму. - Давай я провожу тебя до гостевых покоев, глава Не. Иначе буду лишён удовольствия позавтракать в твоей компании...

Отредактировано Jiang Cheng (2019-11-21 23:28:38)

+2

4

Увы, вопреки молчаливым просьбам Не Хуай Сана, вина ему Цзинь Гуанъяо не налил — ничего странного, учитывая не самое устойчивое состояние главы Не.

И все-таки.

"Он думает, что все еще опекает меня", - упиваясь восторгом, подумал Не Хуай Сан. Мысли текли стремительно и бессвязно; кажется, он действительно выпил больше, чем собирался.

— Мне понравилось, как ты сегодня говорил, — продолжил он разливаться потоком, — я все время смотрел на тебя. Удивительно, Яо-сюн, что ты все еще приглашаешь меня на эти собрания. Ты же знаешь, как меня называют люди...

Эта маленькая деталь не вписывалась в его план. Глава Не считался самым позорным лидером за всю историю, неспособным даже вести бюджетный орденский табель; он должен был слиться с множеством других глупых, праздных зевак, приезжающих на празднества ради дорогого вина и яств. Со временем даже имя его забылось бы, а прозвище стало бы нарицательным.

Почти так, в сущности, и произошло. Для всех, кроме Цзинь Гуанъяо, от которого больше хотелось скрыться, чем от кого бы то ни было.

— Давай я провожу тебя до гостевых покоев, глава Не.

Не Хуай Сан медленно сложил веер и посмотрел на Яо в упор. Чужие пальцы жгли кожу сквозь рукав; лицо бросило в жар.

— Только если ты останешься со мной на ночь, Яо-сюн. Раньше старший брат оставался со мной, когда мы были здесь, но эти времена давно прошли... Кроме того, я просто не смогу опоздать завтра, если ты будешь со мной. Как тогда, в Гу Су...

Не Хуай Сан с удовольствием схватился за руку Яо, неловко поднимаясь; ему хотелось попробовать пересечь эту черту, чтобы посмотреть, что будет дальше.

Каким он может быть? Как далеко можно зайти? Осталось ли что-то настоящее от них обоих?

— Осторожно, брат, — пьяно пробормотал Не Хуай Сан, минуя невысокую ступеньку на выходе из комнаты — как будто это он помогал Яо добраться до цзинши, а не наоборот.

Он старался не наваливаться совсем, держаться осторожно и не доставлять неудобств, но не был уверен, что у него хорошо это получается.

В гостевой спальне приятно пахло свежими цветами и давно выгоревшими палочками благовоний; ни одного светильника Не Хуай Сан не заметил — комнату заливала густая темнота.

Моргая и пытаясь привыкнуть к тьме, Не Хуай Сан повернулся резче, чем хотел, и оказался к Цзинь Гуанъяо лицом к лицу.

— Ты останешься со мной?..

От волнения он забыл влить в свой голос сладость — вопрос прозвучал непривычно спокойно и уверенно; и повис в воздухе.

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

Отредактировано Lan Xichen (2019-11-26 01:12:36)

+2

5

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon]- Людям свойственно ошибаться, - с одобряющей улыбкой уверил гостя Лянь Фан Цзунь.

Может, и не в этом случае. Может, он и впрямь зря звал главу Не на собрания в Нечистую Юдоль. Сначала Гуанъяо питал надежды на осознанность младшего (единственного теперь) Не.

Он сможет научиться. Он может повзрослеть. Он может... Но он попросту не хотел, так показало время. Однако Яо любил младшего, словно родного брата и всё ещё надеялся, что хоть что-то из мудрых суждений Цзэу-Цзюня и хлёстких слов Саньду Шеншоу задержится в прелестной голове...

Порой он забывал, что Хуайсан - уже давно не мальчишка, заглядывающий ему в рот. Что нет больше Минцзуэ, грозно нависающего над тонкокостным шиди, нет нелепых попыток сделать из журавля тигра.

Не Хуайсан не намного младше его самого, он глава прославленного клана Не (пусть и глава откровенно слабый). Он мужчина, пусть и выглядит и ведёт себя как юнец.

Да, много времени утекло. Порой, Яо чувствовал себя древним стариком. Эта мысль приходила к нему неизменно вызывая за собой усталую улыбку.

Сейчас Хуайсан цепко держался за его руку. Пальцы - холёные, с красивыми ногтями впивались словно птичьи когти. Он и щебетал словно птица, привыкший что на слова его не обращают особого внимания.

Яо обращал. Ему нравилось сладкое "Яо-сюн" из уст Хуайсана. Оно тянулось мёдом и патокой, мешалось с восторженными, какими-то детскими (или женскими?) похвалами.

И остаться на ночь... звал ли его ребёнок? Или всё же мужчина?

Глава Цзинь тряхнул головой. Он выпил слишком много вина.

Другой голос, роднее на свете нет, звал его "А-Яо". Нежное обращение вызывало трепет и одновременно печаль. Человек, подобный его А-Хуаню (Яо бы ни за что не решился  вслух назвать брата столь дерзко) был достоин всего самого лучшего. Он и так верил всем сердцем, не сомневался ни на секунду в названном третьем брате. Даже когда тот врал в лицо...

- Идём, А-Сан, - придержав шатающегося гостя за плечо, мягко сказал Гуанъяо. - Мы почти пришли.

Гостевые покои встретили темнотой - благословение для уставших глаз. Здесь было тихо и свежо. Цветы, что теперь оплетали ароматом просторную комнату, глава выбирал лично, а благовония были из его собственных запасов. Даже покрывало на постели было новым, расшитое порхающими пташками и золотыми облаками.

Остаться?..

Тёплое хмельное дыхание опалило подбородок. По спине вдруг прошёл озноб, словно от морозного дуновения ветра. Хуайсан стоял близко, и был бессовестно пьян. Остаться? Яо склонился ниже, горько улыбаясь темноте.

- Идём. Уложу тебя спать, брат, - вздохнул он, отгоняя навязчивое ощущение неправильности происходящего.

Свет не зажигали. Глава Цзинь помнил, куда нужно идти, чтобы не натолкнуться коленом на резную тумбу и не свалить огромную вазу с пионами. Рука Хуайсана была тёплой и нежной.

"Как у ребёнка" - напомнил Яо себе строго.

Помочь раздеться. Уложить. Побыть рядом, пока не уснёт.

Они делали это уже множество раз.

Он помнил даже злые слёзы тогда юного господина Не - брат сжёг его коллекцию роскошных безделушек. Помнил обожжённые тонкие ладони. Помнил, что тогда осторожно коснулся пальцев поцелуем и тут же отпрянул - лишнее.

Помнил, на ощупь потянувшись, чтобы осторожно стащить верхнее ханьфу с дрогнувших плеч.

- Я распоряжусь, чтобы приготовили снадобье от головной боли, -  почему-то прошептал он, словно боясь вспугнуть тишину, повисшую в воздухе. - А-Сан выпил слишком много вина...

Отредактировано Jiang Cheng (2019-11-22 22:50:47)

+2

6

Не Хуай Сан счастливо улыбнулся, поняв, что Цзинь Гуанъяо сдался — не сильно он и держался; впрочем, как и обычно. В густой приятной темноте эту улыбку, конечно, не было видно, и невозможно было отказать себе в ней.

Не Хуай Сан чувствовал теплую ладонь в своей и едва дышал; Не Хуай Сан небрежно бросил веер на резную тумбу у кровати и тут же забыл о нем — уже незачем прятаться; Не Хуай Сан первым делом освободил волосы от фибулы, со вздохом вытащив серебряную шпильку с опалом — он любил дорогие, красивые вещи.

Цзинь Гуанъяо тоже был дорогим и красивым.

Бесчисленное множество раз глава Не представлял его смерть перед сном — от своей руки, от руки брата Минцзюэ или даже, быть может, Лань Сиченя.

"Тебе же он так нравится", — с тупой злостью подумал Не Хуай Сан, отнимая свою ладонь.

Цзинь Гуанъяо помог ему снять верхние одежды; в темноте его прикосновения были легки и приятны. Не Хуай Сан даже не следил за тем, куда падает ханьфу, потому что был занят более важной мыслью.

— Твоя очередь, — и тут же потянулся к поясу Цзинь Гуанъяо, на котором слабо поблескивала клановая пэйюй.

На мгновение стало страшно, что брат оттолкнет его, и Не Хуай Сан, оставив в покое пояс — дрожащие пальцы бестолково путались в ткани — резко поднял голову.

Искать лицо Гуанъяо пришлось на ощупь — осторожно и невесомо, будто прикасаясь к нефритовой статуе, Не Хуай Сан очертил контур лица и погладил пальцами скулу.

"Интересно", — задался вопросом глава Не, — "А-Яо нравятся опытные или девственники?".

Не Хуай Сан поцеловал Цзинь Гуанъяо — медленно и аккуратно, словно боялся удара.

— Мне нравится, — честно признался после, — а тебе?..

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

Отредактировано Lan Xichen (2019-11-26 01:12:43)

+2

7

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon]Зрение медленно привыкало к темноте. Неясный силуэт перед ним шуршал дорогими тканями родового ханьфу, возился, распуская собранные волосы. Дышал.

Даже дыхание Хуайсана было совсем не таким, как у...

Глава Цзинь сжал в руках снятый с чужих плеч ханьфу и, опомнившись, осторожно отложил его в сторону.

До чего ты докатился, никчёмный человек? Пред тобой хмельной глава Не, уставший от собственных проблем и дурной славы, желающий лишь спокойной и праздной жизни. Ты сам лишил его этой привилегии, убив Не Минцзуэ. Своими руками убив...

Задумавшись, Яо пропустил момент, в который тонкие кисти рук Хуайсана вдруг оказались впутанными в плетение его пояса. Вгляделся в темноту прямо перед собой. Темнота, кажется, смутилась дерзкого порыва, и руки вместо этого скользнули на его лицо. Осторожные, лёгкие касания изучали почти невинно. Как слепец, знакомящийся с тем, кого увидеть глазами не сможет.

Яо сделал усилие и улыбнулся, когда пальцы ощупали его щёки. Почувствуй, я не сержусь.

Поцелуй не оказался неожиданным. И всё же Гуанъяо вздрогнул, отвыкший от нежных касаний. В последний раз то была его А-Су, ещё до свадьбы. Они были влюблены и торопились. Будто он чувствовал, что беды не миновать. Будто он мог...

Яо  не ответил на поцелуй, но и не препятствовал ему. Лишь осторожно коснулся тяжёлого шелка растрёпанных сейчас волос Хуайсана.
Что ты творишь? Ты сам не знаешь что... Ах да. Не знаешь, как обычно.

- Нравится, - эхом отозвался Яо, голос не громче шёпота. Он чуть отвернулся, отгоняя тревожные мысли о сложном своём браке. - Но ты пьян, и не ведаешь истиной природы своих желаний. Зачем тебе это, глава Не?

Мысль о подобном бесстыдстве посещала голову Гуанъяо, и не раз. Он знал, что грешен и запятнан разными деяниями, но мужчины его не привлекали вовсе. Вернее, так он думал ранее.

Сдержанная, чуть лукавая улыбка. Изящные, как у статуи черты лица, тепло в глубине карих глаз... Этот образ не следовало марать своими непонятными желаниями. Яо старался этого не делать. Его нельзя было обвинить в чём-то более постыдном, чем искренняя любовь, давно вышедшая за пределы братской.

Однако сейчас перед ним был другой мужчина. Красивый. Вызывающий нежность уже давно. Его уста не отличались от губ жены. Он был красив, изящен и вкусно пах сандаловым маслом.

Яо наклонился и поцеловал сам. Чуть более напористо. Чуть дольше. Вкус изысканного вина однако отрезвил его. Такая ирония.

- Ты пьян, - повторил он с улыбкой, погладив округлую щёку. - Я останусь с тобой, если хочешь. Но сегодня мы просто уснём, мой дорогой А-Сан.

Отредактировано Jiang Cheng (2019-11-24 11:43:26)

+2

8

Возможно, в некоторой мере он был прав — Не Хуай Сан и сам не знал, чего хотел, когда это начал; конечно, он всегда смотрел пристально, изучал каждую складку, платил слугам за подглядывание, невзначай проходился мимо спальни... чтобы увидеть убийцу своего брата.

Серое лицо Не Минцзюэ выглядывало из каждого темного угла, и Не Хуай Сан жег свет до восхода солнца — таким трусом он был.

Но напротив Цзинь Гуанъяо, в кромешной тьме он стоял спокойно и расслабленно, потому что бояться было нечего. Не Хуай Сан был уверен, что хорошо его знает; и догадывался, что ошибается.

— Зачем... Я просто хочу, разве это плохо?

Он произнес это капризно и почти обиженно — как будто выпрашивал новую игрушку. Как будто старший брат стоял рядом и бранил его за плохую учебу, а Мэн Яо — оправдывал.

Балованные дети всегда хотят большего.

Когда Цзинь Гуанъяо целует его, Не Хуай Сан подается вперед, чтобы вплести пальцы в волосы, стать ближе. Долго его удовольствие не длится.

— Ты пьян, — повторяет А-Яо.

Не Хуай Сан опасно сводит к переносице брови, неудовлетворенный таким ответом. Внутри него зреет ярость, глубоко пуская корни; он чувствует, как кровь горячеет и приливает к ладоням, сжимающимся в кулаки — так собирается ци для удара. У Не Минцзюэ, призывающего Ба Ся к бою.

Однако Не Хуай Сан пользуется лишь веером.

Поэтому он представляет себя тихим озером со стоячей водой и, плавно отпрянув, улыбается спокойно и искренне.

— Все же это нечестно, Яо-сюн, ведь мы уже начали, — мягко упрекает он и опускается на кровать, — но ты хотя бы останешься со мной, это тоже приятно.

Он снимает обувь и откидывает волосы назад, собирая их рукой, чтобы лечь. Под пологом немного душно, и Не Хуай Сан уверен, что спать будет плохо.

Однако засыпает он быстро — вцепившись в плечо Гуанъяо и уткнувшись лицом в подушку.

— Когда мы еще учились, я думал, что мы будем вместе всегда... Жаль, что Яо-сюн не может быть только со мной...

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

Отредактировано Lan Xichen (2019-11-26 01:12:50)

+2

9

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon]Не честно.

Яо улыбается и даже издаёт негромкий смешок: не честно.

Хуайсан бывает просто очаровательным, когда ведёт себя вот так. Всегда был таким, с самых юных лет, с самого дня их знакомства, когда Минцзюэ велел своему помощнику позаботиться о младшем Не.

- Всё честно, - терпеливо говорит он, помогая гостю устроиться под расшитым покрывалом, натягивает ткань на изящное плечо. Тренировки, что старший брат пытался вбить в младшего давно позабыты в прошлом и глава Не теперь самый изнеженный из своих сверстников. Самый тонкий... - Воспользоваться состоянием А-Сана было бы не честно.

Гуанъяо вздыхает, принимаясь раздеваться. Он не собирается отходить ко сну в верхних одеждах. Мыслимые грани приличия они оба уже нарушили, к чему теперь останавливаться? А ткань слишком плотная, слишком отягощённая шитьём, поутру она будет выглядеть просто невозможным образом, если не развесить. Он помнит - как слуга, и память эта вызывает горькую усмешку.

Теперь он слуга только себе. Но не против позаботиться о тех, кого любит.

Яо расстёгивает богато расшитый пояс, церемониальные наручи. Аккуратно снимает ушамао и любовно устраивает головной убор на тумбе. Сапоги становятся рядом с постелью - идеально ровно.

Прошло очень много времени с тех пор, как он делил свою постель с кем-то ещё. Признаться, он взволнован предстоящей близостью второго тела, но волнение это скорее уютное, предвкушающее. Яо на ощупь забирается под покрывало и обнимает Хуайсана, а тот доверчиво цепляется за его плечо. Он тёплый и разморенный вином и сонливостью. Он бормочет:

— Когда мы еще учились, я думал, что мы будем вместе всегда... Жаль, что Яо-сюн не может быть только со мной...

Хуайсан всегда был к нему добр. Никогда не обижал ни словом, ни взглядом. Один из немногих.

Оскорбления и насмешки, ядовитый шепот за спиной, вечные спутники Мэн Яо, пока он шёл вперёд, приклеив к лицу сияющую услужливую улыбку. Он был злопамятен и всегда ждал удобного момента, чтобы воздать обидчику по заслугам. Равно как и ответить добром на добро.

- Не могу, - шепчет он, касаясь губами мягких волос молодого главы Не. - Прости, что всё так вышло... Прости.

Хуайсан тяжело переживал смерть Минцзюэ. Чувство вины за убийство старшего брата давно давило на плечи, с годами становясь лишь сильнее. Никакое "прости" не могло облегчить этот груз.

Яо вдыхает запах волос своего А-Сана, пока не провалился в тяжёлый, полный смутных образов, сон.

<...>

Утром он проснулся со слабой головной болью. Рука странно затекла, а шеи касалось горячее дыхание. Секунду он непонимающе хмурился, но после вспомнил.

Ох, какой был... странный вечер.

Яо хотел было отстранить от себя спящего - привести себя в порядок, распорядиться о завтраке и отваре от похмелья - но передумал.
Вчера Хуайсан был настойчив в своём желании. Интересно, что он скажет при свете дня, когда хмель и темнота не кружат голову? Убежит? Придёт в ужас? Будет вести себя будто ничего не произошло?

При свете дня упомянутый Хуайсан выглядел беззащитным и слишком юным. Едва заметные морщины в уголках глаз разгладились. Он слегка приоткрыл рот и мирно посапывал на плече Гуанъяо. Мысль о том, что накануне он целовал эти самые губы, вызвала странное чувство восторга, смешанного с виной.

Если бы он только знал...

Яо вздохнул и откинул голову на мягкую подушку.

Отредактировано Jiang Cheng (2019-11-24 14:47:09)

+2

10

Хмельной сон Не Хуай Сана действительно то и дело прерывали кошмары: о смерти брата, о сгорающем в адском пламени Цин Хе... о смерти Гуанъяо.

Он силился проснуться, чтобы прервать ряд этих видений, но не мог, и пришлось продираться от одного кошмара к другому, пока, наконец, не наступило утро.

Не Хуай Сан не открывал глаза некоторое время, как будто прятался; раньше он так делал, чтобы Не Минцзюэ или Мэн Яо будил его. Ему нравилось, когда другие заботились о нем, и, оставшись в одиночестве, чувствовал себя несчастным.

Немного погадав, спит ли А-Яо, Не Хуай Сан проснулся окончательно и довольно улыбнулся: брат уже не спал. Он выглядел красивым и задумчивым. Именно это выражение встречалось редко, и его стоило запомнить, чтобы упрятать в памяти и возвращаться к нему потом.

— Доброе утро, — очень тихо произнес Не Хуай Сан, — кажется, знаешь, моя голова совсем не болит. Наверное, потому что ты спал со мной.

Он ощущал некоторое замешательство — хотелось поскорее прикоснуться к А-Яо, но он казался закрытым и отрешенным. Поборов сомнения, глава Не подвинулся ближе и нежно коснулся пальцами теплой ладони.

— Откровенно говоря... — сконфуженно начал он, — я никогда не знал, как люди начинают отношения. Это очень сложно, ведь нужно делать вид, что ты лучше, чем есть на самом деле. Старший брат говорил, что девам нужно дарить цветы, заколки и украшения... но у тебя всего этого в достатке, разве нет?

Не Хуай Сан смущенно отвернулся, не решаясь смотреть А-Яо в лицо. На самом деле, он ненавидел это желание прятаться; ненавидел, когда лицо против воли искажалось злостью и разочарованием, и приходилось прятать его за веером поскорее, пока никто не заметил.

Наверное, он не умел смотреть правде в лицо. Но все-таки, преодолевая себя, посмотрел Цзинь Гуанъяо в глаза и спросил:

— Итак... что ты можешь мне посоветовать?

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

Отредактировано Lan Xichen (2019-11-26 01:12:56)

+2

11

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon] Хуайсан проснулся раньше, чем начал возиться, изображая пробуждение. Яо почувствовал как в какой-то момент сонно расслабленное тело, прижимающее его руку к постели, вдруг чуть дрогнуло, но осталось на месте.

Совсем не повзрослел! Такие фокусы ведь были и раньше. Давно, в другой жизни, когда Мэн Яо приходил в комнаты младшего господина Не и мягко увещевал того подниматься и начинать новый день. Они оба притворялись, что всё взаправду...  Обоим это нравилось.
Воспоминание было приятным, но Яо не улыбнулся,  чтобы не нарушать момент, которого ждал. Осознание. Ну?

Хуайсан поднял растрёпанную голову. Он выглядел расслабленным и ничуть не смущенным находиться здесь, в постели и другим мужчиной. Это немного проясняло ситуацию.

Яо смотрел на него без улыбки, чуть подняв брови. Значит, всё помнит. Значит, действовал не под влиянием хмеля.

- Твой скромный слуга и не знал, что обладает целительными свойствами, - произнёс он, но сбился с мысли, потому что Хуайсан - одетый лишь в нижние одежды, растрёпанный, немного помятый Хуайсан с отпечатком смятой ткани на лице вдруг тронул его ладонь и заговорил об ухаживаниях. Заговорил серьёзно и так взволновано, что...

Яо рассмеялся. Смеясь добродушно, он чуть покачал головой и в ответ бережно сжал пальцы главы Не в своей руке.

- Значит ли это, А-Сан, что все эти годы принося подарки, я и сам ухаживал за тобой, как за девой? Не знал, что старший брат был... был столь романтичной натурой.

Не осмелившись произнести имя человека, так вероломно преданного им в прошлом, Яо почувствовал как скорбь и сожаление снова сжимают сердце. Однако моргнул, прогоняя тени из глаз.

- Я женат, А-Сан, - напомнил он с лёгкой извиняющейся улыбкой. - Пусть мой брак, возможно, не кажется тебе счастливым. Ты ещё молод и не должен тратить время на столь недостойного человека.  Брат красивый и имеет изысканный вкус, любая девица в Поднебесной потеряет сон, если брат решит поухаживать за ней.

Гуанъяо, вдохновившись идеей, привстал, оперевшись на локоть и, на секунду крепче сжал пальцы Хуайсана, прежде чем потянуться к  нему ближе и погладить по голове. Такой наивный... Зачем тебе лезть в грязь, если ты способен летать?

- Я могу тебе посоветовать больше проводить времени со своей избранницей, А-Сан. Будь вежлив и учтив, дари свой смех, как делала для меня моя А-Су. Лишь с той, с кем рядом ты ощущаешь гармонию и спокойствие, можно стать спутниками на пути к совершенствованию.

Слова отдавали неким сожалением об утраченном. И недоступном.

Отредактировано Jiang Cheng (2019-11-24 18:11:23)

+2

12

And you could be my enemy
And you could be my judge
If you could start remembering all the time that you used up


— Вот уж не думаю, что я похож на деву! - Фыркнул Не Хуай Сан и снова отвернулся, невольно отрываясь от руки Цзинь Гуанъяо.

Это было даже немного возмутительно, хотя, конечно, А-Яо просто шутил. Глава Не обратился к своей памяти и не нашел в ней ничего похожего на шутки — на собраниях глава Ланьлин Цзинь был учтив и серьезен.

— Ладно, может, я согласен быть девой, — подумав, согласился глава Не, — только немного.

Сердце на мгновение замерло, когда Гуанъяо сжал его ладонь, и от этого стало сладко и остро; и Не Хуай Сан довольно прикрыл глаза, ничуть не удивленный ответом. Это не могло быть так просто.

— Проводить больше времени... Это хороший совет, — признал он, вставая с постели и убирая с лица спутанные волосы.

Орден Не существовал почти без участия своего главы, постольку поскольку. Терял ли он деньги на неудачных решениях, принятых непонятно кем в суматохе? Конечно. Однако Не Хуай Сан никогда не переживал о деньгах. И едва ли его волновали люди, живущие на земле Цин Хе.

Поэтому в своем свободном, не отягощенным делами графике Не Хуай Сан мог выделить сколько угодно времени на поездки в Ланьлин.

Он быстро нашел верхнее ханьфу, заброшенное ночью, и торопливо обулся, не оборачиваясь. Все же он чувствовал досаду, но тем было интереснее — разве приятна победа, которая далась легко?..

Беда Не Хуай Сана заключалась в том, что он не мог контролировать лицо, выдающее все его эмоции. Ханьгуан-цзюнь выглядел как глыба льда, и этому можно было завидовать. Увы, не всем дано так хорошо держаться.

Не Хуай Сан огляделся по сторонам, однако совсем забыл, куда дел веер, и нигде его не было видно.

— Яо-сюн, — протянул он, схватив заколку и усевшись на кровать, — уложи мои волосы. Пожалуйста.

Он подумал немного и решил, что звучало это не очень приятно, поэтому тут же добавил:

— Потом будет моя очередь. Если хочешь.

And you could be my remedy
If you could show me love
If I could stop remembering all the time that you used up


[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

Отредактировано Lan Xichen (2019-11-26 01:13:03)

+2

13

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon] Поведение Хуайсана было до боли знакомым, словно свежий весенний ветер или капризный слепой дождь. Сегодня, или через десять лет, Хуайсан будет всё тем же - приятное исключение из правил. Возможно, поэтому он был так привязан к младшему брату Минцзуэ?..

- Ты не дева, ты молодой мужчина. Поэтому прости невежественному брату его смятение, - склонив голову, с улыбкой обратился Яо к спине Хуайсана - тот поднимался с постели.

Глава клана Цзинь, прославленный Верховный Заклинатель продолжал лежать в ворохе одеял, наблюдая за гостем. 

Лучи утреннего солнца играли в взлохмаченных волосах, подсвечивали помятые нижние одежды. Яо не испытывал волнительного трепета, как от взгляда на А-Су тем утром, что они провели вместе. Но он определённо не мог смотреть на Хуайсана прежними глазами простого слуги, вдруг ставшего братом.

Стоило тому, вновь одетому, сесть на кровать и обратиться с просьбой позаботиться о его волосах, как в дверь постучали.

Гуанъяо вздрогнул. Мысль о том, что кроме них двоих и приятных моментов, словно призванных из прошлого, существует целый мир до сего мгновения он старательно отгонял прочь.

- Конечно, - произнёс он, поспешно откидывая покрывало и ступая на ковёр. - Всё, что захочет брат.

Верхнее ханьфу со вчерашней ночи висело на ширме. Оно было церемониальным, приготовленным для собраний кланов, как и богатые наручи и чересчур тяжёлый пояс. Даже в спешке одевшись, он вызовет подозрение у стоящего за дверью визитёра. Глава Цзинь провёл ночь в гостевых покоях... Представляете?

Цзинь Гуанъяо не боялся разговоров за своей спиной. Дурная молва всю жизнь преследовала его по пятам, перебивая честные заслуги. Однако сейчас в дело был вовлечён так же глава Не.

Какой скандал, с усталой улыбкой решил он и, как был, в нижних одеждах направился к двери.

Не смотря на малый рост и не выдающееся для мужчины телосложение, Цзинь Гуанъяо научился держать себя в нужном свете. Он расправил плечи и рисованная пионами дверь отъехала в сторону. Слуга, что ждал снаружи, отпрянул от неожиданности, но поспешно склонился в поклоне.

Не проявив и тени смущения, не оправдывая неподобающий вид, глава велел тому доставить в покои завтрак на две персоны, а так же приготовить снадобье от головной боли.

Это ему ещё аукнется. Обязательно.

Цзинь Гуанъяо задвинул двери на место, едва слышно вздохнув и повернулся к Хуайсану.

- Главу Не не страшат слухи? - спросил он, подходя ближе и взял инструктированный гребень с тумбы у постели. - Моих извинений мало уже сейчас, а ведь дальше может быть только хуже...

Он подошёл ближе, с заминкой присев на край широкой постели и дотронулся обеими ладонями до густых волос Хуайсана. Бережно распутал пряди, распределяя вдоль узкой спины. Взялся за гребень. Движения осторожные, не причинить бы боли.
Раньше он часто приводил растрёпанного с ночи Хуайсана в порядок, плел тому тонкие косы на затылке, чтобы соорудить изящный пучок и заколоть красивой шпилькой.

Но иногда... иногда их утренним ритуалам препятствовал Первый брат. Врывался в покои младшего и выставлял покорного Яо прочь. Сначала Яо боялся, что вспыльчивый Минцзуэ в очередной раз расстроит младшего Не своей руганью. Но быстро заметил, что волосы Хуайсана после таких визитов уложены по-особому - простовато и немного неловко. А Сам Хуайсан ничуть не расстроен...

- Кто сейчас укладывает твои волосы поутру? - тихо спросил он, сплетая аккуратный пучок и протянул руку за заколкой.

Отредактировано Jiang Cheng (2019-11-25 17:28:56)

+1

14

Тихое, приятное утро прервалось, стоило только Не Хуай Сану настроиться на добрый лад. В Цин Хе в такую рань едва ли кто-то решился бы его побеспокоить — все слуги избегали его, и он был этим вполне доволен. Возможно, они даже его презирали — тем лучше.

Он вздрогнул от стука в дверь и быстро встал, чтобы открыть и недружелюбно поинтересоваться, в чем дело, однако Цзинь Гуанъяо опередил его — предусмотрительно, как всегда.

Безусловно, слуга не ожидал увидеть главу клана собственной персоной на пороге гостевой спальни. Не одетого главу клана.

Не Хуай Сан едва выглядывал из-за плеча Цзинь Гуанъяо и чувствовал, как в нем закипает злость. Она переливалась в нем по капле с каждым днем, становясь все сильнее, однако он был уверен, что справится.

Приметив на столике у ширмы брошенный вчера веер, глава Не схватил его и, раскрыв на полпути, вернулся к постели.

— Едва ли меня беспокоят слухи. Их и так уж полно, хуже не станет, — безразлично бросил он, с удовольствием обмахиваясь, — да и разве тебя они волнуют, Яо-сюн?

"Ты же можешь убить их всех".

От узоров на бумаге, разбавленных золотой краской, становилось спокойнее на душе, и Не Хуай Сан улыбнулся, прикрывшись веером.

От пальцев А-Яо было приятно и тепло; глава Не невольно вспомнил былые дни, беззаботные и похожие один на другой. Сколько раз Не Хуай Сан убегал от старшего брата, чтобы не идти на ненавистные тренировки? Сколько раз брат Яо находил его и звал на ужин?

Он не успел доказать Не Минцзюэ, что тоже чего-то стоит; не только меч может быть острым.

— Кто сейчас укладывает твои волосы поутру? — Вдруг спросил А-Яо, и Не Хуай Сан вернулся с небес на грешную землю.

— На самом деле, я сам. Когда я только начал это делать, результат попыток выглядел очень жалко. И даже сейчас выглядит не так хорошо, как ты делал. Старший брат тоже старался, но...

Глава Не не смог удержать смешка и против воли дернулся; ощутил, как натянулись волосы в чужих руках, и тут же поник.

"Разве я разрушил все это?" — спросил он сам себя и яростно скривил губы.

— Мне кажется, Яо-сюн, люди не умеют быть благодарными.

Не Хуай Сан с тихим шелестом сложил веер и подал Гуанъяо свою заколку, коснувшись пальцами его ладони.

— Разве ты мало для них сделал? Я бы давно перестал стараться, если бы обо мне постоянно болтали всякое. А ты такой милосердный и терпеливый, Яо-сюн.

Он с удовольствием потянулся, ища взглядом зеркало; серебряная гладь в резной раме отразила его сияющее лицо и безупречный пучок на затылке, стянутый ровными косами.

Не Хуай Сан повернулся и протянул руку за гребнем:

— Спасибо. Как и всегда, мне с тобой не сравниться, но я постараюсь.

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

Отредактировано Lan Xichen (2019-11-26 01:13:11)

+1

15

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon] Гуанъяо улыбался. На сей раз - доброжелательно, с едва заметным блеском в глазах. Будто кто-то мог увидеть зияющую чёрную пропасть внутри него. Затылок Хуайсана с заботливо расчёсанными волосами и красиво скрученными косами был близко, а под занавесом шёлковых прядей - тонкая, нежная шея. Хрупкая...

Старший брат. Старался.

Хуайсан говорил такие простые, такие правильные вещи. Словно ребёнок, лепетал о милосердии и терпении. И каждое слово кинжалом втыкалось в грудь Яо.  Рука чуть дрогнула, заколка едва не выпала из ладони.

А-Сан, что бы ты сделал, если бы узнал правду? - безмолвно спросил он у доверчиво подставленной спины. Что бы сделал, если бы узнал, кто отсёк голову  твоему старшему брату?

- Вот и всё, - голос  не дрогнул. Заколка увенчала голову Хуайсана, не потянув ни волосинки.  Яо залюбовался - он сам подарил эту искусно выполненную вещицу. И помнил каждый подарок, преподнесенный младшему Не, ведь и выбирал  - каждый.

Хуайсан прошёлся по комнате, словно хозяин Нечистой Юдоли, собранный и сияющий. Когда как сам хозяин протягивал ему гребень, одетый лишь в помятую рубашку...

- Брат льстит мне, - вздохнул Гуанъяо, вкладывая гребень в протянутую ладонь и улыбнулся. - Это теперь твой. Я приобрёл его у странствующего торговца редкостями. Не смог удержаться. Подумал, брат оценит столь тонкую работу мастера.

Сказав так, он начал одеваться. Облачился в ханьфу, бережно приладил пояс на место, расправил рукава. Будто когда принесут завтрак, вся челядь на кухне не успела обсудить главу, в исподнем путешествующего по чужим покоям...

- Наши деяния, вот что главное. Они погубят нас. И спасут нас, - произнёс он, глядя в сторону окна. Погожий день грядёт. - Но за всё, что совершили, нам воздастся по заслугам. За добро - добром, за...

И снова стук прервал их беседу.

Слуги, проворные и молчаливые, в шесть рук накрыли стол, внесли завтрак и с поклонами удалились. Только прошуршали негромко одежды и соприкасались подошвы с дорогими коврами.

- ...ты голоден, А-Сан? - позвал Гуанъяо, взмахивая тяжёлым рукавом. Улыбку второго слуги он успел заметить. Знающую. И немного испуганную. - Каков же хозяин, если гость чувствует себя обделённым?

Отредактировано Jiang Cheng (2019-11-27 18:48:31)

+1

16

— Не принижай себя, — с напускной строгостью произнес Не Хуай Сан, принимая гребень, — ты тоже любишь красивые вещи. И красивых людей.

Разве есть те, кому интересно уродство, затаенное в глубине души?..

"Гори", — думает глава Не, глядя на крыши сыхэюань в Цин Хе, позолоченные рассветным солнцем.

Гори — набатом бьет кровь в ушах, когда глава Не поднимается по узкой каменной лестнице крепости-людоеда.

Все это должно сгореть, развеяться пеплом, осесть в землю, но не дать плодов; чтобы само небо забыло, как выглядел орден Цин Хе Не — проклятый род мясников, не способных совладать со своей силой.

Все бешеные звери должны быть прикончены до того, как успеют укусить.

Не Хуай Сан думал об этом, разглядывая костяной гребень в своей ладони — такими безупречными могут быть только хрупкие бездушные вещи, к которым он был так привязан и которым так желал уподобиться.

— Ты всегда балуешь меня, брат.

Он отложил гребень в сторону и подошел к Цзинь Гуанъяо, чтобы помочь одеться. Глава Ланьлин Цзинь уже почти справился сам, однако это было неважно; Не Хуай Сан медленно провел ладонью по крупной вышивке на рукаве, чтобы перехватить тонкое запястье и потянуть на себя.

Он приблизил руку А-Яо к лицу и стал целовать пальцы по очереди. Невесомо и осторожно, как если бы прикасался к нефритовой статуе; глядя исподлобья прямо в глаза, нехотя отрывая губы от теплой кожи, которой раньше касался лишь голодным взглядом.

Не Хуай Сан с трудом заставил себя прекратить и вернуться к делу.

Он легко расчесал Цзинь Гуанъяо; разница в их росте была невелика, но, определенно, гораздо легче было привести в порядок волосы другого человека, нежели свои собственные на ощупь. Глава Цзинь не собирал в волосы в цзы и не пользовался заколками, поскольку постоянно носил ушамао, однако Не Хуай Сан стянул пряди от висков в маленький узел на затылке.

В дверь опять постучали.

— Я очень голоден, Яо-сюн, — с расстановкой ответил глава Не, усаживаясь за стол.

Замечать слуг ему не хотелось, поэтому он делал вид, что их нет. Не Минцзюэ всегда старался быть на короткой ноге и со старшими заклинателями Цин Хе, и со старшими слугами, но Не Хуай Сану это было ни к чему.

— Думаю, к обеду я уже должен быть в Цин Хе, — наконец произнес Не Хуай Сан, внезапно почувствовав себя опустошенным и безразличным.

Сначала он хотел спрашивать Цзинь Гуанъяо обо всем подряд, как и обычно, однако сил на это совсем не осталось; он и так сказал и сделал явно больше, чем собирался.

И злился на себя за это.

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

+1

17

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon] <...>

- Вся семья? - уточнил Верховный заклинатель, склонив голову набок. Между бровей на секунду мелькнула складка.

- Истинно так, - подтвердил побледневший слуга. Цзинь Гуанъяо никогда не обращался со слугами дурно, но отчего-то его побаивались . Особенно сообщая  тревожные вести.

- Даже Мо Сюань Юй?

Слуга на пару секунд замешкался. Слава о Мо Сюань Юе ходила самая скандальная. Ещё бы! Этот сумасшедший был обрезанным рукавом, приставал к ученикам, за что и вылетел с позором, не закончив обучение в Ланьлин и совершенно не добившись успехов. Мало того, говорят, он и к Верховному заклинателю пытался приставать!

Взгляд Цзинь Гуанъяо оставался открытым, выражение лица почти не выдавало беспокойства. Почти.

Слуга выпрямился, словно звенящая струна гуциня. Сглотнул.

Слухи, слухи слухи. Ими земля полнится.

- Местные говорят, молодой господин Мо покинул деревню верхом на осле. Больше его там не видели!

- Расскажи подробнее о причине смерти. Что это была за нечисть?

Следующие несколько минут глава Цзинь медленно прохаживался по залу, заложив руки за спину и слушал.

Призрачная лютая рука,  учинившая беспорядок в деревеньке Мо, убитая семья, приглашённые адепты из Гу Су и сбежавший -ещё один -бастард Цзинь Гуаньшаня.  Всё это звучало подозрительно.

- Можешь идти. Благодарю, - наконец, произнёс глава. И заметил, как слуга не сдержал вздоха облегчения.

Главный зал Башни Кои в это время был пуст. Глава слушал удаляющиеся шаги, стальным взглядом рассматривая прекрасную гравюру на стене и хмурил  брови. Следует разобраться со слухами. Узнать больше подробностей. Мо Сюань Юй в своё время интересовался тёмными искусствами и болтал об этом весьма открыто...

- Глава Цзинь, Верховный Заклинатель! - второй гонец вошёл в зал, едва не споткнувшись на пороге и склонился в почтительном поклоне.

- Что произошло?

- Глава клана Не, господин Не Хуайсан у Башни Кои. Просит встречи с вами!

На сей час брови главы Цзинь удивлённо приподнялись вверх. А-Сан не присылал весточек о намерениях приехать. Обычно он сообщал о визите загодя, чтобы хозяин резиденции успел достойно подготовиться ко встрече гостя.

- Конечно, я встречу главу Не, - кивнул он, благосклонно  улыбнувшись. - Проводите дорогого гостя прямиком сюда.

Слуги в дверях быстро переглянулись и выскочили прочь.

Слухи.

Цзинь Гуанъяо неровно вздохнул, отгоняя преследующее его воспоминание о последней встрече с Хуайсаном.  Капризное, вызывающее поведение, острый взгляд исподлобья... скользящие по его пальцам невесомые поцелуи.

Неясное чувство сжало его сердце. Дать ему имя пока было рано. Да и наступит ли то время? Не Хуайсан приехал вовремя. И нет. Новости о резне в деревеньке Мо могут его заинтересовать, а могут и не вызвать вовсе никакого интереса. Порой Цзинь Гуанъяо совершенно не догадывался, что творилось в голове у брата. Но был неизменно рад его визитам.

- Глава Не, - сложив руки перед собой и отвесив учтивый поклон, поприветствовал он торопливо входящего в залу Хуайсана. - Брат рад тебя видеть и надеется, что неожиданная встреча вызвана лишь удачей. Всё ли в порядке?

Отредактировано Jiang Cheng (2019-11-27 21:08:26)

+1

18

Не Хуай Сан впервые за долгое время спокойно спал. Он знал, что в эту ночь Старейшина Илин должен вернуться в физический мир не без помощи Мо Сюань Юя.

Потому что он сам устроил это.

Когда гора Луаньцзан пала после смерти хозяина, все кланы пытались урвать те артефакты и записи, что остались после Вэй У Сяня. Каждый втайне надеялся найти способ создания печати Хуфу, владелец которой сможет держать в кулаке весь мир.

Не Минцзюэ откровенно не интересовался этой гонкой — ценность бумаги он никогда не признавал; однако Не Хуай Сан подсуетился и впоследствии не раз радовался этому.

Он сможет воскресить Вэй-сюна. Интересно, что бы сказал самый сильный в мире магистр темного пути, если бы узнал?..

Но он никогда не узнает.

<...>

Не Хуай Сан проснулся в отличном настроении и тщательно подготовился к визиту в Башню карпа. Предупреждать о своем появлении ему не хотелось, хотя ранее он всегда оповещал главу Цзинь заранее, как того требовал этикет.

Слухи о призрачной руке расползлись по земле буквально в мгновение ока: слуги боязливо шептались по углам, и уже к обеду история обросла немыслимыми подробностями, а к ночи и вовсе должна была превратиться в главную детскую страшилку.

Заподозрит ли Цзинь Гуанъяо что-нибудь?

"Рука брата", — равнодушно подумал Не Хуай Сан.

Способ убийства Не Минцзюэ поражал своей жестокостью, но плоть мертвеца не вызывала никаких чувств. Время от времени Не Хуай Сан жег свечи и палочки в храме предков Не, надеясь, что душа брата нашла покой где-то там, за пределами мира живых.

Хотя Не Хуай Сану был известен убийца, нередко он спрашивал себя: видел ли брат Цзинь Гуанъяо в лицо, когда умирал? Каковы были его последние слова?..

Эти размышления, обычно тоскливые и однообразные, более не волновали его, сделались пустыми.

Он справился.

<...>

Входя в главный зал Башни карпа, Не Хуай Сан смотрел прямо на Цзинь Гуанъяо со своей обычной наивной улыбкой. Веер был из последних, но точно не из тех, что ему дарил Ляньфан-цзюнь — по какой-то причине ни к чему, связанному с ним, не хотелось прикасаться.

Не Хуай Сан пытался отделить себя от Гуанъяо, чтобы в полной мере осознать свой триумф и наконец насладиться им.

— Здравствуй, брат. Ранее ты упоминал, что для дозорных башен все еще требуются дежурные заклинатели. И я привел их.

Не Хуай Сан подошел поближе, едва не нарушив личное пространство, принятое каноном этикета. Он лучился спокойствием и радостью оттого, что смог выполнить задуманное.

Однако с каждой секундой, что он рассматривал Цзинь Гуанъяо, радость его давала все больше трещин.

Он больше не испытывал ярости.

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

+1

19

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon]Не позволив тени тревожных мыслей отразиться на лице, Гуанъяо сложил руки за спиной. Он рассматривал довольного Хуайсана, пока тот подходил ближе. Ближе, чем положено.

- Здравствуй, брат.  Ранее ты упоминал, что для дозорных башен все еще требуются дежурные заклинатели. И я привел их.

Улыбка стала шире.  Дозорные башни были тем добрым делом, на которое Верховный заклинатель не жалел ни сил, ни времени, ни денег.  Башни были слишком полезны - такой охват территорий, быстрота реакций... и к тому же, первому узнавать о происходящем в Поднебесной было совершенно не лишним.

- Это прекрасная новость, - Яо склонился в лёгком поклоне, в голосе ясно читалось удовольствие, - Я крайне признателен тебе за поддержку в столь сложное время. Увы, не каждый клан готов сотрудничать и присылать людей для охраны дозорных башен. Но смею надеяться, остальные вдохновятся твоим примером, глава Не и поймут ценность этого поступка для родных кланов и простого населения.

Он негромко хлопнул в ладоши и слуга, замерший у дверей немедленно шагнул вперёд.

- Распорядись о размещении адептов  клана Не. Пусть они отдохнут с дороги и пользуются нашим гостеприимством с лёгким сердцем.

Проводив посланника благосклонным кивком, Яо вновь вернул внимание Хуайсану. Шагнул ближе, теперь не сдерживаемый чужими взглядами. Порывисто коснулся руки.

- Я рад, что ты приехал, - сказал он искренне. - Не так давно дозорные с северной башни доложили о тревожных событиях в деревеньке Мо. Многие заклинатели отправились в окрестности на ночную охоту. Ты слышал что-нибудь об этом, А-Сан?

Яо легонько потянул гостя за рукав, предлагая покинуть залу через боковые двери. Через внутренний сад они миновали пруд с карпами и пышно цветущие кусты пионов. Слуги по бокам дверей в малую залу вытянулись по швам и были отпущены скупым взмахом руки. Здесь проходили неофициальные встречи. Часто, с названными братьями. И было куда удобнее отдохнуть с дороги.

- Могу ли я предложить тебе чаю? Может, вина? Близится час обеда. Надеюсь, брат разделит его со мной? - поинтересовался глава Цзинь, задвигая за ними расписные двери.

Отредактировано Jiang Cheng (2019-11-28 14:22:46)

+1

20

Не Хуай Сан сложил веер и улыбнулся, услышав похвалу от брата — всегда было приятно помочь ему.

— Это наименьшее, чем я мог помочь, — спокойно произнес глава Не, — хотелось облегчить груз, который ты взвалил себе на плечи. Что касается материальной стороны дела — я готов выделить любую сумму из орденской казны.

Денег у ордена Не было вдоволь; конечно, с Ланьлин Цзинь никто не мог сравниться в роскоши — в народе ходили слухи, что у слуг в Башне кои даже нижние одежды пошиты золотой нитью. После Аннигиляции солнца область влияния Цин Хе расширилась, захватив часть вэньских земель.

В то далекое время все преследовали беженцев из Безночного города, включая детей и женщин, чтобы отправить на рудники или в поля. Кто-то убивал их ради потехи.

Почему-то Не Хуай Сан совсем не помнил, какое участие в этом принимал Не Минцзюэ. В конце концов, именно он отсек голову Вэнь Сюю и насадил на шест, чтобы демонстрировать всем желающим.

Глава Не опомнился и вздрогнул, ощутив прикосновение к руке, держащей веер.

— Я тоже рад видеть тебя, — руку Цзинь Гуанъяо он отпускать не хотел, и послушно пошел за ним, схватившись за запястье, — Яо-сюн, об этом уже говорят в Цин Хе. Слухи быстро расходятся. Если это всего лишь деревня, там наверняка нет своих заклинателей. Было бы предусмотрительно отправить в эту местность кого-нибудь для проверки... или нет? Я не уверен.

Что глава Цзинь знал о деревне Мо? Не Хуай Сан редко выдавал такие осознанные речи, и отступать от своих правил ему не хотелось, однако если он закроет эту тему, ему ничего не удастся выяснить.

Эта игра долго была его развлечением, скрытым ото всех; и все же в нее можно играть вдвоем.

Сад на воде выглядел прекрасно, и Не Хуай Сан искривил губы, вновь вспоминая об одноцветных степях Цин Хе — им всегда не хватало воды и цвета.

— Вино будет после, — решил глава Не, беспокойно вертя веер; на этот раз — из ткани, — разве не рано для него? На самом деле, я вовсе не голоден, но могу составить тебе компанию.

Он задумчиво рассматривал тяжелую вазу с благоухающими розовыми пионами; лепестки у цветков в центре уже начали опадать.

— Я много думал о тебе, — после некоторого молчания признался Не Хуай Сан, пристально глядя на Цзинь Гуанъяо.

Ему тоже всегда не хватало цвета.
[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

+1

21

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon]Признаться, Гуанъяо ожидал услышать привычное "не знаю". Но получил совет, который Хуайсан, словно спохватившись, разбавил неуверенностью.

Поистине, день сюрпризов.

Глава улыбнулся гостю, принимая ответ об обеде и быстрым шагом пересёк  комнату.

— Я много думал о тебе, - слова заставили его сбиться с шага и повернуться, слегка растеряно всматриваясь в (не)знакомое лицо. Слова, взгляды, сама аура порой принадлежали будто бы другому человеку. Человеку, который знал точно, чего хочет.

Этот человек заставлял Яо испытывать смятение. И любопытство. Он выдержал долгий взгляд, прежде чем улыбнуться немного иначе. Словно обещая.

Лишь потом распахнул неприметную дверь у дальней стены. Дежуривший там слуга поспешно склонил голову, принимая четкие распоряжение: отправить  отряд заклинателей из десяти человек присоединиться к ночной охоте в окрестностях горы Дафань и разузнать все подробности об инциденте в деревне Мо; подать обед, когда полуденные тени коснутся пруда у ворот; беспокоить глав за обсуждением дел только в случае крайней необходимости.

Ещё не услыхав весть о прибытии Главы Не, Гуанъяо намеревался распорядиться временем иначе.

Однако  был готов отодвинуть свои обязанности на несколько часов, чтобы гость не  заскучал в Ланьлин.

- Прошу простить эту заминку , А-Сан, - теперь он двигался не спеша. Расшитый золотом рукав качнулся в направлении удобного ложа. Ранее это место предпочитал Не Минцзуэ. Сидел расслабленно облокотившись на мягкие валики, но неизменно припечатывал Яо тяжёлым взором и казался недовольным... Казалось кощунством предложить его место Не Хуайсану. Именно поэтому он предложил. И усадил, осторожно сжимая плечо.

- Устраивайся удобно, у нас есть время для разговоров, - рука сжалась чуть сильнее, словно пытаясь размять затекшие мышцы. Пальцы скользнули ближе к шее, надавили снова, едва заметно мазнув по коже самыми кончиками. - Обед принесут чуть позже, ты успеешь проголодаться.

Яо закусил щёку изнутри, таки узрев младшего брата на месте старшего. Они вовсе не были похоже. Минуло время, когда Мэн Яо предано следовал воле главы Не. Минуло время, когда тот представлял собой опасность. Для чего же нынешнее время дарует ему нового главу Не и эти встречи?.. Отчего-то казалось, они не случайны.

- Желаешь ли ты обсудить ситуацию с семьёй Мо? - спросил он, присаживаясь рядом, рука нежно скользнула по плечу, чтобы чинно вернуться на колено. Он выглядел собранным, только в глубине глаз поблескивали искры. - Признаться, пока мне известно не так уж много. Однако нечисть успела перебить целую семью, и это дело привлекло внимание многих кланов. Адепты Гу Су Лань были приглашены в те края самой госпожой Мо. А значит, тому была причина... А-Сан, ты слушаешь? Ты хорошо себя чувствуешь?

Привычным жестом, словно не минуло две декады с его изгнания из клана, Яо осторожно дотронулся до лица Хуайсана. Убрал пряди волос в сторону. Коснулся лба, мазнул пальцами по щеке. Кожа была сухой и вовсе не горячей.

И он знал об этом заранее.

Отредактировано Jiang Cheng (2019-11-29 18:42:26)

+1

22

Не Хуай Сан послушно сел на предложенное ему место; он представлял, как Не Минцзюэ сидел здесь — каменно-неподвижно, напряженно, как всегда — и неотрывно следил за движениями и словами Цзинь Гуанъяо.

Брат улыбнулся, потер шею кончиками пальцев, едва заметно вздохнул. Свет был рассеянным и приглушенным; вышивка на одеждах тускло блестела.

Только Не Хуай Сан наблюдал совсем не точно так же, как Не Минцзюэ.

Если он заранее все знал, то почему не сказал Лань Сиченю? Разве не стоило беспокоиться о здоровье первого нефрита?..

"Стоило," — ответил сам себе глава Не, ерзая на месте, — "вот почему".

Вот почему Не Минцзюэ промолчал — только бы Сичень не кинулся спасать непонятого, несчастного, вынужденного обстоятельствами и злой судьбой А-Яо.

— Семья Мо... — облизнув пересохшие губы, произнес глава Не, поворачиваясь к Гуанъяо; расстояние между ними стало совсем ничтожным, — разве Мо Сюань Юй не был изгнан из Ланьлин за странное поведение? Он не был наследником семьи. Наверняка просто перебил всех, кого смог, и...

Продолжать говорить что-то осмысленное было очень трудно. Не Хуай Сан застыл, с интересом и удивлением глядя на Цзинь Гуанъяо.

— Сейчас — очень хорошо, — честно признался Не Хуай Сан, потянувшись навстречу; он уткнулся лицом в теплую ладонь и оставил поцелуй на запястье.

Он потянулся еще, чтобы приблизиться к лицу А-Яо, и тут же задел локтем серебряную курильницу для благовоний, стоявшую на резной тумбе.

— Ох, — Не Хуай Сан неловко поймал курильницу в воздухе и вернул на место, дернувшись в сторону, — извини.

И обернулся к Цзинь Гуанъяо, чтобы продолжить начатое.

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

+1

23

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon] Хуайсан реагировал на его касания, словно прирученный зверёк - ластился к рукам, норовил придвинуться ближе. Про себя Цзинь Гуанъяо не знал, плакать ему или смеяться. Однако не хотелось ни того, ни другого.

Так странно. Что ему с этим делать?

Из всех живущих в Поднебесной, лишь один человек смог вызвать в душе Мэн Яо искреннее, всепоглощающее, тёплое чувство. То был, конечно, Первый Нефрит клана Лань. Сострадательный, отзывчивый, с большим сердцем. То, как безоговорочно он доверял названному брату, заставляло лишь сильнее желать его внимания. И тем осторожнее Яо держал себя на подобающем расстоянии. Он не был достоин этого человека. Не был достоин его дружбы. Куда уж говорить о большем?..

Не Хуайсан был избалованным ребёнком. Он не блистал на обучении в Гу Су, старательно ускользал от тренировок, что требовал Не Минцзуэ. Но точно знал цену баснословно дорогим и изящным безделушкам. И сам... словно был таковой. Маленькая птица в клетке, сотканной из нитей долга, происхождения и обязанностей. Раз за разом вылетает прочь - но возвращается в привычную золотую роскошь.
Яо начал баловать его давно - в какой-то мере, чтобы досадить Минцзуэ - "Смотри, твой маленький брат меня любит и вовсе не боится".  Однако Хуайсан был добр, нежен и платил за эти проявления заботы искренним обожанием.  Не то чтобы много людей выражало к бастарду Гуаньшаня тёплые чувства.

Яо доставляло удовольствие делать ему подарки. Он привык к младшему Не и его желанию быть рядом. Ему было приятно ощущать тепло. Пусть чувство вины за смерть Первого брата и омрачало эту связь.

К чувству вины он привык как к ноющей старой ране.

Только вот взгляд Хуайсана с некоторых пор скрывал куда большее желание. Словно ребёнок вдруг вырос...

Вот и сейчас - тянулся губами - к запястью, руками ближе, все телом... Гуанъяо наклонил голову набок, наблюдая, не препятствуя этому порыву. Пока не услыхал звяканье.

Мгновенно по его жилам скользнул холод - бесценная курильница, подаренная А-Хуанем едва не слетела на пол. Он протянул дрогнувшие руки. Но  Хуайсан поймал вещицу первым и вернул на место.

- Всё в порядке, А-Сан, - мягко произнёс он, и сделал над собой усилие, чтобы немедленно не подхватить подарок и не перенести в другое место. Возможно, чувство беспокойства сильно исказило его черты? Пришлось объяснить. - Эта курильница - первый подарок, что сделал мне названный брат, Лань Сичэнь.

Он поднялся с места, забирая вещицу. Пальцы скользнули по серебряной крышке с нежностью, что дарят жене, не простому подарку.

- Раз уж она дала знать о себе, не лишним будет воскурить благовония  и успокоить разум.

В богато украшенной деревянной шкатулке хранились мешочки с ароматными травами, глава Цзинь выбрал тот, что первым попался под руку.

- Ты говорил о Мо Сюань Юе, - заговорил он, складывая травы в курильницу и стоя к Хуайсану в пол оборота. Голос ровный и слегка сочувственный. - Бедный юноша совсем потерял рассудок. Я не хочу сказать о нём ничего дурного. А значит, не скажу ничего. С тех пор, как юный господин Мо покинул Нечистую Юдоль, о нём более не говорили в Ланьлин. Жаль, если слабый рассудок стал причиной, по которой мстительный дух сумел завладеть его телом...

На самом деле, судьба молодого господина Мо вовсе не беспокоила думы главы Цзинь. Как и судьбы всей семьи Мо. Заносчивая была госпожа.

Гуанъяо развернулся к гостю, оставив испускающую ароматный дым курильницу на столе.

- Что бы сделал ты, брат? Как поступил бы с сумасшедшим, погубившим семью Мо?

+1

24

Не Хуай Сан блаженно улыбнулся, прикрыв глаза:

— Столь ценный подарок стоило бы хранить более тщательно, Яо-сюн.

Его голос не выдал и капли ярости, но зубы сжались с огромной силой. Он снова начал перебирать рейки клееного веера; они заметно выцвели более чем за десять лет службы, хотя ткань нигде не потерлась и все еще переливалась серебреными нитями.

Когда-то давно Не Минцзюэ подарил младшему брату этот веер, а потом мир захлестнула открытая война, и больше Не Хуай Сан о себе добрых слов не слышал. Он, конечно, знал: брат жалел о том дне, когда в сердцах закричал ему, что он даже не может считаться мужчиной.

Мэн Яо выслуживался в Цишань Вэнь под видом шпиона, но что бы делал он, если бы Аннигиляцию солнца разбили? Остался бы на своем месте, не сожалея о такой судьбе.

Лань Ванцзы показал себя с лучшей стороны, хотя в последствии заступился за Старейшину Илин и получил по заслугам, но выкрутился бы он, если бы глава Лань не заступился за него?

Лань Сичень... может быть, один из (немногих) благородных людей, но и он не очень-то умен.

Лучше почить в безвестности, чем гордиться такой славой — Не Хуай Сан был в этом уверен.

Глава Не наблюдал за тем, как Цзинь Гуанъяо выбирает благовония. Почти трепетно. Осознание этого всколыхнуло кипучую ревность где-то внутри, и кровь погорячела.

— Мо Сюань Юй... — Не Хуай Сан с трудом заставил себя вернуться к предмету разговора, — если и правда душевный недуг был причиной всех бед... Наверное, стоит пощадить его и оградить от окружающих? Яо-сюн, мы не можем судить человека, который не контролировал своих действий.

"Мы знаем, как планируются хорошие убийства, и как раз об этом можно поговорить", — подумал глава Не, распахнув веер и взмахнув рукой, — "В деревне Мо не произошло ничего особенного".

Ярость всегда была тенью брата, и после кончины части его тела также не могут сдерживать энергию, питавшую бывшего главу Не.

Не Хуай Сан всегда сравнивал ярость с жадностью — ей всего было мало, и остановиться всегда так сложно... Он знал это сам, и еще отчетливее ощущал, когда смотрел Цзинь Гуанъяо в глаза.

— На самом деле, брат, — скучающим тоном произнес он, не отрывая взгляда, — ничего достойного я не слышал об этой семье. Сомневаюсь, что местные скорбят о произошедшем. Неужто адепты Гу Су не поймали мятежного духа? Удивительно, если так.

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

+1

25

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon] - Пощадить? Брат добр, - Цзинь Гуанъяо не весело улыбнулся Хуайсану.

Он сложил руки за спину, прошёлся по комнате, остановился возле высокой расписной вазы, привезённой из Цин Хе. Блёклый узор из голых веток едва ли мог привлечь внимание ценителя росписи, однако сделать вид, что увлечён, труда не составляло.

- Судьба семьи Мо тем не менее печальна. Рука, что явилась в тех краях, доселе не тревожила жителей. Технически, она является не призраком, гулем.  А  значит, была создана со злым умыслом.

Рука. Рука определённо вызывала дурные мысли, которые глава Цзинь осознанно откладывал на потом.

- Адепты Гу Су, без сомнений, достойные молодые господа. Но всё же они не смогли ничего поделать и допустили, чтобы члены семьи Мо погибли один за другим. Этот противник явно не уровня простого адепта. Он силён и пылает ненавистью... - от собственных слов по спине прошёл неприятный холодок. Яо глубоко вдохнул. Воздух, наполненный ароматом тлеющих душистых трав, напоминал о Втором Брате. Даже не присутствуя лично, Сичэнь мог его успокоить. - Мне сообщили, что Хангуань-цзюнь появился вовремя, чтобы оградить юных адептов от прямой опасности. Его мастерство велико и Песнь Успокоения могла бы утихомирить лютого духа. Однако рука исчезла...

Неосознанно, Яо вытянул вперёд собственную руку - небольшая ладонь с короткими аккуратными пальцами ничуть не дрожала. Его мысли, вот что было неспокойным. Былая тень совершенно другой руки - мощной, с сильными длинными пальцами, побелевшими до синевы, вот что он видел.

Между бровей залегла складка.

- Получив больше вестей о произошедшем, я планирую встретиться с Главой Лань, - озвучил он свои планы. - Брат обладает мудростью и поможет найти верный ответ. Возможно - оказать помощь в Успокоении столь опасной твари.. И поиске господина Мо. Что-то происходит, глава Не. Наши кланы должны позаботиться  о безопасности мирного населения... Посему сейчас я особенно благодарен Главе за своевременную помощь в охране Дозорных башен.

С этими словами, он соединил перед собой руки и почтительно склонился перед гостем.

- Брат Сичэнь и я сделаем всё возможное, чтобы добрые вести дошли до Цин Хе и порадовали Главу.

+1

26

Что же, адепты Гу Су и правда не справились — это было очевидно, но Хангуань-цзюнь...

Не Хуай Сан представлял себя магистром, вызвавшим сильнейшую бурю и не сумевшего с ней управиться. Действительно ли стоило призывать Старейшину Илин в мир?..

А-Яо смотрел на свою ладонь задумчиво и холодно, и с лица его будто стекла вся жизнь; Не Хуай Сан представлял это лицо мертвым и серым, подернувшимся первыми признаками разложения плоти, однако не чувствовал ничего.

Возможно, таким стал его старший брат, как только проклятие крови взяло над ним верх: безразличным, пустым и безжалостным. Неживым каменным очагом, в котором вспыхивала и дымила ярость.

Не Хуай Сан искал свое отражение в этой ярости — глубокие, темные её воды скрывали многое, однако человечности в них никогда не было.

— Второй старший брат, — отстраненным тоном повторил глава Не, нервно складывая и раскладывая веер — таким же рваным движением Не Минцзюэ проходился пальцами по полированной рукояти Ба Ся.

В обществе Гуанъяо обойти Лань Сиченя нельзя было никакой окружной дорогой, и если ранее это наблюдение скорее забавило Не Хуай Сана, то теперь оно заставляло его вспыхивать раздражением. Он упрямо не признавал в этом ревность.

Она преследовала его не впервые.

Не Минцзюэ верил Лань Сиченю, презирал младшего названного брата и в последние годы все больше срывался на Не Хуай Сане. Времена, когда изодранная книга или сломанный веер печалили Не Хуай Сана, минули давно — дело было вовсе не в вещах; он просто чувствовал себя виноватым.

Не Хуай Сан смотрел на склонившегося в поклоне Цзинь Гуанъяо, и ощущал и ревность, и вину, и злость. Черты лица застыли маской, но ярость бурлила, выжигая остатки терпения.

— Я уверен, Яо-сюн, твой союз с Цзэу-цзюнем будет плодотворным, — едва сдерживая яд, процедил Не Хуай Сан, обмахиваясь веером и стараясь прогнать жар, — я же вынужден покинуть тебя, не дождавшись обеда.

Когда Не Минцзюэ злился, его движения становились резкими и быстрыми, будто он желал ударить; и глава Не постарался не утратить обычную плавность и неторопливость, поднимаясь с ложа и поправляя смявшиеся рукава.

Он опасался смотреть Цзинь Гуанъяо в глаза, однако, совершив вежливый поклон и едва пройдя мимо, вдруг захотел обернуться; невысказанный вопрос застрял в глотке.

"Разве не я одним из первых встретил тебя, когда брат совсем от тебя отвернулся?".

Не Хуай Сан, может, был не самым лучшим другом и не самым искусным заклинателем, однако он старался хотя бы быть рядом — как будто этого в самом деле было достаточно, чтобы сохранить хрупкий маленький мир, в котором существовали только они втроем. Как будто время не могло смыть этот песочный замок соленой волной; волной стремительной и беспощадной реки, полной крови и слёз.

— Пожалуйста, не провожай меня, — попросил глава Не, так и не оглянувшись.

Он не оглянулся ни разу, оставив врата Башни кои далеко позади.

Веер из блестящего оливкового шелка, заготовленный под роспись, разлетелся в клочья от всплеска яростной ци, в мгновение заполнившей жилы. Свитки и бумаги взвились в воздух и осели на пол, расцветая пятнами от лужиц чернил.

Не Хуай Сан закрыл лицо ладонями и неровно выдохнул.

[nick]Ne Huai San[/nick][status]i will brush off all the dirt[/status][icon]https://i.ibb.co/p0TZY1K/image.png[/icon][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]НЕ ХУАЙ САН, 37[/char][lz]I WILL PRETEND IT DIDN'T HURT[/lz]

+1

27

[nick]Jin Guanguao[/nick][fandom]the founder of diabolism[/fandom][char]Цзинь Гуанъяо, 40[/char][lz]no more secrets, no more lies[/lz][status]holier than thou[/status][icon]https://i.ibb.co/Br4N7JY/2197611.gif[/icon] — Я уверен, Яо-сюн, твой союз с Цзэу-цзюнем будет плодотворным. Я же вынужден покинуть тебя, не дождавшись обеда.

Цзинь Гуанъяо поднял доброжелательный взор, не размыкая сложенных церемониально рук и не прекращая поклон.  Он взирал на гостя широко распахнутыми глазами и слегка приподняв брови, словно не чуял двойного смысла в  произнесённых словах.

Рваные движения тонких рук. Треск веера. Ставший вдруг пронзительным взгляд. Совсем немного...

- Но А-Сан, ты только приехал, - произнёс Яо сердечно. - Почему ты хочешь покинуть меня так скоро?

Вот оно!

Узкая спина, затянутая в клановые цвета, прямая, словно горделивый стебель лилии - всё что он увидел, повернувшись вслед уходящему Хуайсану. Глава Не не обернулся. Велел на провожать. И вправду степенно удалился.

Мэн Яо, не спеша проследовал через сад к наблюдательной площадке у внешней стены. Жестом остановил кланяющегося стража. И, заложив руки за спину, с улыбкой смотрел вслед гостю, покидающему Башню Кои, пока добротная повозка и конный эскорт не скрылись на горизонте.

Ревность. Как... интересно.

Ох, если бы Не Минцзуэ был жив... Если бы знал, что ласковые руки, что заботливо расчесывали, одевали и обнимали его младшего брата, для того теперь не просто руки слуги. Или - какой скандал - всё началось ещё раньше? Возможно, он просто не замечал иной оттенок привязанности, принимая юного мужчину за избалованного ребёнка?..

Не Хуайсан не просто дурачился. Он всерьёз.. увлечён?

Сей факт вызывал желание усмехнуться: какая блажь! Но Цзинь Гуанъяо соврал бы самому себе, отрицая некоторую привлекательность в сложившейся ситуации.

- Лянфань -цзунь, , подавать ли к обеду? -склонился в поклоне слуга, стоило Верховному Заклинателю вновь показаться в саду.

- Да, я отобедаю вместе с госпожой Цзинь, - ответил он, преисполненный хорошего настроения. - После прошу меня не беспокоить.

<...>

Лань Сичэнь писал, что крайне сожалеет о невозможности приехать в Ланьлин именно сейчас. Писал о событиях в Облачных Глубинах. О свирепой руке, что притащил с собой Хангуан-цзюнь. И о странном госте, также притащенным братом. Буквально - притащенным.

Письмо Лань Сичэня - идеальная каллиграфия, твёрдая рука не оставившая ни лишнего пятнышка на гладкой бумаге - словно говорило мягким, успокаивающим голосом. Бесхитростно выдавало все подробности ночной охоты на горе Дафань. А так же выражало желание скорой встречи с А-Яо.

Закончив читать, Гуанъяо улыбался, словно согретый солнечными лучами.

Следующее письмо было скреплено печатью с головой быка. И его было решено прочесть сразу вслед за первым - не отвечая. Ибо сильно было любопытство - получить весточку после столь странного прощания.

Хуайсан не изменил своему стилю. Каллиграфия - изящная и старательная, с линиями тоньше паучьих лапок. Обороты - граничащие с приличиями. Суть...

Хуайсан писал о событиях, что произошли после озвученных Сичэнем,  словно подхватывали историю о пути, на который вступил Лань Ванцзы, охотящийся на необычно свирепое умертвие. Вступил в компании молодого господина Мо...

Яо склонился ближе к бумаге, невольно вдыхая исходящий от неё тонкий аромат благовоний, которыми пользовался А-Сан. Он вчитывался в ровные иероглифы, слегка хмуря брови

Погребальная крепость, опасность, в которой оказался неугомонный юный Цзинь Лин, туманные обещания "рассказать всё" и приглашение встретиться там же, на землях Цин Хе.

На письмо Сичэня он ответит позже...

<...>

- А-Сан, - негромко позвал Гуанъяо осторожно переступая через сухую ветвь посреди заросшей тропинки.

Окрестности Цин Хе буйствовали в это время года, острые листья сорной травы мешались с более сочным кустарником. После непогоды, что застигла заклинателей Ланьлин Цзинь в дороге, вокруг мрачных курганов хватало бурелома. Если зазеваться, легко можно свалиться в сырую траву. Этого главе Цзинь совсем не хотелось.

Знакомая фигура в цветах клана Не, маячила у поросшей мхом стены. Одинокий силуэт, укутанный до пояса в шёлк волос. Характерный пошив ханьфу, с широкими плечами, только придавал хрупкости главе Не. Неужто, пришёл совсем один?

Впрочем, Яо тоже оставил своих сопровождающих позади, велев рассредоточиться вокруг Крепости Людоеда и смотреть в оба.

- Брат выбирает странное место для встреч, - заметил он, подходя ближе и даря Хуайсану искреннюю улыбку. Тот выглядел взволнованным, словно опасался обвинений. Из-за Цзинь Лина? Племянник постоянно лез на рожон и рвался участвовать во всех ночных охотах сразу, чтобы добыть себе славу. Порой второй дядюшка, Цзян Чэн, явно перегибал палку в своих требованиях к племяннику...

Цзинь Гуанъяо племянника любил и баловал. И переживал за его безопасность, само собой. Однако повлиять на буйный нрав оказался практически бессилен.

- Что приключилось? С тобой всё в порядке? - добавил он, шагая вперёд и протягивая руку, чтобы коснуться тонких пальцев Хуайсана.

Отредактировано Jiang Cheng (Сегодня 01:09:07)

0


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » альтернативное » MY KILLER MY LOVER