01 faq
+ правила
02 роли
и фандомы
03
гостевая
04 шаблон
анкеты
05 нужные
персонажи
06 хочу
к вам

GLASS DROP [crossover]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » фандомное » странный он, странная она // чужаки


странный он, странная она // чужаки

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

http://sh.uploads.ru/WErCF.jpg

Жители Позолоченной Долины в последнее время не жалуют гостей. Возможно, что не зря.


20 Мажприма 2823 г. по И.К.

Алот Корвайзер и Элрит Луэллен

Особая приглашённая звезда: Эдер

А также: жители Позолоченной Долины

Отредактировано Elrith Luellen 🐈 (2019-05-24 17:27:14)

+2

2

Изельмир в последнее время ворчала, что с ней случалось нечасто, и Алот, удивительное дело, несколько разделял эти чувства. И если раздражительность этой гарпии оставалась загадкой, причины собственного желания забиться в угол потемнее и шипеть оттуда на окружающих были проще и понятнее. Ему хотелось немного теплой и чистой воды, постель, глядя на которую не содрогаешься от омерзения, и не думать о том, что всё, что у него есть — это сапоги в дорожной грязи по самое голенище, стремительно худеющий кошелёк да невыполненные условия. Вот только с брезгливостью и усталостью после долгой дороги справиться можно было, а от мыслей никуда не деться. Вчерашним вечером он в очередной раз отправился к оговоренному месту, но знаки оставались нетронутыми, а укромные углы, где можно спрятать записку, — пустыми, хотя прошел ещё один срок встречи. И Алот понятия не имел, что ему делать сейчас. Погиб ли его связной? Или что-то задержало в пути? Беспокойная ночь ожидаемо не принесла ответов, и сейчас Корвайзер сидел в общем зале «Черной гончей», смотрел на нетронутую еду и думал, задавал себе одни и те же вопросы раз за разом. Что ему делать?
Кончай себя грызть или уже найди местечко поприятнее, Колесо тебя задави.
— Я не могу просто взять и уйти, потому что ещё не закончил, — и добавил, не скрывая презрения, хотя Изельмир и так прекрасно знала все его мысли: — Потому что у меня есть обязанности и ответственность.
На некоторое время наступила тишина и пустота, но в голове прозвучал смешок, похожий больше на скрежет.
Как знаешь, парень, но держал бы ты свою книжку всегда под рукой. Тебе здесь не рады. Вон тот мужик у дверей с нас глаз не сводит. И не потому что ты сам с собой треплешься.
Алот медленно обвел глазами зал, как человек, слишком погруженный в свои мысли, хотя это и было излишним: ну кто в самом деле подумает, что голос в голове может кому-то подсказать, что за ним следят. Людей было немного: пожилая женщина из соседней деревни, дремлющая за круглым столом, и несколько местных пьянчуг, начинавших с самого утра, а под вечер перебирающихся в кабак на другой стороне Долины. Все они не обращали на тихого Алота внимания, кроме одного: у стены, прислонившись плечом к косяку и скрестив руки на груди, стоял крестьянин. Лицо у него было опухшим то ли со сна, то ли после вчерашнего кутежа, а глаза — мрачными и черными. Он действительно почти не моргая смотрел в угол, где сидел, склонившись над тарелкой, эльф. Товарищ сказал что-то мужчине, но тот лишь усмехнулся.
В зал вошла Паска с тряпкой наперевес. Алоту от неё ничего не требовалось, и он бы так и оставил трактирщицу бороться с несмываемыми пятнами эля и жира на столах, но нужно было проверить, не смотрит ли крестьянин в пустоту. Корвайзер поднялся с лавки, перекинул плащ через плечо по старой привычке и сделал несколько шагов навстречу.
— Простите, — грубоватое лицо Паски осветила усталая улыбка. Она была, кажется, единственной, кто пытался быть дружелюбной даже несмотря на тяжелую атмосферу паранойи.
— Вчера сюда никто не приходил не из местных? — Алот мельком оглянулся на крестьянина, проверяя не ошибка ли. Чёрные глаза продолжали буравить спину.
Нет вроде. Ждешь кого-то?
— Можно сказать. Очень жаль, но всё равно спасибо.
Что ж, и у Изельмир бывали моменты просветления.
Проходя мимо крестьянина, Корвайзер почувствовал, как начинают неметь губы, но стиснул челюсти и не дал Изельмир выкинуть какой-нибудь мерзкий фокус. Из «Гончей» за ним никто не последовал, и через некоторое время Алот занялся более важными делами, исходя из того, что мужчина наконец получит своё пиво и забудет о чужаке, что мозолил сегодня глаза.

***

Как выяснилось немного позже, зря. Казалось, Корвайзер должен был навсегда запомнить, что разум, поддавшийся опьянению, редко способен принимать логичные и взвешенные решения, но тем не менее всё равно попался. Снова. Он возвращался от Угрита на постоялый двор, проведя у магистрата несколько часов и не узнав ничего сколь-нибудь полезного. Лил дождь, всё ещё холодный, и улицы были пустынны, лишь вороны жадно поглядывали из-под навесов и крыш на висельников. У самой «Гончей» Алота окликнули и через мгновение тот понял, что до комнаты без препятствий точно не доберется. Первым подошел черноглазый крестьянин, чьи глаза сеточкой полопавшихся сосудов выдавали, что своё пиво он уже получил с лихвой. Следом подтянулись ещё двое: дюжий человек с топором и светловолосая эльфийка. На поясе у неё висел меч. Хотя все трое стояли на ногах нетвердо, решительности было не занимать. Сердце в груди Корвайзера на мгновение забыло, как биться, горло сжало.
У эльфийки, почти трезвой по сравнению с остальными, в глазах зажглось узнавание.
Он здесь ходит и что-то вынюхивает. Небось тоже из этих.
Алот пожал плечами.
— Я приехал за землей в край, о котором слышал много хорошего, но пока не могу вести дела. Раз…
Крестьянин хмыкнул, не дав договорить, и приблизился ещё на шаг. Корвайзер мог пересчитать каждое пятнышко на рябом лице. Пространство сузилось до них четырех.
Ну как, нравится тебе у нас, аэдирец?
Очаровательно, Изельмир с вызовом и открытым намеком смотрит в глаза ближайшему мужчине, так, будто не приходится приподнимать для этого голову. И почему эту дырень так назвали, а? Гниль, мертвяки и свиньи одни. Тебе прям под стать.
Алот изо всех сил, до белизны костяшек, сжал кулак, впиваясь ногтями в ладонь сквозь перчатки. Пока этого хватало, чтобы провести и удержать границу. Почему она считает, что лучшая защита — это нападение? Мужчина открывает рот, потом закрывает, лицо, румяное от алкоголя, бледнеет, зеленеет, а потом идет пятнами.
А ну повтори! — шипит он. Кисловатый запах вина облепляет Корвайзера, как жидкая грязь, отчего ему хочется отступить к стене, закрыть голову руками, чтобы непременно последующий удар пришелся по спине или плечу — будет не так больно.
Отступивший было звон в голове появляется снова, в животе закручивается боль, и Алот быстро произносит, пытаясь опередить Изельмир:
— Это недоразумение, — он вскидывает руки, показывая, что они пусты. — Не хотел никого обидеть. Давайте замнём это дело за кружкой, а? Я угощаю.
Хочешь успокоить нашу гордость несколькими аэдирскими медяками? — эльфийка скрещивает руки на груди, скользит взглядом по Корвайзеру от скрытой под пропитывающимся влагой капюшоном макушки до мысков сапог и сплевывает. — Нам не нужна твоя монета.
Надежда на мирное завершение стремительно таяла.
Мы не терпим такого отношения от чужаков. А особенно от аэдирцев.
Давай. Повтори, что сказал. Мне жуть как хочется повода, — рябой крестьянин, кажется, хочет то ли ударить, то ли толкнуть Алота.
Да что б тебя!
— Пламя,  да тебе жуть, как хочется нежных ласк твоей сестры, петушок ты задиристый.
Я вырежу этот поганый язык из твоей пасти! — лицо крестьянина становится полностью багровым. Кажется, Изельмир умудрилась оскорбить куда больше человек, что здесь стоят. В голове — бурлящая смесь из ярости, страха, отвращения, усталости и отчаяния. Будто кто-то разлил на лакированную столешницу разноцветные чернила. Алот уже не может точно определить кому, ему или ей, что принадлежит. Так же, как и чьи пальцы хватаются за рукоять.
— Это недоразумение. Я не говорил то, что вам показалось, — Корвайзер взглатывает. Последняя попытка, ещё более жалкая, чем прежние. — Нам с вами незачем враждовать.

Отредактировано Aloth Corfiser (2019-04-26 23:11:39)

+2

3

Что бы ни произошло возле древнего механизма, ни к чему хорошему это не привело. Странные голоса, больше похожие на шёпот, которые Элрит сначала приняла за голоса товарищей по несчастью, никуда не исчезли и ещё некоторое время продолжали говорить в её голове. Когда они, наконец, умолкли, эльфийка обернулась и снова посмотрела на тела Калиски и Хеодана.
Почему? - пронеслось у неё в голове. - Мы ведь спаслись от гланфатанцев. Мы сумели пройти через руины и выбраться наружу. Только ради того, чтобы дальше я одна продолжила этот путь?
Но никто ей не ответил. И только лёгкий ветерок продолжал трепать её жемчужно-белые волосы.
- Покойтесь с миром, - наконец смогла произнести Элрит и, отвернувшись, неуверенным шагом начала спускаться в долину. - Надеюсь, в следующей жизни вам повезёт больше.
Подойдя к древнему механизму, который подобно бивуаку вырвал души из тел Калиски и Хеодана, эльфийка вздрогнула. Ей вспомнилось видение, которое посетило её в тот момент, когда она стала свидетельницей загадочного ритуала на выходе из руин. Словно она бежала по коридору вслед за человеком в маске и хотела о чём-то его спросить, но даже сейчас не смогла вспомнить вопрос. Тем не менее, у неё было ощущение, что она знала этого человека. Знала когда-то очень-очень давно? В другой жизни?
От людей, которые участвовали в ритуале, остались лишь неподвижные пепельные фигуры. Словно они сгорели заживо от внезапного ослепляющего выброса энергии. Стоило Элрит прикоснуться к одной из них, как она тут же рассыпалась. Отдёрнув руку, эльфийка решила больше не задерживаться в этом месте и пошла прочь. Но не успела она сделать и пары шагов, как перед её глазами неожиданно появились страшные картины пыток. Неясные силуэты дёргались, пытаясь освободиться от сковывающих их пут, и истошно кричали. Кричали то ли от боли, то ли от страха, а может от того и другого. Но так же неожиданно, как и появились, видения исчезли спустя несколько мгновений.
Закутавшись в плащ, Элрит побрела по дороге, молясь о том, чтобы у неё хватило сил на этот последний переход до Позолоченной Долины. Странное дело, но после того как она очнулась неподалёку от механизма, от лихорадки не осталось и следа. Однако на смену ей пришла сильная усталость, и эльфийка могла думать лишь о том, как бы поскорее добраться до постели и выспаться. По её предположениям в Позолоченной Долине должен быть постоялый двор, где голодный и усталый путник сможет поесть и восстановить силы. Она не знала этого наверняка, но всё же очень надеялась. Надежда - только она сейчас осталась у Элрит.
Кажется, эльфийка шла уже несколько часов. За это время к усталости успели примешаться чувство голода и жажда. Никакой еды у неё с собой конечно же не было - всё осталось в лагере. Только бурдюк висел на поясе, но он был пуст, ведь вся вода ушла на то, чтобы смыть грязь с каменного лица в руинах. Тогда это казалось ей необходимым, сейчас - весьма поспешным и необдуманным поступком.
Надо перестать всё время идти на поводу у своих эмоций и хоть иногда думать головой, - мысленно укорила она себя.
Пока тело Элрит пыталось бороться с усталостью, она сама пыталась прокрутить в голове всё, что произошло после того, как караван остановился на ночлег. Слишком много странных событий, слишком много бессмысленных смертей - и всё это за одну ночь. Поглощённая своими мыслями эльфийка не сразу услышала журчание ручья, который, судя по всему, находился где-то неподалёку от дороги. Жажда снова напомнила о себе, вынудив её на некоторое время отложить размышления о случившемся. Сделав несколько шагов, Элрит склонилась к воде и принялась жадно пить. Утолив, наконец, жажду, эльфийка набрала воды в бурдюк и поднялась, чтобы продолжить свой путь. Внезапно мимо неё прошёл неясный силуэт и растворился в воздухе.
Опять, - с тревогой подумала она. - Может, я схожу с ума?
Ещё некоторое время она стояла, глядя в ту сторону, где исчез дух, но потом всё же вернулась на дорогу и продолжила идти дальше, пока не набрела на небольшой лагерь.
- Приветствую, путешественница, - сказал мужчина, заметив эльфийку и дружелюбно ей улыбаясь. - Ну и далеко же от дома ты забралась, - кажется, по цвету её кожи он догадался, откуда она родом.
- Я направляюсь в Позолоченную Долину, - устало ответила Элрит. - Не будете ли вы так любезны указать, в какой она стороне?
Мужчина махнул рукой в юго-восточном направлении и предупредил её о медведе, которого они с другом встретили в лесу. Его друг, к сожалению, не смог спастись от зверя. Эльфийка посочувствовала мужчине, поблагодарила за предупреждение и направилась в сторону Позолоченной Долины. Через некоторое время начался дождь, вынудив её укрыть голову капюшоном, и не прекратился, даже когда она добралась до пункта назначения.
На входе в деревню к Элрит подошёл мужчина - местный магистрат - в сопровождении двоих охранников. Эльфийке даже показалось, что он специально караулил путешественников - настолько быстро он появился в поле её зрения. Магистрат оказал ей довольно холодный приём, сообщив, что она выбрала не самое удачное время для приезда в Позолоченную Долину и посоветовал пока что отдохнуть на постоялом дворе. Этот человек не внушал Элрит доверия, и она не стала рассказывать ему о том, что попала в бивуак, а потом стала свидетельницей странного ритуала возле руин. Магистрат услышал от неё только вполне обычную историю о том, как на караван, с которым она путешествовала, напали, и ей пришлось остаток пути до Позолоченной Долины проделать самостоятельно. Пожав плечами, мужчина удалился, а эльфийка направилась в сторону постоялого двора, но внезапно остановилась, поражённая ужасающим зрелищем. В центре деревни возвышалось внушительных размеров дерево, на ветвях которого висели люди, такие же мёртвые, как и оно само. Капли дождя пропитали насквозь волосы и одежду мертвецов, стекали по безжизненным лицам.
- Хватит с меня ужасов на сегодня, - негромко, но решительно сказала Элрит, усилием воли заставляя себя оторвать взгляд от жуткой картины, натянула капюшон на глаза и быстрым шагом направилась в сторону постоялого двора.
Вот уже впереди замаячила долгожданная вывеска. Ещё чуть-чуть, и она сможет, наконец, отдохнуть. Однако приблизившись, эльфийка заметила, что возле входа стояли четверо и, судя по тону, вели не слишком дружелюбный разговор. Остановившись на небольшом расстоянии, она решила немного подождать, чтобы ненароком не попасть кому-нибудь под горячую руку при попытке войти внутрь. А также она надеялась, что перепалка каким-нибудь чудом закончится мирно.
Пламя,  да тебе жуть, как хочется нежных ласк твоей сестры, петушок ты задиристый, - услышала она грубоватый, но в то же время, как ей показалось, женский голос.
Судя по всему голос принадлежал эльфу, которого обступили трое. Вот только звучал он как-то странно.
Он что, пьян? - подумала Элрит. - Лезет прямо на рожон. Неужели не боится гнева этих ребят?
Это недоразумение. Я не говорил то, что вам показалось, — снова произнёс эльф, но на этот раз уже каким-то другим голосом. — Нам с вами незачем враждовать.
Заметив, как его рука скользнула к рукояти, эльфийка подумала, что он либо убийственно смелый, либо очень уверен в своих силах. У неё уже просто не осталось сил ждать, и она решила вступить в разговор.
- Вы только посмотрите, куда тянется его рука! - громко заметила Элрит, подойдя совсем близко к компании. - Вам троим сейчас точно не поздоровится. Но у вас всё ещё есть шанс уйти отсюда живыми, если поторопитесь.
Кажется, слова эльфийки произвели на троицу впечатление. А может и оружие, которое собирался  вытащить эльф. Рябой крестьянин выругался, но всё же не решился развязать драку. Забрав своих товарищей, он удалился, всё ещё бубня что-то себе под нос.
- Довольно необычный способ заводить знакомства, - сказала Элрит, приблизившись к эльфу и дружелюбно улыбаясь. - Как хорошо, что они всё-таки вняли голосу рассудка и не стали устраивать потасовку. Но даже не знаю, как бы я отреагировала на их месте, услышав такое про свою сестру...
Эльфийка хотела добавить что-то ещё, но внезапно почувствовала, как последние силы покидают её.

Отредактировано Elrith Luellen (2019-04-28 17:35:13)

+2

4

Алот, глядя на перекошенные лица вокруг, смирился с тем, что скоро познакомится с приближенными Редрика, но немного не так, как того требовала задача, а в худшем случае вообще окажется на Той стороне. Печальная кончина: быть зарубленным в грязи в захолустье из-за того, что прошлая личность не в состоянии удержать язык за зубами. Отец посмеется.
А вот тут ты ошибаешься.
Но за мгновение до того, как перепалка переросла в поножовщину, появился неравнодушный. Возможно эта девушка уже наблюдала за ними некоторое время, но ни Алот, занятый самоконтролем, ни местные, слишком увлеченные руганью, её не замечали, пока она не заговорила. И — удивительное дело, — у дирвудцев вдруг заработали мозги, а глаза, залитые алкоголем, прояснились: по крайней мере, рябой уставился на руки Корвайзера, хотя до этого смотрел в глаза, словно прикидывая, с какой стороны синяк будет лучше смотреться. Острый кадык дернулся, было видно, как тяжело даётся решение.
Будь осторожнее. Мы то никуда не уходим, — просипел в лицо крестьянин, решив оставить последнее слово за собой. Алот молча скривил губы в улыбке. Похоже, что нападать на безоружных им было привычнее.
Лишь когда все трое, тихо ругаясь, удалились, Корвайзер вздохнул спокойно. В груди, там где пылала чужая ярость, сделалось пусто, а лицо прекратила сводить судорога. Он разжал пальцы, всё ещё сомкнутые на рукояти рапиры, и сдвинул капюшон повыше. Ледяные капли заструились по лбу и щекам, повисли на ресницах; приятного в том было мало, но эти ощущения принадлежали ему одному. Наконец-то.
Довольно необычный способ заводить знакомства.
Алот нервно улыбнулся в ответ. Если бы осталась возможность выбора, то он бы предпочел с этими людьми не знакомиться вообще и держаться подальше, пока не потребуется уехать. А теперь из-за этого оригинального способа знакомства ему хотят пересчитать зубы несколько человек, причём, откровенно говоря, за дело. Кем бы не была когда-то Изельмир, бесить и ругаться она умела мастерски, но лучше бы обладала уменьем здраво оценивать риск.  И как бы они ни старался сдерживать её, порой это превращалось в попытки спрятать во рту раскаленный уголь. В детстве ему казалось, что на лбу пылает клеймо, видимое абсолютно всем.
Корвайзер хотел было поблагодарить случайную помощницу и извиниться за сцену, но она, до этого улыбающаяся, вдруг осела. Алот едва успел подскочить к ней и поймать, не дав рухнуть в грязь.
«Тоже необычный способ знакомиться с соседями, но хотя бы безопасный», — подумал он, плечом открывая дверь постоялого двора.
С того момента, как эльф утром покинул гостиницу, у Паски прибавилось посетителей, отчасти благодаря дождю. Головы синхронно повернулись в сторону вошедших, казалось, что на несколько мгновений замолчали абсолютно все в зале. Кто-то высоко вскрикнул. Кто-то в дальнем углу привстал, всматриваясь в пришедших. После шумного спора на дворе две фигуры, с которых ручьями текла вода, выглядели особенно тревожно, даже если не брать во внимание то, что один из вошедших не в состоянии стоять. 
Что стряслось? — поинтересовалась стоящая ближе всех женщина, и в голосе её было больше любопытства, чем участия. Алот не ответил, лишь аккуратно опустил бесчувственное тело на мигом опустевшую скамью. Он и сам понятия не имел, что случилось. Жара у девушки не было, видимых ран тоже, а понять, побледнел ли белый эльф или это постоянное его состояние, было сложно. Корвайзер в медицине не разбирался в достаточной степени и не знал, что может сделать. Вот поджечь кого-то — запросто, а чтобы в чувства привести мог только водой сбрызнуть или по щекам похлопать. Ни один из известных способов не помог бы, так что Корвайзер тревожно вглядывался в лицо девушки, ожидая сам не зная чего, и мял перчатки. Вокруг было столько людей, а он чувствовал себя беспомощным, как ребенок, и очень одиноким.
Очень просят уйти. Можешь отвести... — непродолжительное молчание. Алот оглянулся на подошедшего. Это была разносчица, маленькая человеческая женщина с тусклыми, усталыми глазами. Кажется, она только что разглядела, кого принесла сюда судьба, и во взгляде читалось удивление, а губы были сурово поджаты. — Отведи её наверх, в общем.
— Здесь есть лекарь?
В городе — точно нет. Спроси у кого-нибудь ещё.
И разносчица удалилась. Пожалуй, увести девушку было разумным предложением. В общем зале слишком шумно и дымно, даже у Алота голова кружилась, да и лавка была не самым удобным ложем. А вдруг у неё припадок случится? Более того, ситуация стала для местных любопытным представлением, пусть никто помогать не спешил, но все наблюдали за стоящим, как адровый столб, Корвайзером, и пялились на гламфелленку. Скорее всего большинство впервые в жизни увидели кого-то из её народа. На принятие решения ушла доля секунды.
Впервые в жизни Корвайзер нёс кого-то на руках, и это оказалось задачей одновременно и сложной, и более простой, чем представлялось. Изельмир наверняка высказалась бы по этому поводу, но пока никак себя не проявляла, уйдя в те неизвестные глубины, где находилась, когда не мучила соседа по телу. И Алот молился, чтобы она оставалась там как можно дольше.
В тот момент происходящее казалось правильным: девушка в самом деле выручила его из беды, а он обеспечит ей покой, чтобы прийти в себя. Если потребуется, даже лекаря попробует найти.

+2

5

Последнее, что видела Элрит, - нервная улыбка эльфа, с которым ещё несколько мгновений назад ссорились местные ребята. Затем все картины исчезли, и мир вокруг неё рухнул в пустоту. Эльфийку окутала тьма и накрыла тишина. Если кто-то что-то и говорил, то она уже этого не слышала. Как и не чувствовала больше холодных капель дождя.
Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем тьма и тишина отступили. Элрит окружали люди, многие были одеты в длинные мантии. Они о чём-то переговаривались друг с другом, но эльфийка не могла разобрать ни слова. Так же, как и не могла разглядеть их лиц. Хотя некоторые стояли совсем рядом, изредка бросая на неё одобрительные взгляды. Кто-то толкнул её, заставив обернуться.
- Сейчас начнётся, - сказал человек, обращаясь к ней; его лицо так же, как и все остальные, было как в тумане. - Очередной еретик будет предан огню.
Знакомый голос прокатился между собравшимися словно гром, и все прочие голоса вмиг стихли. Взгляды устремились к широкой каменной платформе, на которой стояли несколько человек, а в центре к столбу был привязан эльф. Голова его покоилась на груди, а бесчисленные раны на его обнажённом теле говорили о том, что его зверски пытали. Мужчина в маске обращался к эльфу, пытаясь заставить его сознаться в ереси и принять истинных богов. Но эльф не отвечал. Он даже не шевелился, поэтому невозможно было сказать наверняка, жив ли он вообще.
- Нет, - наконец, едва слышно ответил эльф и мотнул головой.
Тогда мужчина в маске отдал приказ, и стоявший возле эльфа человек с факелом поджёг сухие ветки, сложенные вокруг столба. Пламя быстро распространялось. Через несколько мгновений оно уже добралось до ступней несчастного и поднималось всё выше и выше. Эльф кричал, кажется, из последних сил.
Внезапно налетел сильный порыв ветра, унося картину перед глазами Элрит словно пыль. Крики эльфа превратились в крики чаек, а место казни обернулось портом в её родном городе. Светило яркое солнце, заставляя эльфийку жмуриться. Её взгляд скользил по прохожим и, наконец, остановился на знакомом лице. Это был Эштон. Он улыбнулся и помахал Элрит рукой, словно прощаясь.
- Эштон! - окликнула эльфийка молодого человека и двинулась в его сторону.
Очередной порыв ветра закрыл всё небо чёрными тучами и стало темно, будто наступила ночь. Дождь полил как из ведра. Заметив, что Эштон отвернулся и начал удаляться от неё, Элрит ускорила шаг, а потом и вовсе побежала. Но не успела она пробежать и пары метров, как поскользнулась на вязком месиве, образовавшемся из-за дождя у неё под ногами, и упала лицом в грязь. Поднявшись на ноги, эльфийка обнаружила разительные перемены в пейзаже. Рядом больше не было людей, окружавших её в порту. Как и не было самого порта. Она стояла посреди поля, во все стороны уходившего в бескрайний горизонт. Дождь спутал её жемчужно-белые волосы и насквозь промочил испачканную тунику. Без остановки хлестал он эльфийку по лицу, смывая остатки грязи. Заметив впереди большое дерево, напрочь лишённое листвы, Элрит направилась прямо к нему, вся дрожа и ёжась от холода. Дерево очень напоминало то, которое она видела в центре Позолоченной Долины. Приблизившись, она обнаружила, что на ветвях висит мёртвое тело, раскачиваясь из стороны в сторону под сильными порывами ветра.
- Эли... Эли, - донёсся до неё голос, и эльфийка готова была поклясться, что он принадлежал Эштону. К тому же, никто кроме него так её не называл.
Вглядевшись в лицо трупа, она ужаснулась, осознавая, что покачивающееся из стороны в сторону безжизненное тело принадлежало её другу. Внезапно возле него появилось ещё одно тело, покрепче и меньше в размерах. По очертаниям оно напоминало дворфа.
- Не бойся, милая, - раздался весёлый женский голос. - Подойди ближе. Ты ведь хочешь узнать ответы на вопросы, которые так мучают тебя.
Конечно она хотела узнать. Почему только она выжила в бивуаке, что за странный ритуал проводил человек в маске возле древних руин, почему она слышит голоса и видит то, чего на самом деле нет...
- Почему... - произнесла Элрит, потянувшись к женщине.
Остальные слова так и не слетели с её губ, потому что призрачный мир вдруг растворился, и эльфийка открыла глаза.
Она лежала на кровати, очень жёсткой по сравнению с её постелью в родном доме в городе на побережье. Царящую вокруг тишину нарушало лишь спокойное дыхание кого-то, кто сидел рядом. Подняв голову, Элрит встретилась взглядом с тем самым эльфом, который стоял у входа в "Чёрную Гончую".

Отредактировано Elrith Luellen (2019-05-05 21:00:58)

+2

6

Алот вздрогнул и открыл глаза. Он и сам не заметил, как опять задремал, сидя на стуле возле постели. На секунду показалось, что произошло что-то серьезное, но на первый взгляд всё было по-прежнему. Девушка крепко и спокойно спала, лишь бегали иногда глаза под тонкими веками. О прошедшем времени говорили только подтаявшие свечи, за окном всё ещё было темно, и в щели между неровно выцветающей красно-белой занавеской и рамой блестели звезды — дождь закончился, и в плотных тучах появились промежутки. Корвайзер потер лицо, прогоняя остатки сна, и снял подсохший воск с ближайшей свечи, пламя колыхнулось, но всё же не погасло. Все вещи гостьи оставались на тех же местах, куда их положили. Никто не входил и не выходил из комнаты: сгиб на коврике у двери оставался нетронутым — то, как определить, появлялся ли кто-то посторонний, было одним из тех нежеланных, но полезных умений, появившихся в Академии из-за пряток на виду. Но что-то всё равно было не так.

Первым, что Алот заметил, когда некоторое время назад выпутывал иглу застежки из промокшей ткани плаща, было отсутствие у гостьи оружия под рукой, даже кинжала. Она была нездешней без сомнения, дорожную пыль не смог вымыть и дождь, но отправляться даже в короткое путешествие по дорогам Дирвуда безоружным равно самоубийству. Война оставила свой след, заметный до сих пор, на трактах можно было столкнуться с огромным количеством тех, кто с радостью поживится твоим имуществом, и это не говоря уж о существах менее разумных. Путешествовала ли она с кем-то? Алот в итоге пришел к этому выводу, но или её спутники не думали, что с гламфелленкой могло что-то случиться, или решили, что бы там ни было, она сама справится. Либо им было ещё хуже. В любом случае, никто девушку не разыскивал (в постоялом дворе её точно запомнили и наверняка с радостью поделились бы последними слухами), шум на первом этаже постепенно стих. Корвайзер, пытавшийся читать, то прислушивался к этим пьяным голосам, покашливанию и быстрым, тяжелым шагам, то поглядывал на девушку. В полумраке комнаты её лицо казалось маской, но когда от сквозняка свечное пламя трепетало, оно обретало живые, теплые оттенки. По крайней мере, умирать или биться в судорогах гостья не собиралась, а иначе что бы он стал делать с трупом той, чьего имени даже не знает? Постепенно беспокойство Алота стихло. Тогда он и начал дремать, чужое мерное дыхание убаюкивало после стольких бессонных ночей, полных мыслей о зыбкости всего происходящего. А сейчас мир сузился, пусть и на короткое время, до небольшой комнатушки в постоялом дворе и одной простой задачи: отплатить за помощь. Позже она уйдёт, а он снова останется один на один с выжженным в памяти письмом, которое пару недель назад развеял пеплом по ветру: «Лорд Редрик из Позолоченной Долины ищет людей, работающих с душами». Всё равно Алот не нашёл ничего существенного, если не считать того, что лорд за это время успел развесить тех, кого нашел, как праздничные украшения, на дереве у разрушенного храма. И что ему с этим прикажете делать? Книга выскользнула из рук, Алот едва успел подхватить её. И глядя на едва различимые страницы, решил, что вернётся на место, и если связной не дал о себе знать, уйдёт отсюда, пока кто-нибудь из местных действительно не разбил ему голову за имперский акцент и не закопал на огороде. Проклятая богами страна, дремучая и холодная, здесь только дикой Изельмир и нравилось... Но тщетно борясь со сном, эльф снова пришёл к тому, с чего начал: к неоконченным делам.

Девушка пробормотала что-то и зашевелилась. В этот момент Алот понял, что показалось неправильным: гостья просто заговорила во сне и разбудила его, привыкшего за время путешествий только к одному звенящему голосу в собственной голове. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.
— Ты в «Черной Гончей», постоялом дворе. Меня зовут Алот Корвайзер, — и добавил, на случай если девушка смутно помнит  последние мгновения своего бодрствования: — ты выручила меня в неприятной ситуации с местными. Благодарю.

+1

7

В первые же секунды после пробуждения Элрит осознала, что это был всего лишь ночной кошмар. Сожжение на костре эльфа, уходящий от неё Эштон, разговаривающие с ней мёртвые тела на дереве - всё это было ненастоящее. Но было что-то странное в этом сне. Сцена с эльфом как будто была ей до боли знакома. Как очень давнее воспоминание, практически стёршееся из памяти. И Эштон. Сердце эльфийки сжалось в тот момент, когда она подумала о том, что это может быть дурным знаком. Незнакомая мёртвая женщина, которая говорила с ней так, будто знала что на самом деле произошло. Вдруг она на самом деле сейчас висит на том дереве и ждёт её? Элрит тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли, и сфокусировала взгляд на эльфе, сидевшем напротив неё.
Он представился. И упомянул о месте, в котором они сейчас находились. Должно быть, сильно напугался, когда она упала в обморок. А ведь так всё и было. Иначе как объяснить то, что она разговаривала с ним на улице, а потом внезапно очнулась в постели, и из того, что было между этими двумя событиями, помнила лишь свой сон.

- Приятно познакомиться, Алот, - мягко сказала эльфийка и улыбнулась. - Меня зовут Элрит Луэллен.
Теперь она знала его имя, а он знал её. Она хотела поклониться, как делала всегда при знакомстве, но это было не очень легко сделать, лёжа в кровати.
- Рада, что смогла помочь, - добавила Элрит, приподнимаясь на локте и не спуская глаз с лица эльфа.  - Но я всего лишь наблюдала за твоей рукой. Мне часто говорят, что я умею подмечать мелкие детали.
Тут она не удержалась и тихонько рассмеялась, вспомнив как Алот высказал довольно смелое предположение, связанное с сестрой одного из участников ссоры.
- Правда, на мой взгляд, не слишком благоразумно намекать человеку на неприличные отношения с его же сестрой.
Вспомнила она также и то, что в тот момент, когда эльф это произносил, кое-что показалось ей странным. А именно его голос. Был он каким-то другим, как будто принадлежал вовсе и не ему. Эльфийка решила поделиться с ним своим наблюдением и добавила уже серьёзно:
- Только было ощущение, что это сказал кто-то другой.

Пока эльф озадаченно думал, что на это ответить, Элрит приподняла одеяло одной рукой. Туника и штаны были на месте, значит никто не воспользовался ситуацией и её обмороком. Откинув, наконец, одеяло и садясь на кровати, эльфийка обвела взглядом комнату. Небольшая и не слишком уютная по её меркам, но чего она ожидала от комнаты на постоялом дворе. Хотя сейчас это было не важно. Самое главное - здесь было сухо и безопасно. Алот вряд ли мог представлять для неё какую-то угрозу. А учитывая тот факт, что он не бросил её валяться под дождём и даже остался с ней в комнате, ей следовало бы поблагодарить его в ответ. Взгляд эльфийки остановился на окне. Звезды горели в небе словно крохотные огоньки города вдалеке - значит ещё была ночь. И она не знала, сколько часов проспала. Но отчего-то ей хотелось думать, что рассвет уже близко. Может быть рассвет, а вместе с ним и новый день, внесут хоть какую-то ясность в случившееся.
Элрит совсем не знала, что ей теперь делать. Уезжая из родного дома, она была преисполнена решимости найти Эштона, но даже не подумала о том, что будет делать, когда доберётся до Позолоченной Долины. К тому же, все эти события, случившиеся в пути. Сейчас она разрывалась между желанием зайти к Офре, чтобы хотя бы принести известия о её сестре, и необходимостью осмотреть мёртвое дерево. И второе ей казалось более ужасным, чем принести кому-то недобрые вести о смерти близкого человека. Что она найдёт на этом дереве? Неужели там в самом деле могла ждать её та женщина из сна?
Она вздохнула и снова взглянула на эльфа. Сейчас он был, кажется, единственным, кто мог ей хоть чем-то помочь. Но могла ли она ему доверять? Ведь если поведать ему о том, что её беспокоит, наверняка он поинтересуется что случилось, и придётся всё рассказать. Заскользив взглядом вниз, Элрит остановилась на его руках. Бережно, словно нечто очень ценное, Алот сжимал какую-то книгу.
- Что читаешь? - поинтересовалась эльфийка, подумав о том, что это, возможно, неплохая причина, чтобы продолжить разговор и задержать его ещё на некоторое время.
Ведь ей так не хотелось, чтобы он уходил.

Отредактировано Elrith Luellen (2019-05-14 18:18:54)

+1

8

Хорош шпион, устраивает представление с разговорами на два голоса. Алот знал, что Изельмир вытягивает его голос вверх, не говоря уж о том, что использует упрощенный хилспик. Не удивительно, что Элрит поняла, что сказал этот оскорбительный бред про сестру кто-то другой, хотя мало кто замечает различия после пары фраз, ещё меньше сообщают об этом. И каждый раз упоминания о каких-либо появлениях Изельмир вызывали у Корвайзера растерянность и смущение, каждый раз что-то обрывалось в груди. Вся россыпь заготовленных объяснений терялась, он начинал смущенно улыбаться или злиться на себя и всех вокруг и говорил первое, что приходило на ум. Не мог же он честно признаться в своём изъяне: это не я, я ни в чём не виноват, это всё безумная женщина в моей голове? Даже несмотря на шутливый тон Элрит и то, что скорее всего они больше никогда друг друга не увидят, Алот не мог быть с ней откровенным. Откуда она? Из Движущейся Белизны? Как на её родине относятся к Пробужденным? Также подвергают остракизму, как в Аэдире? Может она вообще никогда не встречала таких, как он? Корвайзер в раздумьях молча наблюдал, как девушка выпутывается из его одеяла и садится. Больших усилий ему стоило не отводить взгляд.
«Она не догадывается. Ты просто выставил себя городским сумасшедшим».
— Мы все выпили больше, чем следовало, — Алот попытался сделать тон жестким насколько позволяют приличия, чтобы показать, что не стоит расспрашивать дальше. Но кажется, прозвучало скорее немного умоляюще. — А это не способствует благоразумию, не правда ли?
Опьянение — самое простое оправдание, когда стоишь на пороге постоялого двора, где тебе с радостью нальют пинту эля, в окружении тех, кто едва стоит на ногах. Ничего, что Алот понятия не имел каково это, потому что никогда не напивался, и вряд ли звучал действительно правдоподобно, но обычно верили. И он надеялся, что поверит и Элрит, и не воспримет его слова, как откровенную грубость.
Что читаешь?
Он хватался за любой способ возвращения душевного равновесия, и книги были одним из них. Даже до появления Изельмир и сопутствующих неудобств библиотеки и книжные лавочки в Цитвуде стали убежищем: отец считал знания ключом к многим замкам и спокойнее отпускал его без лишних слов. Алот даже не всегда читал, часто просто сидел, дышал пылью, разглядывал посетителей и надеялся, что когда вернётся, отец уже уснёт. Иногда он мечтал, что уедет отсюда навсегда, когда вырастет, уедет как можно дальше, и это было единственным, что сбылось из его детских фантазий. В Академии было уже не спрятаться ото всех среди стеллажей, но всё равно в местной библиотеке спокойнее, не говоря уж о том, что подборка литературы больше соответствовала его интересам и вкусам. Чёткость линий и вязь магических слов помогала удерживать позицию в собственной голове, сосредоточиться на волшебстве, которое захватило сердце. А ещё бормотание было обычным делом — без проговаривания нельзя выучить заклинание, — и можно было скрыть разговоры с собой, если не распаляться и не шуметь. Так что у Алота Корвайзера были особые отношения с книгами, даже с такими, как та, что сейчас держал в руках. Когда он поселился в этой комнате, то нашел оставленную кем-то книгу, старую и потрепанную, будто побывавшую уже во многих руках. Тиснение на темной обложке стерлось, края страниц затёрлись до такой степени, что сыпались. К несчастью, это был не самым лучшим образом написанный сентиментальный роман. Алот кривился, посмеивался над особо «удачными» пассажами, но читал, потому что выбора у него и не было, а Изельмир подтрунивала: «да ладно, парень, признай, тебе нравится, меня не обманешь», «не вечно же ты с книжками по ночам обжиматься будешь».
— «Поющая дева». Осталась от предыдущего хозяина комнаты, я позаимствовал, чтобы развеять скуку: здесь не так уж и много способов занять свободное время, кроме как пить. Это, конечно, не самое изысканное чтение, но выбирать не из чего.
Алот безразлично пожал плечами и отложил книгу в сторону, но уши у него горели и наверняка были настолько красными, что чуть ли не в темноте светились. Он знаком с драгоценными камнями в литературе, читал серьезные труды, но почему-то застали его с грошовым романчиком о любви, трепещущих ресницах и прочей ерунде. Всё хорошее первое впечатление, что он мог произвести, билось в агонии.
— Может, тебе ещё рано вставать? Не беспокойся, комната выкуплена до завтрашнего дня, если не ошибаюсь, так что можешь оставаться. Твои спутники скорее всего не приходили, но Паска, хозяйка «Гончей», знает, что ты здесь.

+1

9

Очень удобно списывать всевозможные недоразумения на чрезмерное количество выпитого алкоголя. Иногда Элрит даже жалела о том, что у неё нет под рукой такого удобного способа замять ситуацию. Ведь она в принципе не так уж и часто пила алкоголь и никогда не напивалась до такого состояния, в котором становится слишком сложно уследить за своими словами и поступками. Хотя её товарищи по учёбе и знакомые из других знатных и богатых семей хватались за любую возможность покутить, а некоторые из них даже увлекались свефом. Если к алкоголю, особенно в умеренных количествах, эльфийка относилась весьма лояльно, то наркотики не вызывали у неё ничего кроме отвращения.
Она слегка поморщилась, вспоминая одну из последних таких вечеринок в её родном городе, и сказала:
- Значит всему виной был алкоголь.
Элрит и не рассчитывала, что эльф станет во всех подробностях объяснять ей - первой встречной - ситуацию с местными и особенно эту провокационную фразу. Она приняла такой ответ, какой Алот дал ей, и не стала допытываться об истинной причине. Ведь они только что познакомились, и эльфийке не хотелось отпугивать нового и пока что единственного в этой деревне знакомого неуместными вопросами. Если судьба будет благосклонна, и он окажется тем, кто протянет ей руку помощи в трудную минуту, возможно, потом сам захочет всё рассказать. В конце концов, у каждого есть свои секреты, о которых рассказывать первому встречному может быть опасно. Сейчас Элрит понимала это, как никто другой. После всего случившегося в пути оставаться наивным - не самое разумное решение.
Название книги, которое упомянул Алот, эльфийке ни о чём не говорило. Может быть потому что автор данного произведения был не особо известен у неё на родине. Элрит заметила, как покраснели уши эльфа, и, чтобы удовлетворить своё любопытство, решила взглянуть на книгу поближе. Выждав ещё пару мгновений, эльфийка поднялась с кровати и приблизилась к столику, на который Алот отложил своё не самое изысканное чтение. Проведя кончиком пальца по тёмной обложке, она на мгновение задумалась, а стоит ли вообще заглядывать в эту книгу. Кто знает, о чём там может быть написано, если читавший её эльф в итоге залился краской. Но любопытство всё-таки взяло верх, и Элрит пролистала несколько страниц. Теперь настала её очередь краснеть. Захлопнув книгу, она отступила на пару шагов назад, но ничего не сказала. Только смущённо улыбалась и переводила взгляд с Алота на книгу и обратно.
"Да уж. Значит, пока я спала, он на соседнем стуле увлечённо читал любовный роман."
Однако чувство неловкости быстро исчезло, стоило только эльфу упомянуть её спутников. На глаза эльфийки навернулись слёзы, когда она вспомнила распростёртые на земле неподалёку от древнего механизма тела Хеодана и Калиски.
- Мои спутники... - едва слышно произнесла Элрит, смахивая кончиками пальцев слезинки с ресниц. - Они не придут за мной.
Она уже приготовилась к тому, что сейчас последуют вопросы, много вопросов. Осознавая, в какой ситуации находится и что, скорее всего, здесь никому не будет дела до её проблем, эльфийка решила рассказать свою историю Алоту. Хотя подумала о том, что пока что не стоит упоминать о цели своего визита в Позолоченную Долину. Эштон предупреждал её, что на его родине сейчас далеко не все хорошо относятся к Эотасу и эотасианцам. Так что сразу с полной уверенностью не скажешь, кто тебе здесь будет другом, а кто врагом. Да и вдруг эльф, услышав и без того кошмарную историю о её путешествии, просто возьмёт и сбежит. Этого она тоже опасалась. Но и не могла не рассказать о том, что случилось с ней и с её спутниками. История о том, как она заболела в пути, как на караван напали гланфатанцы, как внезапно налетел бивуак, как загадочный человек в маске проводил ритуал возле древнего механизма и как погибли последние из её спутников, была весьма длинной и очень грустной, но Элрит смогла рассказать её до конца. Во время рассказа она останавливалась, указывая сначала на бурдюк с водой, а потом на плащ, и добавляла истории о том, как эти предметы оказались в её распоряжении.
- Я чувствую, что должна предупредить Офру о том, что её сестра не приедет, - сказала она, завершая свой рассказ. - Но даже не представляю каково это - приносить кому-то такие печальные новости о близком человеке.
Эльфийка тяжело вздохнула и попыталась поймать взгляд эльфа в надежде на то, что он посмотрит на неё, поймёт, как ей страшно сейчас одной, и не уйдёт. Давая ему немного времени, чтобы осознать услышанное, Элрит стояла молча и смотрела на него. А потом решила добавить ещё кое-что. То, что, по её мнению, тоже было очень важным.
- Мне всю ночь снились кошмары. Но одно место из своих снов я всё-таки узнала - мёртвое дерево в центре Позолоченной Долины. Мне снилось, что я разговаривала с мёртвой женщиной, которая висела на этом дереве.
Эльфийке даже стало немного легче на душе от того, что она смогла с кем-то поделиться своими переживаниями. Правда, она всё ещё волновалась, как отреагирует на услышанное Алот. Вдруг он примет её за сумасшедшую?
- Теперь ты, наверное, считаешь меня сумасшедшей, - сказала Элрит со всей серьёзностью. - Или просто странной. Но всё это на самом деле случилось со мной. И я знаю, что мёртвая женщина ждёт меня там, на дереве. Она что-то знает, и я должна узнать что происходит. Но мне так страшно идти туда одной.

+1

10

Алот не перебивал, почти не задавал вопросов, лишь слушал, как всегда умел: молча, внимательно наблюдая за Элрит, а в голове складывалась слова. По крайней мере, появились ответы на некоторые вопросы, не самые важные, но всё же. Оружия не было, потому что путешествовала Элрит вместе с охраняемым караваном, обморок случился из-за истощения после болезни и долгого пути. И если всё рассказанное гламфелленкой правда, то она очень удачлива в определенном смысле: столько раз быть на волосок от смерти и остаться в живых, не хватало лишь найти медведя раньше, чем узнать о нём. В какой-то момент ему захотелось обнять девушку, хотя бы взять за руку, чтобы вернуть из этого кошмара в чуть более безопасную реальность, но он всё же сдержал этот глупый и неприличный порыв: пусть она сейчас и изливала душу, но это не делало их достаточно близкими.
Рассказ о человеке в маске заставил Алота внутренне подобраться: он знал, что это значит. Это — шанс вернуться к Ключу и разобраться, почему он вдруг остался один в этом захудалом краю. Корвайзер понадеялся, что Элрит не заметила, как настороженно дернулось ухо, или по крайней мере не поняла это правильно. Сам бы он не полез в руины один и без подготовки, но стоило расспросить эльфийку подробнее, как представится случай. И записать, что она расскажет. Но не сейчас, нужно было действовать осторожно, не только чтобы не вызывать подозрений, но и не причинять ещё больше боли: есть воспоминания, которые подобно ране покрываются коркой засохшей крови, чтобы уберечь от себя, и трогать их — как каждый раз прижигать. И судя по глазам и тону Элрит это путешествие было из таких.
Пока девушка говорила, небо потемнело, сделалось чернильным, а звезды вспыхнули так, будто Ондра их протерла. Скорее всего начинался рассвет, ещё невидимый, если не подходить к полузакрытому окну. Алоту захотелось взглянуть на разгорающуюся на востоке полосу, лишь бы стряхнуть оцепенение и смутное ощущение неловкости, что опустилось на него после того, как эльфийка замолчала, но он продолжал сидеть, сложив на коленях руки с переплетёнными пальцами. Заговорить он тоже решился не сразу из страха, что окажется не слишком тактичен и не подберет нужных слов. Почти как на похоронах приносить соболезнования, но вместо забальзамированного тела здесь находилась чужая память о мертвецах среди руин.
— Мне очень жаль, что тебе пришлось пережить это заново, — Алот смахнул с ближайшей свечи нагар, которого ещё было мало, лишь бы чем-то занять беспокойные руки и не смотреть в глаза. Он был слишком взволнован этой историей, чтобы спокойно сидеть на месте.
— Скажи ей. Уж лучше знать, что случилось, и пережить скорбь, чем мучиться от сомнений и ожидания, верно? Вряд ли кто-то рискнёт забрать тело, чтобы похоронить, но по крайней мере найдется, кому вознести молитвы Берасу.
Он не хотел бы, чтобы родители узнали о его смерти, каким образом и где он умер, так же как и не желал возвращения тела. Беглецам лучше считаться неизвестными, пропавшими без вести. Но может той женщине, Калиске, это важно, как и её сестре.
А вот от серьёзной уверенности Элрит в том, что её ждёт повешенная, побежали мурашки. Не потому, что Алот посчитал, что гламфелленка умом тронулась от увиденного, было в идее что-то жуткое, не меньше, чем в самом дереве, видимом с любого места. В вещающую во сне мёртвую женщину он не поверил: эльфийка пережила слишком многое за один день, потом насмотрелась на загнивающие, пожранные воронами трупы и приняла слишком правдоподобный кошмар за реальность. Но свои мысли Корвайзер решил не озвучивать, всё равно любые дороги здесь проходили мимо развалин храма Эотаса, так что Элрит сама убедится, что мертвецы не разговаривают и всё это просто страшный сон.
— Я провожу тебя. Местные недолюбливают чужаков, даже если они никого не пытаются оскорблять, — Алот слабо улыбнулся, — а вдвоём будет безопаснее.  Светает, возможно, Паска уже не спит, и тебе, думаю, стоит поесть, чтобы восстановить силы, если местная пища не вызывает отвращения. Потом можно решить, что делать в первую очередь и стоит ли вообще.

+1

11

- Всё в порядке, - сказала Элрит, стараясь хоть немного улыбнуться. - По крайней мере, мне стало немного легче от того, что я с кем-то этим поделилась.
Эльфийка подошла к стулу, на котором лежали её личные вещи и достала зеркальце с гребнем из небольшой сумочки - немногое из того, что она прихватила с собой из родного дома. Всё-таки с едой, ночлегом и прочим можно разобраться на месте, захватив с собой кошель монет. А вот искать здесь такие мелкие вещи было бы проблематично, поэтому она не поленилась взять их с собой. Отвернувшись от Алота, она взглянула в зеркальце и причесала свои слегка растрёпанные после долгой дороги и сна жемчужно-белые волосы. Она ведь не какая-то там грязнуля-деревенщина и не может ходить растрёпанной. Убрав зеркальце с гребнем обратно в сумочку, Элрит почувствовала себя немного лучше и снова взглянула на эльфа. Сейчас для полного счастья не хватало лишь подкрепиться и принять ванну. Стоило Алоту упомянуть о том, что нужно заказать у Паски еду, как желудок Элрит тут же предательски заурчал. Всё же она ничего не ела больше суток, и такая реакция была вполне естественной.
- Благодарю за заботу, - произнесла эльфийка и собрала со стула свои вещи, будто уже собиралась уходить. - Первым делом я закажу поесть. Затем хотелось бы принять ванну. Всё-таки я уже очень долго в пути. И после всех этих маленьких радостей жизни мы вместе пойдём к дереву.
Так план действий на ближайшее бремя был составлен, и Элрит приступила к его исполнению. Часть вещей она всё-таки решила пока оставить в комнате. А именно - плащ и бурдюк с водой. Небольшую сумочку, в которой в частности лежал кошель с монетами, она прихватила с собой. Осторожно приоткрыв дверь, эльфийка обернулась и взглянула на Алота. Хотела удостовериться, что он последует за ней. Выходить из комнаты было немного страшно. На первом этаже постоялого двора могли находиться люди, которые наверняка сильно удивились бы появлению в их краях гламфелленки. Некоторые должны были видеть её вчера, когда она оказалась на постоялом дворе. Но всё равно гламфеллены за пределами своей родины считались для народа экзотикой, потому что немногие из них путешествовали по миру.
Убедившись в том, что эльф пойдёт вместе с ней, Элрит вышла из комнаты и спустилась по лестнице на первый этаж. Хозяйка постоялого двора, которую Алот назвал Паской, уже трудилась на своём месте, изредка позёвывая. За некоторыми столами сидели люди, но невозможно было сказать наверняка, пришли они только что позавтракать или сидели здесь со вчерашнего вечера. Почти все более-менее оживлённо беседовали, но её появление не осталось незамеченным. Разговоры разом прекратились, а все глаза уставились на неё. Эльфийка смущённо улыбнулась, подходя к Паске. Хозяйка таверны тоже сначала посмотрела на неё с удивлением, а потом, видимо, вспомнила, что уже видела её вчера, и приветливо сказала:
- Добро пожаловать в "Чёрную Гончую"! Чем могу помочь?
- Я бы хотела заказать что-нибудь поесть, - ответила Элрит, доставая из сумочки кошель. - А ещё ванну, если это возможно.
Паска с удивлением посмотрела на неё. То ли потому что не могла привыкнуть к гламфелленке на своём постоялом дворе, то ли потому что ванну здесь до неё не заказывали. Но эльфийке не суждено было узнать правду. Хозяйка постоялого двора без лишних вопросов подозвала помощницу и отдала ей распоряжение приготовить ванну для гостьи. Затем удалилась, судя по всему, на кухню, чтобы распорядиться насчёт приготовления пищи. Расплатившись за услуги и поблагодарив Паску за гостеприимство, Элрит села на лавку за свободным столом. Алот сел рядом с ней. Через некоторое время ей принесли ароматную куриную похлёбку, но даже несмотря на то, что блюдо было не слишком изысканным, оно показалось эльфийке намного вкуснее той пищи, которую ей приходилось есть в пути с караваном.
После завтрака подоспела и ванная. Помощница Паски подошла к ним и предложила гламфелленке последовать за ней. Элрит сообщила Алоту о том, что после ванны сразу вернётся в комнату, и ушла вместе с девушкой. В комнате, куда привели эльфийку, стояла наполненная водой бадья, от которой поднимался пар. Элрит разделась и забралась в ванну, позволив себе, наконец, расслабиться. После водных процедур эльфийка стояла возле зеркала, снова расчёсывала свои жемчужно-белые волосы, красила глаза и губы. В дороге было не удобно всё время краситься, и сейчас она почувствовала себя хоть немного такой, как дома. Не хватало только красивого платья, но чёрные штаны и туника, расшитые золотыми узорами, сейчас вполне устраивали её. Закончив прихорашиваться, она вернулась в комнату и надела свой плащ.
- Вот теперь я готова к чему угодно! - задорно сказала Элрит, глядя на эльфа. - Спасибо за то, что не бросил меня на улице и согласился составить компанию. Теперь мне не так страшно. Потому что ты рядом со мной.

+1

12

Этим утром людей было значительно больше, чем вчера, и каждый посчитал своим долгом проводить эльфов взглядом. Следуя за Элрит, Алот радовался тому, что один, иначе Изельмир наверняка бы высказала соображения о том, что нужно сделать всем зрителям. Ему самому же хотелось взять девушку за плечо, укрыть от них. Алот прекрасно знал, каково это, когда на тебя уставились, кажется, абсолютно все, но Элрит на первый взгляд справлялась с этим лучше. А может вообще находила в интересе незнакомцев что-то приятное: всё-таки смотрят на неё, потому что впервые видят белого эльфа, а не потому что она странно себя ведёт. У гламфелленки, пожалуй, и выбора особого не было, кроме как принять чужой интерес как что-то естественное, Изельмир хотя бы можно было подавить, спрятать, пусть и ценой выкручивающих внутренности усилий. Элрит и того не могла. Хотелось ли ей когда-нибудь спрятать свою темную кожу, стать другой? Корвайзер размышлял над этим, исподтишка поглядывая на девушку, пока они вдвоем сидели за столом. Почти не говорили, Алоту не хотелось беспокоить Элрит расспросами, пусть и требовалось многое узнать.
Внизу Алот, оставшись один, пробыл недолго.
Дождался, кого ждал? — окликнула Паска у лестницы. На мгновение Корвайзер растерялся из-за того, что не мог понять, о чём она.
— Да, — соврал он и сбежал, чтобы избежать разговора. По сути, даже не соврал, а сказал полуправду: Алот ждал не кого-то конкретного, он искал смысл. И нашёл. Мысль эта заставила на долю секунды приободриться и улыбнуться искренне.
Пока Элрит смывала с себя дорожную пыль, Корвайзер наводил в комнате порядок и размышлял, что делать дальше с этой историей. Его хозяева несомненно заинтересуются ритуалом, свидетелем которого стала эльфийка, но с ними ещё предстояло восстановить связь, что само по себе было сложной задачей: члены Свинцового Ключа в большинстве своём не знали лиц и имён друг друга. Требовалось запастись терпением и надеяться на благосклонность богов. Алот, наконец, потушил уже невидимое свечное пламя и сел за стол.
«Ритуал в развалинах поблизости от Позолоченной Долины. Человек в маске с крыльями. Все свидетели, кроме одного, погибли».
Он сам не знал, зачем записывал не только какие-то имена и адреса, которые могли оказаться забытыми или искажёнными, но порой и события. Пожалуй, это немного успокаивало и приводило мысли в порядок, но было на самом деле бессмысленным и опасным, если кто-то поймёт, что это не просто дневник. От случайных зрителей помогал шифр, используемый в донесениях, но при должном упорстве его можно было разгадать.  И тем не менее Алот продолжал таким образом беседовать с собой и раскладывать свою повседневную жизнь по полочкам.
Эльф положил лист между страниц гримуара, вернувшаяся Элрит так и застала его, сложившим руки поверх обложки и с серьезно-хмурым выражением лица смотрящим в пространство. То ли еда и теплая вода сделали своё дело, то ли возможность поправить макияж, но выглядела девушка значительно лучше, чем вчера, и даже не казалась столь подавленной и испуганной. Возможно, стоило сказать, что он рад помочь, но Алот лишь улыбнулся в ответ. Воодушевления Элрит он, к сожалению, не разделял, как бы ни хотел. Его собственный страх никуда не делся.
«Не доверяй мне! Ты не знаешь, кто я такой!» — хотелось крикнуть Корвайзеру, но вместо этого он произнес:
— Тогда пойдём искать нужного человека, если ты готова.

***

Позолоченная Долина сегодня встретила их ясным небом, но вокруг всё равно было слишком сыро и холодно, на взгляд Алота. Под ногами, когда они свернули к развалинам храма, хлюпала грязь, в которую превратились тропинки после шедшего всю ночь дождя.
Солнце не сделало дерево менее жутким, только будто лишний раз подчеркнуло, насколько Редрик «чудесный» правитель. К счастью, новых висельников ещё не появилось, а старые остались на месте и висели неподвижно, отяжелевшие от влаги. Когда на них садились вороны, веревки натужно скрипели о кору. Алот не сдержал усмешки: из-за уверенности Элрит он уже сам нафантазировал невесть что и не удивился бы, если какая-нибудь из фигур заговорила булькающим голосом. Или как должен был говорить повешенный со сдавленным пенькой горлом? Корвайзеру сделалось дурно и нестерпимо захотелось помыть руки, так что он отвернулся и вопросительно посмотрел на Элрит: убедилась, что никто здесь тебя не ждёт, можно мы пойдем куда-то ещё?

+1

13

Тёплая еда, горячая ванна и рука помощи, протянутая эльфом, придали Элрит сил. Загадочный недуг, поразивший её на пути в Позолоченную Долину, исчез без следа, словно его и не было. Лишь ночной кошмар беспокоил сейчас гламфелленку, но, преисполненная решимости поговорить с женщиной из своего сна, она в сопровождении Алота собиралась отправиться к дереву висельников. Они ещё не покидали деревню, так что девушка прихватила с собой только с сумку с ценными вещами. Плащ, найденный в руинах, и бурдюк с водой так и остались лежать в комнате на том самом месте, куда их заботливо сложил эльф. Выходя из комнаты, Элрит бросила взгляд на бурдюк и мысленно усмехнулась.
"И зачем он мне теперь нужен? Да ещё и полный воды."
Когда они спустились на первый этаж, к гламфелленке, громко тявкая, подбежал чёрный пёс. Она улыбнулась, заметив животное, и наклонилась, чтобы погладить. Пёс оказался очень ласковым. Вот только глаза у него были слишком грустные. Утром, когда они спускались завтракать, девушка не видела его. Возможно, он спал где-нибудь в укромном месте, а сейчас выбрался, чтобы немного поиграть.
- Бедняга так и ждёт своего хозяина, - заметила проходившая мимо хозяйка постоялого двора.
- А где он? - поинтересовалась Элрит, не переставая поглаживать пса.
Паска вздохнула и рассказала историю о предыдущем хозяине этого места и о том, почему оно называется "Чёрная Гончая". История оказалась печальной, потому что несчастному псу, видимо, не суждено было дождаться возвращения хозяина. Улыбка тут же исчезла с лица гламфелленки и, еле заставив себя оторваться от несчастного создания, она выпрямилась и направилась к двери. А пёс и не подумал отпускать девушку. Он бросился следом и, настигнув её возле двери, с надеждой посмотрел в глаза.
Солнце уже взошло, когда они втроём покинули "Чёрную Гончую". Смок - такое имя Элрит решила дать увязавшемуся следом псу - бежал рядом с ними, то и дело останавливаясь и пытаясь лизнуть сапог Алота. Гламфелленка смеялась, глядя на пса, и затем переводила взгляд на эльфа, пытаясь понять его чувства. Конечно, не все любили животных, как она, но чего она точно не могла понять, так это того, почему некоторые их просто ненавидят и обижают.
- Он такой милый, правда? - обратилась девушка к Алоту.
Несмотря на погожий день, кругом было сыро из-за прошедшего ночью дождя. А ещё прохладно, по меркам местных жителей. Но девушке, привыкшей к суровому климату Движущейся Белизны, было комфортно даже в одной тунике. Когда они приблизились к дереву, весёлый настрой Элрит моментально испарился. Со всей серьёзностью и даже с некоторым опасением она разглядывала висельников, обходя дерево кругом. Вернувшись к тому месту, с которого начинала, гламфелленка мысленно вздохнула с облегчением - Эштона на дереве не оказалось. Зато на нём действительно висела женщина из её сна! Подойдя ближе к подвешенной на ветви дворфийке, девушка осмелилась заглянуть мёртвой женщине прямо в глаза. Или, по крайней мере, в то, что от них осталось. Через мгновение Элрит показалось, что мир вокруг неё начал расплываться, и в резко изменившемся пейзаже она осталась один на один с дворфийкой. Внезапно глаза мёртвой женщины засветились, и она заговорила. Если, конечно, это можно было так назвать. Губы повешенной не шевелились, но гламфелленка могла поклясться, что отчётливо слышит её голос. Дворфийка оказалась анимансершей по имени Кальдара де Берранци - такой же несчастной жертвой безумия Редрика, как и остальные висельники на дереве. Женщина не смогла ответить на все вопросы Элрит, но посоветовала ей обратиться к Мервальду - старому Хранителю из крепости Каэд Нуа.
- Теперь ты - Хранительница, - сказала дворфийка. - И Хранительницей тебе суждено остаться.
Гламфелленка хотела спросить что-то ещё, но внезапно окружающий мир вернулся к своему прежнему состоянию. Она почувствовала на лице лёгкий ветерок, услышала чьи-то голоса вдалеке, и, повернув голову, заметила удивлённый взгляд Алота. Девушка молчала, пытаясь переварить всё только что услышанное от мёртвой дворфийки. Внезапно её мысли прервал незнакомый голос. Мужчина, стоявший рядом, и, возможно, наблюдавший эту картину, обратился к Элрит:
- Вот это да! Ты так пристально смотрела на неё и, готов поклясться, не моргала несколько минут.
Гламфелленка смутилась, услышав слова незнакомца. В самом деле так выглядела со стороны её беседа с трупом на дереве? Девушка перевела взгляд на Алота, как бы ища защиты. Ей казалось не слишком разумным рассказывать незнакомому человеку о том, о чём ей поведала мёртвая анимансерша. Но, с другой стороны, Элрит была слишком взволнована случившимся и не смогла просто промолчать.
- Она сказала, что я - Хранительница, - негромко произнесла гламфелленка, переводя взгляд с мужчины на эльфа.

Отредактировано Elrith Luellen (2019-06-13 01:02:37)

+1

14

— Похоже, здесь нет того, кого ты ищешь, — Алот улыбнулся и оглянулся на отставшую Элрит. И изумленно застыл на месте. Лицо девушки сделалось пустым и мягким, будто она заснула, но застекленевшие глаза были открыты. Как будто открыл дверь в комнату, где слышал голоса, а там вдруг никого не оказалось. Алоту захотелось встряхнуть гламфелленку, чтобы вернуть Сюда, но вдруг только хуже сделает? Он уже видел похожее выражение много лет назад в лачуге в роще труповника, только в отличие от Дафмунда Элрит не пускала слюни и не билась в безмолвных судорогах. Алот попытался найти на что она уставилась, но для него все тела были одинаковы, а взгляд мог быть устремлен на любое перед ними. Корвайзер не удержался и помахал рукой у неё перед глазами.
— Элрит?
Никакого ответа, она похоже не слышала ни слова. Растаяла без следа надежда на то, что девушка просто его разыгрывает и сейчас улыбнётся и скажет, что пошутила и ничего здесь нет. Алоту не оставалось ничего иного, кроме как ждать каких-нибудь изменений. Пес, тощая гончая из постоялого двора, ткнулся носом в ладонь гламфелленки, то ли требуя ласки, то ли пытаясь привести в чувство, но ничего не добился обреченно лёг у ног.
Время тянулось бесконечно долго, можно было подумать, что оно исчезло вообще, если бы не появляющиеся и вновь исчезающие вороны. И высокий светловолосый мужчина у стены который вдумчиво курил и не сводил с Элрит глаз. Этот хотя бы время от времени моргал. Заметив интерес Корвайзера к себе, мужчина с дружелюбной улыбкой отсалютовал трубкой и отвернулся, но когда Алот снова взглянул в ту сторону, опять смотрел на гламфелленку. В отличие от посетителей «Черной гончей» в его взгляде не было удивления, интереса зеваки или ненависти, только любопытство и, кажется, немного тоски, так или иначе затаившейся у всех местных. Эльф укутался в плащ поплотнее и на всякий случай положил руку на гримуар, чтобы быстро достать книгу. Больше в ту сторону он не смотрел — пусть глазеет, если так хочется. Хоть какое-то мирное развлечение появилось.
Элрит вышла из своего транса внезапно, будто кто-то снова вложил душу в тело. Алот обеспокоенно вгляделся в её глаза, но девушка ответила вполне осмысленным взглядом и вообще выглядела как обычно, только, кажется, была и сама немного удивлена. Не успел Корвайзер спросить, что случилось и по какую сторону реальности она только что находилась, как совсем рядом раздался незнакомый голос. Алот понял кто это, даже не оглядываясь: мужчина наконец покинул своё нагретое место у остатков каменной ограды. Но грубое вмешательство разом померкло перед тем, что тихо сказала Элрит.
— Что ж, это многое объясняет. Ты в порядке? Ты действительно будто бы была...не здесь.
Познания Алота, откровенно говоря, были весьма поверхностны: способности Хранителей изучала запрещенная в Аэдире анимансия, а их носителей, ни настоящих, ни тех, кто выдает себя за таковых, эльф никогда не встречал. Но взгляд Элрит... Она точно говорила правду, эту пустоту не мог бы изобразить и отличный актер. Корвайзер с сомнением посмотрел на одного из повешенных. Неужели она действительно говорила с душой мертвой женщины из сна? Связано ли это с бивуаком и ритуалом? Если так, то Ключ точно заинтересуется единственной выжившей. От следующей мысли мгновенно перехватило дыхание, а где-то в глубине головы зазудела привлеченная беспокойством Изельмир. Что если она видит? Пусть ночью Элрит и поинтересовалась, что произошло у постоялого двора, но может она просто ещё не поняла, что не так?
Человек тем временем склонился ближе, как заговорщик, его светлое лицо разом помрачнело.
Не советовал бы разбрасываться здесь такими словами. Сайферы, анимансеры, Хранители — для людей Редрика всё одно, обманщики, оказывающиеся здесь, — мужчина указал погасшей трубкой на крону дерева и усмехнулся. — И у вас есть все шансы оказаться во втором десятке. Без обид.
— Все они?..
Нет. Вот тот человек, например, солдат, когда-то я его знал. Сражался когда-то под его началом, а теперь он стал восемнадцатым, — и будто пытаясь сгладить углы добавил: — Меня Эдер зовут, и до этого момента я мог стать девятнадцатым.
Юмор висельника под деревом висельников. История принимала всё более странные очертания.

+1


Вы здесь » GLASS DROP [crossover] » фандомное » странный он, странная она // чужаки